– Я делаю много плохого, но не жалею об этом. Ты тоже не жалей. Не все плохое, на самом деле таковым является. Но курить тебе не нужно, – Кавур отвернулся от окна и посмотрел на лежащего в постели Илариса.
– Обещаю – я не буду курить. – Иларис улыбнулся, и Кавур опять увидел загадочную улыбку на его губах, – расскажи мне о себе.
В тот день они много говорили. Кавур впервые рассказывал о себе, как казалось совершенно незнакомому ему человеку, но он пытался понять, почему ему так хочется рассказать о своих детстве и юности Иларису. Почему, смотря в его глаза, он готов говорить то, что никогда никому не рассказывал. Он говорил ему о своих мечтах, пока был ребенком и жил в доме родителей, рассказал, как потом решил сам себе доказать, что на что-то способен в этой жизни без поддержки отца и его денег. И поэтому пошел в армию, но из-за принадлежности к древнему аристократическому роду ему не суждено было нести службу в рядовых. Но все равно он сам смог дослужиться с низших армейский чинов до звания коммодора. Кавур рассказал и об Атаго, о том, как их дружба была проверена в боевых условиях, тяготах армейских будней и боевых заданиях.
Иларис с восхищением слушал Кавура, осознавая, сколько всего тот повидал и перенес за это время. Участвовать в космических войнах в далеких галактиках, сражаться в космосе и на планетах. Сколько же Кавур испытал в своей жизни! И космические бои на звездных кораблях, и далекие планеты, где он устанавливал власть императора Тао. Иларис с восхищением слушал рассказы Кавура о армейских буднях, о дальних межгалактических перелетах и о планетах, о которых он сам лишь читал в учебниках и видел их на экранах проекций. Он восхищался Кавуром, сам о таком он мог лишь мечтать. В тот момент он не знал, что ему уготованы судьбой еще большие приключения и испытания. Сейчас он был лишь мальчишкой, который с восхищением слушал рассказ о войне, считая войну романтикой настоящей жизни.
========== Глава 5 ==========
Утром они проснулись в объятиях друг друга. Вчерашний откровенный разговор сблизил их. Иларис тоже рассказал Кавуру все о себе, хотя его жизнь и не была так богата на события. Всего лишь незначительные факты из жизни школьника, успехи в учебе и немногочисленные друзья. Свои мечты о полетах в космос, мечты о том, как он вернется на Землю, и все в его жизни изменится. Только ни Иларис, ни Кавур не могли раскрыть друг другу свои фамилии и к каким родам они принадлежат. Слишком сильно конфликтовали между собой разные знатные роды за возможность быть приближенными к императору. Отец Илариса строго-настрого ему наказал никогда никому не раскрывать то, что он из рода Инфарио, и поэтому Иларис, помня обещание, данное отцу, не назвал свою фамилию. Так же, как и Кавур не назвал свой аристократический род и не сказал, что он Кавур Карбоне. Маленькая недоговоренность в начале отношений, она проскочила между ними и каждый почувствовал, что это неправильно. Но ведь все можно оправдать, тем более такую мелочь. И оправдания действительно весомые – так принято в обществе, если ты не знаешь, кто перед тобой – скрывай, кто ты есть. Только сейчас так хотелось не скрывать друг от друга ничего, но не получилось. Иларису это было неприятно. Он чувствовал, что не до конца честен с Кавуром, но больше его задевало то, что Кавур тоже не назвал свой род. Иларис не стал его спрашивать, но в душе от недосказанности образовался неприятный осадок. Хотя потом общение друг с другом скрасило и его.
Кавур почувствовал, что Иларис не спит, и подарил ему поцелуй. Тело ожило, и Иларис ощутил желание близости. Теперь то он понимал, чего хочет. Кавур увидел это по его глазам и по тому, как Иларис провел рукой по его плечам, а после обнял его. Поцелуи стали жарче, а тела, разгоряченные огнем изнутри, покрылись капельками пота.
– Мы любовью занимаемся? – Иларису очень понравилось это выражение и то, как его вчера произнес Кавур. Он хотел и сегодня заниматься любовью. Он хотел, чтобы Кавур любил его.
– Да. Занимаемся любовью, – руки Кавура скользили по его телу и уже ласкали его бедра. – Перевернись на животик, тебе по-другому тоже понравится.
– Зачем по-другому, мне понравилось как вчера… – но все же Иларис подчинился Кавуру и послушно перевернулся на живот, чувствуя, как Кавур положил подушку под его бедра.
Страстные поцелуи покрывали спину Илариса, и он содрогался от ощущений жара губ Кавура, его влажного языка, которым тот проводил дорожки на его спине. Губы спускались все ниже и ниже. Иларис сжался и, смущаясь от ощущения поцелуев на своих ягодицах, спросил:
– Что ты делаешь?
– Обучаю тебя искусству любви.
Кавур провел языком между его ягодицами, вызвав стон удовольствия.
Иларис купался в ощущениях. Слова “искусству любви” пульсировали в нем, и это было так прекрасно – обучаться любить…
В этот день у них был поздний завтрак. Иларис увидел на столе бутылку вина. Это было удивительно. Он знал, что настоящие вина – нереально дорогие, и их может себе позволить только элита. Все пьют, а также едят заменители еды и напитков, а вино давно стало лишь химическим составом с добавками и ароматизаторами. Поэтому увидеть вино, сделанное не с помощью химии, а из настоящего винограда, было необыкновенным явлением.
Кавур видел удивление, написанное на лице Илариса. Ему нравилось его удивлять. В любви Иларис был так чист и наивен, что его впечатляло все, поскольку было для него впервые. Но, оказывается, удивлять Илариса приятно не только в любви. Кавур открыл вино и разлил его по бокалам.
– За тебя, – он поднес свой бокал к его.
– Я никогда не пил вино. Даже искусственное. Мне запретили пить алкоголь из-за здо… – Иларис осекся на полуслове и вспомнил, что, несмотря на всю открытость между ними, он так и не открыл Кавуру свою главную тайну. То, почему он такой, почему не соответствует идеалу, принятому для элиты при императоре. Его здоровье – легкие с неизлечимой болезнью, разрушающей их. То, что не удалось вылечить, но можно было притормозить. Современные лекарства дали ему отсрочку от смерти, только вот смерть следует за ним по пятам. Его больные легкие не предоставили ему возможности нормально развиться и не дали ему шансов на долгую жизнь. Хотя, если поддерживать здоровье инъекциями, прожить он сможет достаточно долго. Хорошо, что одной инъекции хватает надолго, поэтому до кризиса у него есть время найти лекарства. Хоть он и смутно себе представлял где. Все инъекции остались на взорванном лайнере. Иларис задумался еще и о том, что перед Кавуром он уже дважды нечестен. Он не сказал ему, к какому роду принадлежит, и скрыл от него свой недуг. Только в их обществе неизвестно, что страшнее – открыть перед незнакомцем свой род или сказать, что ты болен. Болезнь – ее уничтожали. Больным в их элите нет места. Император не терпел несовершенства и не хотел видеть людей с болезнью. Он искоренял тех, кто рождался больными, считая, что они несут заразу и передают ее по наследству. То, что болезнь Илариса не заразна и никак не передается – это императора совсем не волновало. Иларис был приговорен им к смерти, как только это в нем обнаружили. Его отец пошел против императора, скрыв болезнь сына. Вот поэтому Иларис и не мог открыть перед Кавуром свой секрет, ведь это была не только его тайна. И от этого пострадает не только он, но и его отец.
Кавур услышал, как оборвалась речь Илариса. Но он не придал этому значения. Кавур был счастлив, ему так хотелось продлить это удивительное чувство. Он наклонился через стол к Иларису и подарил ему поцелуй.
– Вино – это напиток богов. Настоящее вино, а не искусственное. Виноград произрастает из лозы и вызревает под лучами солнца. Дождь питает его, а земля насыщает собой. Затем ягоды давят, и они отдают свой сок. Проходит время и сок обретает чудесные свойства – он дарит радость. Отпей вина из бокала, ощути его вкус.