– Мы уже изучили людей. – В этом человеке сейчас Фроз чувствовал новые эмоции. Он их сканировал, впитывая, хотя они были такими легкими, но не блеклыми, а именно трудноуловимыми.
– Тогда что тебе нужно от меня?
– То, что ты чувствуешь.
Разговор приобретал интересный поворот. Иль думал, Фроз хочет его пытать, хотя вряд ли. Что Иль мог нового рассказать акелам? Тогда зачем его пытали? Теперь Фроз говорит о чувствах… Вот эта двухметровая махина в боевом одеянии, доспехах, металле, панцирях, жгутах и неизвестных людям обрывках наподобие ткани и меха говорит, что хочет знать, что он чувствует.
Иль засмеялся. Ему просто стало смешно. Он мог услышать все что угодно. Но не такое. Слова о куске Иля для поедания звучали бы реальней из уст этого акелы, чем слова об чувствах.
Фроза захлестнуло потоком эмоций, которых он не знал. Они были такими яркими, как те звуки, которые издавал человек, запрокинув голову. Ему поступила информация анализа этих звуков. Человек смеялся. Что такое смех… он моментально проанализировал, что это такое, но не очень понял, как можно испытывать радость сейчас. Человек был странен ему, а вот то, что шло от него, было настолько ново, что Фроз просто стоял и впитывал в себя этот смех.
Понимая, что от всего происходящего он сходит с ума, Иль, резко прекратив смеяться, произнес:
– Вот если дашь мне закурить и вина, поверь, такое почувствуешь.
Анализ сказанного человеком говорил о двух предметах, которые могут дать взамен Фрозу чувства этого человека. Фроз перебрал варианты сигарет, которые они захватили у людей. Их было немного видов. Получив информацию, для чего они нужны, он не очень понял, как человек с помощью их отдаст ему эмоции, но зная, что сигареты безопасны для акел, выбрал то, что программа выдала как лучшее. Ему пришло пояснение, что к сигаретам нужна зажигалка. Фроз дал подтверждение этому предмету.
С вином оказалось сложнее. Программа предложила те виды вина, которые были на их корабле после захвата груза людей. Оказалось, вина много разных видов. Задав программе вопрос лучше и получив несколько вариантов, он подтвердил то, что первое попало в его поле зрения. Хорошо, что на этом корабле были захваченные грузы людей, и хорошо, что этот человек назвал те предметы, которые были в этом перечне.
Проем стены открылся, платформа, выплыв из него, подлетела к Илю. Тот увидел на ней сигареты, зажигалку и бутылку вина. Вино было настоящее, хорошее, видно, акелы захватили элитный груз. А сигареты хоть и не лучшие, но и такие сейчас подойдут. Вообще, их все равно не так много видов. Император не одобряет эту слабость, приносящую вред здоровью. Так что сигареты все были контрабандой.
Еще не очень понимая происходящее, Иль, как на автомате, вынул сигарету и закурил. Затем взял бутылку вина. Проведя по пробке пальцем, дождался, когда она откроется. Промелькнула мысль о бокалах или хоть цилиндрах. Но все произошедшее с ним вызывало желание сделать глоток.
Иль жадно отпил прямо из бутылки. Затянулся сигаретой и опять сделал глоток. Алкоголь, помноженный на стресс, моментально создал в теле легкость, а в голове другое восприятие всего. Страх отступил, волнение за свою судьбу ушло глубже в сознание. Осталась действительность, которая скрасилась еще несколькими глотками вина.
Волны неизвестных доселе эмоций захлестывали Фроза. Он воспринимал их, чувствуя, насколько они разные. Ему было интересно это чувствовать. Он впервые осознавал, насколько много чувствуют люди. Голос Иля вывел его из этого состояния.
– Еще бы одежду, – все же дискомфорт от отсутствия одежды не скрашивался даже алкоголем.
Вскоре из открывшегося проема в стене выплыла очередная платформа. Иль взял с нее то, что на ней лежало, и быстро это надел на себя. Белая с серебряным отливом ткань была неизвестной ему фактуры. Ткань была мягкая, приятная телу, и струилась легкими складками. То, что он надел на себя, было похоже на рубашку с вырезом для головы, свободными рукавами до локтей и длиной до пят. Иль был рад даже такой одежде. Он наконец слез с поверхности своей кровати. Присев на нее, еще раз затянулся сигаретой. Хотя в целом он и не курил. После первой затяжки, которую ему дал Грей, Иль изредка закуривал в основном в сложных жизненных ситуациях. Только вот в последнее время их становилось все больше и больше. Он грустно улыбнулся этой мысли, опять затягиваясь сигаретой и запивая горький дым терпким вкусом красного вина.
Столько непонятных эмоций, которые шли от человека, ставили Фроза в замешательство. Все исследования вар Сеем людей оказались пустыми. Ничего даже близко к тому, что сейчас чувствовал Фроз, те люди, которых для опытов брал вар Сей, не давали им. Там было все просто: боль, страх, паника. Ярко, насыщение через край и все. И вот впервые появляется тот, кого зовут «люди», и он открывает Фрозу то, что люди имеют столько чувств.
Когда-то чувства были и у акел. Но это все лишнее и они убрали чувства из себя, став совершенными, а теперь питались ими у других. Оказалось, не имея их в себе, нужно было брать их извне. Все же природа устроена странно. Даже совершенные акелы не смогли до конца подчинить ее себе. Зачем нужны чувства, акелы так и не поняли. Только, не получая их, они умирали, но вернуть их себе они тоже уже не могли. Их ученые долго бились над вечной жизнью акел и, придя к ней, сделали страшный вывод, что без эмоций они умрут. Лишь насыщаясь чувствами, акелы могли жить вечно. Полностью лишившись всех эмоций, акелам пришлось из века в век бороздить просторы вселенной в поисках источника питания.
Опять голос человека вернул его из состояния отрешенного анализа происходящего.
– Смотрю, ты прямо в транс впал. – видя все это время застывшего акелу, который не моргая смотрел на него, сказал Иль.
– Ты источаешь очень разные эмоции. Они мне незнакомы.
– На второй бутылке эмоций будет еще больше. – Понимая, что терять вообще нечего, а вот умирать в алкогольном подпитии не так страшно, Иль решил все это сказать акеле.
Вскоре вторая бутылка вина уже стояла перед ним. Первая в его руке быстро закончилась. Иль осознавал, что держаться героем перед эти монстром все же непросто. Да и что тот от него хочет, он не совсем понял. Шутит что ли насчет чувств?
– Зачем тебе это… мои чувства? – звучало странно, но Иль спросил. Алкоголь дал ему силы и храбрость.
– Я ими питаюсь.
– Чувствами? – звучало абсурдно. Иль опять отпил вина смотря в точки глаз Фроза.
– Эмоциями.
Страшная догадка пронзила сознание Иля.
– Акелы питаются эмоциями людей?
– Да.
Иль опять засмеялся. Он слышал бред, или все же эта была правда. Акелы не ели людей, не убивали их, не брали на органы или эксперименты. Акелы похищали людей, чтобы питаться их эмоциями.
– А зачем ты пытал меня?
– Боль - самая сильная эмоция у человека и ее проще всего получить от него. – Отвечая на вопросы, Фроз постоянно чувствовал столько разных эмоций, исходящих от этого человека.
Закуривая уже четвертую сигарету, Иль встал, прошелся по комнате. Пол ее хоть и казался металлическим, но под голыми ступнями был приятен, как плотная ткань. Он провел рукой по стене. Она тоже была такая же на ощупь. Сейчас даже слишком яркий свет уже не так резал глаза. Видно, алкоголь и здесь помог восприятию мира.
Осмысливая все услышанное, Иль отпил еще вина.
– И как тебе моя боль? Насытился ей?
– Нет. Мне больше нравится насыщаться тобой сейчас.
Иль опять засмеялся, хотя это больше уже походило на пьяную истерику.
– Знаешь, ты не первый, кто делает мне больно. Но ты первый, кому это не понравилось, – втягивая в себя воздух, чтобы восстановить дыхание, Иль всхлипнул, вспоминая. – Только ты не причинил мне настоящей боли.
– Наша аппаратура совершенна. Мы изучили людей и изымаем у них максимальную боль.
– Есть тот, кто причинил мне столько боли, что ты бы подавился ей, если бы почувствовал.