Люди, помедлив, сделали пару шагов навстречу.
Фроз поднял руку, они замерли, поняв, что ближе подходить не нужно. Он прислушался к собственным ощущениям. Адмирал флота земли не разочаровал его. В нем он не чувствовал страха. Тот источал уверенность, силу воина, мужество и бесстрашие. За последние века Фроз редко все это встречал в противниках. Сейчас он, наконец, нашел достойного, того, с кем можно сражаться на равных. Человек рядом с адмиралом тоже источал мужество, хотя и не с такой силой, как Карбоне.
Видя жест акелы, Кавур замер, верно поняв его. Дальше приближаться не стоит, это показал ему рек Фроз. Кавур рассматривал его. Действительно, достойный противник. Что-то в его образе напоминало древних рыцарей земли, возможно, прототип доспехов на акеле и защитное забрало на лице. Хотя Кавур не знал, есть ли у акел лица. Вскоре он получил ответ на свой вопрос. Забрало на лице акелы разошлось в две стороны и Кавур с Римусом увидели лицо, пусть и не совсем как человека, но все же расположение глаз, носа и губ были такими же, как и на лице у людей. Второй акела, которого, судя по его более скромному наряду и тому, что тот держался на полшага сзади Фроза, Кавур определил для себя как рангом ниже, тоже раскрыл свое лицо.
Смотря в их лица, Кавур отдал должное реку Фрозу, тот был достоин звания главы всех акел, как он сам себя представил. Его лицо не было ужасным, оно источало власть, мужество и жестокость. Воин, прошедший через столько битв, вот тот, кто сейчас смотрел в его глаза. Сами глаза Фроза не смутили Кавура. Точки зрачков на фоне полностью голубого глаза были непривычны для восприятия, но возможно, он был готов к любому виду противника. Оказалось, акелы чем-то похожи на людей. Конечно, они выше, мощнее и их боевой наряд потрясал воображение. Кроме доспехов на них были куски наподобие меха, волосы вроде жгутов с металлом, непонятные отрезки, похожие на ткань, и оружие. То, что висит на левом боку акел, было мечами, пусть и не такими, как у людей, но это были мечи. Кавур всегда чувствовал, что является оружием, даже если оно выглядело иначе, чем у людей.
– Я рек Фроз, глава всех акел, - в тишине пространства прозвучал металлический голос.
Слыша его, Кавур и Римус понимали, что акела говорит с ними через преобразователь речи и, соответственно, поймет их ответы.
– Я адмирал флота Земли Кавур Карбоне.
– Это командор флота акел ак Лур, – небольшой взмах руки в сторону стоящего чуть сзади Фроза акелы.
– Это Римус Дэй, представитель императора Тао, – зная, что Фроз поймет его, пусть хоть и с помощью программы, но разберется, кто такой император Тао, Кавур не стал более ничего пояснять.
Ожидание, что рядом с адмиралом будет представитель власти людей, оправдались для Фроза. Переведя взгляд опять на адмирала, он произнес:
– Ты хороший воин. Битва с тобой мне нравится. Я сражался много веков, в разных галактиках с разными воинами. Война с тобой интересна.
Говоря это, Фроз еще раз втянул ноздрями воздух, хотя он знал, что эмоции он и так впитывает в себя, но он хотел большего. Этот воин источал столько силы и мужества, что акела с удовольствием питался ими. Он видел, что и ак Лур впитывает их.
– Тогда тебе будет приятно поражение в битве со мной, – говоря это, Кавур не бросал слова на ветер. Он знал, что победит этого акелу, даже ценой собственной жизни. Ради всех людей земли он обязан победить, это его долг.
– Твои слова - слова воина, – именно так и должен ответить истинный воин. Фроз получил тот ответ, который ожидал. – Война с тобой мне нравится. Но погибнуть глупо. Я предлагаю другое.
– Слушаю тебя, – видя, что Фроз замолчал и втягивает ноздрями воздух, произнес Кавур.
– Соглашение, – прозвучал голос Фроза, – в нем укажем свои условия. Я гарантирую соблюдение их.
Именно такое и ожидал Кавур. Акелы, добившись преимущества и закрепившись на планете, не хотят бессмысленной бойни. Тогда что они хотят?
– Говори твои условия, – произнес адмирал.
– Отдай мне эту планету, – Фроз отвел руку в сторону, показывая пространство вокруг себя, – взамен я не трону ваш флот, корабли, другие планеты и Землю.
От движения его руки и шага вперед, который он сделал, многочисленные трофеи на его поясе справа пришли в движение. То, что эти висюльки столь разных форм и материалов именно трофеи, Кавур догадался. Слишком странные они были, видно, принадлежали иным расам, цивилизациям. Некоторые трофеи были очень интересными на вид, незнакомыми для глаза человека, вот поэтому Кавур опять задержал на них взгляд и замер. Ему показалось, что земля уходит из-под ног, пространство исказилось и исчезло все, кроме капли космоса, висящей на цепочке.
– Этого не может быть, – прошептали губы Кавура.
Только Римус, стоящий подле него, расслышал эти слова. Он видел, как побледнел адмирал и проследил взглядом туда, куда был устремлен взгляд Кавура. Многочисленные трофеи, висящее на поясе справа у акелы. Дэй не знал, на какой из трофеев смотрит Кавур, но то, что именно одним из них вызвано такое состояние адмирала, Римус догадался.
Фроза и Лура буквально окатило волной пронзительной боли. Не той, к которой они привыкли, питаясь от людей. Та боль была вызвана физическими методами, эта же боль была другой. Тонкая как лезвие, она пронзила их, насыщая своей глубиной.
Проследив взгляд адмирала, Фроз не поверил своей догадке. Человек смотрел на его трофеи, но вряд ли адмиралу были они знакомы. Слишком древними они были и из таких глубин галактики, где точно люди не бывали. Лишь один трофей, самый последний, забранный у капитана Иля, мог так привлечь внимание адмирала и вызвать эту боль – кулон стекла на цепочке.
Переведя взгляд от кулона, Фроз встретился с глазами адмирала. Их взгляды пересеклись, как в древности встречались шпаги, металл ударил о металл, и сноп искр осыпался к ногам.
«Соперник», – вот то, что охарактеризовала программа в произошедшем. Сейчас перед Фрозом стоял соперник. Но неужели адмирал знает капитана Иля? Хотя все возможно. Только соперничество, возникшее между ними, было намного глубинней в своей сути, чем просто совместное знание одного и того же человека. Они пытались поразить друг друга взглядами, как на дуэли, за того, кто должен принадлежать лишь одному. Все это отразилось в сознании Фроза но, получив информацию, он не мог понять ее. Почему адмирал борется за обладание Илем и почему он сам вступил в эту борьбу?
Видя, что пауза затянулась, а Кавур сверлит Фроза таким взглядом, который может убить, Дэй сделал полшага вперед, чуть задев плечо адмирала. Тот вздрогнул, очнувшись.
Понимая, что он не имеет права личному затмить свой разум, Кавур попытался взять себя в руки. Сейчас он обязан провести переговоры. Обязан! Как же он ненавидел это слово! Если бы не оно, он бы с мечом в руке выбил бы из этого Фроза признание, откуда у него капля космоса. Но нельзя…
– Люди никогда не оставляют людей. Я не отдам тебе людей, живущих на этой планете, – почему-то собственные слова отозвались стыдом за совершенный самим же поступок в прошлом, но он не дал памяти воскреснуть. – Выслушай мое предложение: я дам тебе время, чтобы улететь с этой планеты и с других, где есть твои базы. Мои корабли не будут стрелять по твоему флоту до тех пор, пока ты не покинешь пределы нашей галактики.
– Я не покину планету Урус. Мы сильнее, мы победим людей. Будут жертвы. Я не хотел этого.
– Ты хотел убивать людей, которые живут на этой планете. Я не отдам тебе их! Я буду сражаться с тобой, ведя войну за жизни всего человечества!
– Глупые жертвы. Мы победим вас, – опять впитывая эмоции, Фроз чувствовал, что адмирал совладал с болью и теперь ее затмила сила истинного воина.
– У людей есть очень древняя поговорка: «Не говори гоп, пока не перепрыгнешь».
– Не понимаю тебя, – программа так и не смогла Фрозу пояснить смысл сказанного, хотя в запутанных вариантах расшифровки слов адмирала Фроз все же уловил суть – тот был уверен в своей победе.
– Поймешь, – смело смотря в точки зрачков Фроза, произнес Кавур.
– Ты достойный воин. Я захвачу тебя живым. Ты мне нужен, – осознание, сколько эмоций можно получить от адмирала, делало войну для Фроза еще более интересной.