Двери космобота открылись, Кавур и Римус шагнули на борт корабля. Внутри, как и снаружи, корабль поразил их отличием от всех виденных ими ранее космических судов. Просторный коридор с мягким голубым свечением вел их в сопровождении парней в черных камзолах туда, где ожидал их капитан Катарсиса.
Широкий проем двери открылся, Кавур с Римусом зашли внутрь огромного помещения с высоким потолком и тремя стенами в виде проекции космоса за бортом корабля.
Переведя взгляд от мерцания звезд, Кавур увидел тех, кто его ожидает. Сердце болезненно сжалось. С губ чуть было не сорвался крик: «Ты жив!». Но он сдержал себя.
Не понимая, что с ним происходит, он смотрел на капитана Катарсиса. Ранее он пытался представить того, кто управляет этим кораблем, как должен выглядеть этот человек. В его представлении, это должен был быть грузный мужчина лет пятидесяти, умудренный жизненным опытом. То, что он видел, не вписывалось в его ожидания. Перед ним был юноша лет двадцати, одетый во все черное, с невероятными по цвету волосами, красивой татуировкой на лице, искусственным ухом с чипами управления и глазами цвета ночи. Он стоял в окружении девушки, сколопендры с лицом человека, боевого андройда и, вероятней всего, своего заместителя. На девушку Кавур сначала и не обратил внимание, а потом, присмотревшись, понял, что она не человек. Неужели это сельфида? Кавур не поверил своим глазам. Живая сельфида стояла напротив него с загадочной улыбкой на лице.
Взяв себя в руки и убрав наваждение в виде Илариса, которого он почему-то увидел в капитане Иле, Кавур сделал шаг вперед, понимая, что Римус так и застыл на месте. Обернувшись, он увидел ту же загадочную улыбку, что у сельфиды, и на лице Римуса. Эти двое смотрели друг на друга, казалось, забыв, где и зачем они находятся.
Злясь на Дэя за такое мальчишество, Кавур понял, что на поддержку друга далее ему не стоит рассчитывать.
– Здравствуй, капитан Катарсиса, – произнес Кавур, протягивая руку, – я адмирал флота Земли Кавур Карбоне.
Зная, что нужно ответить на рукопожатие, Иль стоял, чувствуя, что пол под ним осыпается и он летит в бездну. Несмотря на то, что он видел на экранах проекций Кавура не единожды, сейчас, увидев его перед собой, он сгорал в огне прошлого. Протянуть ему руку для приветственного рукопожатия оказалось свыше его сил. Он и так, собрав себя по частям, заставил выдержать ад этой встречи, но не прикосновения. Достаточно касания, и он сломается, не в силах держаться больше.
Видя заминку, Чен не совсем понимал, что происходит, но по тому, как Иль медлил с пожатием руки адмиралу, догадался, что тот не хочет это делать. Не зная мотивов своего капитана, Чен произнес:
– У нас не принято здороваться за руку с теми, кто служит императору.
Опустив протянутую руку, Кавур не стал акцентироваться на явном намеке о том, что этот корабль пиратский.
– Хорошо, я учту ваши традиции, – просто ответил Кавур. – Это Римус Дэй, представитель императора Тао.
Опять понимая, что Иль молчит, Чен решил, раз уж он его заместитель, значит, нужно действовать.
– Это капитан Катарсиса – Иль, – деловито произнес он, показывая рукой на Илариса, – андройд Мун, его личная охрана, Медора… сестра капитана, Нейс, создатель корабля и я, заместитель капитана – Чен.
Закончив, Чен выдохнул с облегчением, посчитав, что справился с этой непривычной для него миссией.
Зная, что нужно выдержать это, Иль указал рукой в сторону длинного дивана и кресел. Он первым двинулся туда, сев в большое кресло с высокой спинкой, подле него на меньшее кресло села Медора. Мун встал за его креслом справа, а Чен слева. Нейс же возвышался во весь свой огромный рост сзади кресла Илариса.
Поняв, что капитан Катарсиса не шибко разговорчив, Кавур присел на широкий диван. Он видел, что наконец Римус отрос от пола и тоже подошел к дивану, присев на него. Странное чувство так и не покидало Кавура. Он пытался разобраться, что же не так. У него было ощущение, что он видел уже этого капитана, хотя разум говорил об обратном. Такую яркую, запоминающуюся внешность нереально забыть. Кавур поймал себя на том, что слишком подолгу смотрит на него.
Плавясь под взглядом Кавура, Иль собирал себя, заставляя хоть что-то сказать. Как же трудно ему давался каждый вздох, казалось, воздух обжигает легкие, разъедая их как кислота. Вот она любовь – больно так, что не возможно дышать. Хотя какая это любовь? Это он любит, а Кавур сидит и глаз не сводит с него. Неужели адмирал запал на капитана? Так быстро забыв о прошлом. С такой легкостью готов найти новое увлечение. Хотя он ведь и не знал Кавура. Все, что он знал о нем, оказалось ложью, выдумкой влюбленного юнца. Реальность другая.
– Я слушаю вас, адмирал.
Иль был горд за то, как холодно прозвучал его голос.
От голоса капитана Кавур перестал дышать. Этого не может быть. Почему он слышит в этом голосе того, кого потерял. Ведь Иларис говорил по-другому, мягче, и голос у него был другим, а все равно Кавур слышит его. Бред, игра воспаленного сознания. Эта бессонная ночь наедине с прошлым дала такие результаты. Но почему же Римус молчит?! Как нужно сейчас, чтобы он помог, заполнил эту паузу, дав ему время для передышки.
Бросив взгляд на Дэя, Кавур увидел все ту же улыбку на его губах и взгляд, устремленный на сидящую напротив него девушку. В другой ситуации Кавур порадовался бы за друга, но не сейчас, когда так нужна его помощь.
Собравшись, он произнес:
– Я думаю, что все здесь присутствующие в курсе нападения акел на нашу галактику. Война, которая идет с ними, практически проиграна. Акелы намного совершенней людей. Нам нечем им противостоять. Последние события доказали это. Битва за планету Урус принесла полное поражение людей. Вскоре акелы высадятся на эту планету и опять возведут на ней свои укрепления. Они похищают людей для неизвестных нам целей и их аппетиты не ограничатся одной планетой. Они захотят поработить все человечество. Это угроза всем нам. Люди будут истреблены как вид,– адмирал сделал паузу, опять рассыпаясь под взглядом глаз цвета ночи капитана Иля. Он собрал себя, зная, что не имеет права быть слабым. – Я прилетел сюда с одной целью – просить сотрудничества у вас, – адмирал обвел взглядом сидящих напротив него, – в войне с акелами.
– Мы не подчиняемся императору Тао, – сухо ответил Иль, но сколько же сил ему нужно было собрать в себе, чтобы не отвести взгляда от глаз Кавура!
– Я не говорю о подчинении, я прошу помощи от лица императора, а взамен император готов выслушать то, что вы попросите у него.
– Нам ничего не нужно от императора.
Кавур понимал, что этот корабль, по сути, может уничтожить весь флот императора и им не нужна щедрость Тао. Но что тогда может заинтересовать капитана Иля?
– Люди с планеты Урус будут уничтожены и им не на что надеяться.
Надежда, это слово было так знакомо Иларису. Как же он надеялся, что Кавур вернется за ним на Джоконду. Он жил надеждой, но она не оправдалась.
– Я помогу освободить Урус от акел. Но на этом все. Более Катарсис не будет вести военные действия совместно с флотом адмирала, – принимая это решение, Иль знал, что действительно хочет помочь. Хотя его странные отношения с Фрозом теперь делали всю ситуацию войны с акелами очень неоднозначной. Он перестал понимать, кто друг, а кто враг в этом мире.
– Вы будете спокойно летать на этом корабле, наблюдая, как уничтожается раса людей? – такой ответ капитана Иля задел патриотические чувства Кавура.
– Не стоит в вашем положении, адмирал, бросать мне упреки в безразличии. Я сказал лишь то, что совместно с флотом Тао буду вести военные действия только один раз. Далее я сам буду решать, как и когда мне вести войну с акелами.
Почему слова о «безразличии» прозвучали со странным подтекстом? Как будто этот капитан Иль знал его прошлое. Знал о том, что он бросил любимого, вернувшись на Землю и надев на себя маску безразличия.