Иларис понял, что, оказывается, здесь очень оживленно. Днем он ни видел никого, но это оказалось обманом. Вся эта местность была населена, вот только кем? Иларис не хотел этого знать. Он сидел у камня и дрожал. У него не было оружия, чтобы защитить себя, и ему оставалось только надеяться, что его не заметят те, кто бродил в ночи.
Постепенно его страх стал заменяться воспоминаниями. Они как цветные кадры всплывали в его сознании, и он понял, что помнит все. Что та пелена сна, в которой он пребывал, спала с него, и сейчас он до удивительной четкости помнил всю свою жизнь. Он помнил школу, полет на пассажирском лайнере на Землю, его захват, его спасение Кавуром, их любовь и потом все, что с ним делали изо дня в день пираты после того, как Кавур бросил его.
Воспоминания болью отзывались в его душе, но он не прогонял их. Наоборот, обретя прошлое, он знал, что сможет жить, так как без прошлого нет и будущего.
========== Глава 15 ==========
Прогулки по саду с Аяной теперь стали регулярными. Кавур видел, как девушка ждет этого момента, когда они наконец останутся одни. Долгий семейный ужин, разговоры о политике, затем глава семейства, Бруно Инфарио, приглашал Лантана Карбоне в свой кабинет на чашку кофе и сигарету, а Кавур, подав руку Аяне, вел ее в сад. Это стало традицией, и Кавур знал, чего от него ждет Аяна. Девушка смущенно опускала глаза и, казалось, переставала дышать, и тогда Кавур целовал ее в губы. Вскоре их поцелуи из невинных переросли в страстные и горячие. Аяна пылала в его руках, он чувствовал жар ее тела и дрожь, пробегающую по ней. Девушка страстно отвечала на его поцелуи и Кавур стойко играл свою роль. Нет, не то, чтобы она не нравилась ему. Она ему не только нравилась, она его возбуждала, но все это было на уровне физиологии. Кавур понимал, что внутри ничего не чувствует к ней. Ничего… И было еще одно, что каждый раз в присутствии Аяны выбивало весь воздух из его легких - неуловимое сходство с Иларисом. Как же больно было это осознавать. Он каждый раз видел в ней того, кого бросил там на Джоконде.
Этот обед Кавуру пришлось прервать. Ему сообщили, что его срочно вызывает во дворец император.
Лантан бросил взгляд на своего сына, но промолчал. Визит к императору не предвещал ничего хорошего, но у него взрослый сын и он сам сможет со всем справиться.
Пока неотакси везло его во дворец, Кавур думал о том, что рад такому срочному вызову. Ведь на сегодня он был освобожден от традиционной прогулки в саду и обманного поцелуя с той, которая полюбила его.
Во дворце его сразу провели в зал заседаний. Там были все члены совета при императоре и все военноначальники разных рангов и званий.
Когда по срочному вызову прибыли все, на трибуну вышел высокий молодой мужчина в форме, которая говорила о его принадлежности к псам императора, и начал свой доклад. Говорившего звали Римус Дей, он только что прилетел из космоса после преследования пиратского линкора.
Кавур напрягся и ловил каждое слово, сказанное этим Римусом. А тот подробно рассказал о преследовании Джоконды и стратегической ошибке адмирала армады Олана Тэка, в результате которой пятнадцать крейсеров из армады были взорваны. А пиратский корабль практически не понес разрушений. Все это Римус описывал в деталях и собственных комментариях к произошедшим событиям.
Слушая его речь, Кавур уже понимал, что адмиралу Олану Тэку пришел конец. Этот блюститель нравственности при императоре вырыл ему могилу.
В заключение своей речи Римус добавил:
– С пиратской Джоконды отстыковался космобот и полетел в сторону планеты Зальдис. По данным системы слежения, там он удачно приземлился, правда, потом был взрыв. Но, возможно, те, кто прилетели на нем, успели его покинуть.
Сердце пропустило удар, и внутри все сжалось от боли. Кавур сидел и слушал Римуса, а сам думал об Иларисе. Ведь он тоже мог быть в числе тех, кому удалось в пылу сражения бежать с корабля. Ведь может же произойти чудо, и его Иларис спасся…
Его мысли прервал император, который, выслушав доклад своего пса, сразу сделал выводы.
– Я, император Тао, приговариваю Олана Тэка к тюремному заключению и расследованию его действий как адмирала армады. Новым адмиралом армады назначаю коммандора Кавура Карбоне и присваиваю ему звание адмирал. При новом адмирале продолжает нести свои функции Римус Дей. Коммандор Кавур, прошу вас подняться сюда для принесения присяги.
Кавур медленно встал и пошел в сторону трибуны. Он знал, что ни одна черточка его лица не выдаст его внутреннего состояния. Он сильный и сейчас четко и по правилам отыграет свою роль. То, что все это ему претило, он глубоко запрятал в себя. Олан Тэк прекрасный военный, с богатейшим опытом и не раз показавший себя в сражениях. Кавур понимал, что Римус просто сожрал Олана. Только сейчас все выглядело иначе. Как будто Кавур подсидел старого адмирала и занял его место, дождавшись, когда тот споткнется. Политика дворцовых интриг, как же он все это ненавидел! Но ради семьи он должен был играть по принятым здесь правилам. Сейчас Кавур завидовал Атаго, который выбрал другой путь, но Кавур выбрал этот и ему предстояло по нему пройти.
Проходя мимо Римуса, он обменялся с ним взглядами. Римус не отвел взгляд, смотря в темные как ночь глаза Кавура. Римус знал, что теперь этот человек станет руководить космическим флотом, а ему предстоит влезть в его мозг, чтобы понять, насколько он предан императору.
***
После утомительного дня, проведенного во дворце императора, Кавур вернулся домой. Он чувствовал себя выжатым как лимон. На боку у него висел меч тиан с гравировкой на ручке, говорящей, что теперь он - адмирал императорского флота. Почетная лента через плечо и голограмма на руке подтверждали его статус адмирала императора Тао.
Отец ждал его, а, увидев меч и ленту на плече, все сразу понял. Он показал сыну жестом в направлении своего кабинета, и там, закрыв за ним дверь, кивнул в сторону кресла. Кавур знал, что должен все рассказать отцу.
После подробного рассказа о сегодняшних событиях, Кавур замолчал. Лантан напрягся, понимая, что это еще не все. Но он молчал, дожидаясь, пока его сын сам не заговорит.
– С Джоконды во время сражения отстыковался космобот и приземлился на Зальдис. Потом этот космобот был взорван… но за это время из него могли успеть выйти те, кто на нем прилетел.
– Ты еще надеешься, что тот человек жив и он спасся на этом космоботе? – Лантан смотрел на своего сына и понимал, что все так и есть.
Повисла гнетущая тишина. Кавур молчал, а Лантан долго обдумывал, что сказать. Он чувствовал, что этот человек, оставленный его сыном на корабле, был до сих пор не только в его мыслях его сына, но и в сердце. Он не осуждал сына, ведь сердцу не прикажешь. Тем более, за все это время Кавур был безупречен в своем поведении и ни разу не выдал своих душевных мук. Но Лантан видел, как его сыну плохо. Еще раз обдумав, он заговорил:
– Ты ведь не смог убить сам того, кого оставлял там?
Кавур вздрогнул от этих слов.
– Не отвечай, – произнес Лантан, – я сам отвечу за тебя, почему ты это не сделал. Ты надеялся, что он выживет. Ты хотел, чтобы он жил. С такой мыслью ты покидал корабль и с такой мыслью ты живешь и сейчас. Ведь я прав?
– Да. Но я понимаю, насколько я эгоистичен в своем желании. Ведь я знаю, что там с ним происходило после моего ухода. – Кавур видел это в своих снах, просыпаясь от собственного крика и чувствуя, что его тело покрыто холодным потом. Эти сны, он не рассказывал о них никому. Он жил с ними, зная, что и это его расплата.
Лантан опять долго молчал, понимая, что должен сказать то, что он знал, умудренный опытом жизни.
– Что бы там ни происходило с тем, кого ты оставил, но жизнь, она бесценна. И пройдя через многое и оставшись живым, человек понимает, что смерть это не выход. Все можно пережить, все можно забыть, все можно исправить, но есть только одно, то что нельзя исправить – это смерть. Ты, оставляя его, хотел, чтобы он жил. Наши желания, они материальны. И чем сильнее мы этого желаем, тем реальней что это исполнится. Ты хочешь чтобы он жил – это твое желание и оно услышано пространством.