– Отец, – Кавур почувствовал его переживания за себя. – Я вернусь. Под моим командованием мощный флот императора и самый современный корабль “Титан”. Не переживай. Все будет хорошо.
– Я знаю, это твой долг – защитить Землю, и я горжусь тобой. Ты уже сказал об этом Аяне?
– Нет. Завтра я поеду к ней и расскажу, – он осознавал, что должен поехать к той, которая его любит и будет его женой. Только вот визит к ней был таким тягостным. Но он должен делать то, что идет в разрез с его желаниями.
– Не обижай ее, она хорошая девушка, – еще раз повторил Лантан то, что он так часто говорил своему сыну.
Вот только Кавуру было бы проще, если бы она не была хорошей, такой чистой, такой светлой. Он со своим прошлым не мог быть рядом с ней. Ему было слишком тяжело осознавать ее невинность и свою грязь в предательстве и обмане нее.
– Тебя что-то еще гложет? – отец видел, что его сын в последнее время приходит с работы уставшим и с потухшим взором.
– Теперь моя должность предполагает присутствие постоянно рядом со мной пса императора. Он копается у меня в голове, хочет влезть в мою жизнь и все о ней знать, - устало опустившись в кресло, Кавур откинул голову и прикрыл глаза.
– Ты ведь знал, что как только возвысишься и будешь приближен к императору, твоей тенью станет его человек.
– Да, знал… но не предполагал, что этот так тяжело… – Кавур хотел сказать, что врать постоянно ему обо всем, чтобы соответствовать правильному образу адмирала, не так просто. Да, он знал о том, что с ним рядом будет блюститель нравственности, но только Кавур считал себя идеальным и ему нечего было скрывать. И какова усмешка судьбы - теперь он скрывает все, а это непросто. Он разыгрывает комедию влюбленности в Аяну и ожидания брака с ней и скрывает то, что совершил, бросив любимого. А главное, он скрывает запретную любовь, то, за что не пощадят ни его, ни его семью.
Подумав, Лантан произнес:
– Раньше… очень давно люди верили в богов. И они боялись их наказания, ведь боги знали все мысли человека и видели все его поступки. Но прошло время, и люди опровергли существование богов, посчитав это глупостью. Они не нашли богов, летая в космос, а если что-то не видно глазу, значит, оно не существует. Все логично и просто. И люди начали жить, зная что за их мысли им ничего не будет, а за поступки… Так если их за это не поймают, значит и не накажут. И на Земле начался хаос… Но наш император мудр. Он понимал, что, отняв богов у людей, нужно дать им взамен то, что будет держать их в страхе. И он создал армию из своих псов. Они верны ему, они хорошо образованы и хорошо обучены понимать человека. Они видят человека насквозь, видят его слабости и пороки. И люди, зная, что их поступки опять увидят, а их мысли прочтут, стали опять людьми. Такова суть людей, они должны знать, что за содеянное понесут наказание.
– Спасибо, отец, что ты всегда понимал меня. И всегда поддерживал. Мне тяжело, но я справлюсь. – Кавур поднял взгляд и посмотрел в глаза своего отца. – Не переживай. Я вернусь….
========== Глава 17 ==========
Этот бесконечный день закончился, и наступающие сумерки заставили Илариса и Медору искать укрытие для ночлега. Они выбрали скопление камней, груды металла и мусора и устроились между этими нагромождениями. Усталость навалилась на плечи, чуть стоило позволить себе расслабиться. Медора легла прямо на пыльный песок и сжалась калачиком. Иларис лег рядом и обнял ее, чувствуя, что девушка дрожит от холода. Ему и самому было холодно, но он старался согреть ее. Змеи, видя, что эти двое лежат, стали оползать их, а потом и заползать на лежащих. Иларис ощущал их движение на себе сквозь сон. Только сил не было ни на что, и он смирился с присутствием ползучих существ на себе.
Поспать Медоре и Иларису удалось недолго - их разбудили выстрелы. Вскочив, они увидели прорезающие темень следы от пуль и света прожекторов. Куда бежать, было непонятно. Стреляли со всех сторон. Иларису и Медоре показалось, что они в эпицентре этого действа. Они заметались, прячась за камни, но поняв, что очередной луч прожектора их освещает, бежали вперед. Наконец их бегу пришел конец. На них набросились с нескольких сторон и повалили на землю. Так они и лежали, придавленные чьими-то телами, слыша выстрелы, взрывы и грохот, голоса и крики. Потом все стихло.
– Подними их.
Иларис услышал командный голос и в тот же миг их подняли, причем так резко, что было тяжело сориентироваться в пространстве и обрести равновесие. Иларис ощущал на себе чужие руки , и только это придавало ему вертикальное положение.
– Кажется, люди… хотя, судя по этой дылде… не люди. А этот дохлый уродец вроде человек.
Иларис слышал это, но луч света, направленный ему в лицо, слепил настолько, что он только щурился и пытался хоть что-то рассмотреть.
– Беззубый, ты кто? Человек?
– Да, – ответил Иларис на заданный вопрос, все еще пытаясь рассмотреть стоящих напротив него.
– Свет убери. – произнес голос справа.
Когда прожектор стал светить не в глаза, а в сторону, Иларис наконец рассмотрел стоящих перед ним. Это были люди, и это его порадовало, но поразило то, что это были парни примерно одного с ним возраста, хотя стоящий чуть впереди был старше него. Возможно, ему было лет двадцать.
– Беззубый, раз ты человек, то я дам тебе выбор. Ты можешь валить отсюда или остаться в моей банде.
Это говорил именно тот парень, которому, возможно, было лет двадцать, и по его тону и виду Иларис понял, что он здесь главный. Еще он осознавал, что ему дают выбор. Только какой? Опять брести одному по этой местности и ждать, кого еще они здесь встретят? То, что встретить здесь можно кого угодно, он уже понял. Оружия у него не было, да даже если бы и было, что может сделать человек один? И потом, он не один. Медора, она под его защитой. А как он сможет ее защитить? Да и шли они не просто так, а в поисках, правда, не зная, чего и кого. Наверное, искали защиты. Одним им не выжить здесь.
– Я хочу быть в твоей банде, – ответил Иларис, зная, что это единственно правильный ответ сейчас.
Парень, стоящий напротив него, рассмеялся, остальные тоже поддержали его. Но как только главный прекратил смеяться, все замолчали.
– Хороший выбор. Но я не держу у себя нахлебников. Те, кто получают мою защиту, должны приносить пользу. Поэтому выбирай. Ты можешь быть у меня бойцом или можешь быть шлюхой, обслуживающей моих бойцов. – Парень достал сигареты и, чиркнув зажигалкой, закурил. – Поясняю, так как ты еще не знаешь наших законов. Если ты боец, то можешь иметь свою девку, – он кивнул в сторону Медоры, стоящей позади Илариса, – а если ты шлюха, то и ты, и она обслуживаете нас.
– Если я боец у тебя в банде, то она….
– Она только твоя, – перебив его, пояснил парень и сплюнул себе под ноги.
– Я хочу быть бойцом в твоей банде, – более не раздумывая, произнес Иларис. Он не хотел уходить от этих парней в неизвестность. Лучше принять их условия. Их много. Он наконец восстановил зрение после слепящего луча прожектора и видел, что вокруг них стоят много молодых парней и все они с оружием. Еще он видел, что у них есть техника для передвижения, которая тоже была оснащена вооружением.
– Я приму тебя в банду, как только ты докажешь, что ты боец, а не шлюха.
– Что я должен сделать? – спросил Иларис, уже чувствуя в этих словах подвох. Но отступать было поздно.
– Тащите их сюда, – скомандовал парень и затянулся сигаретой.
На освещенную прожектором света площадку притащили тех, с кем они сражались в ночи. Это были мутанты. Их сковали силовыми наручниками, и они лишь дергались в них, пытаясь освободиться.
– Убей их, – просто, без всякой интонации произнес парень и протянул Иларису оружие.
Иларис взял его, чувствуя тяжесть и холод металла. Затем перевел взгляд на тех, кто стоял перед ним на коленях. Мутантов было трое. Иларис поднял оружие, его палец приблизился к курку. Он замер. Оказалось так непросто нажать на курок и знать, что ты убиваешь. Хотя он уже убивал. Он убил Дэку, но тогда все происходило неосознанно, на уровне инстинктов. Он защищался и смутно помнил происходящее. Сейчас все было совсем по-другому. Он осознавал и должен был убивать. Сзади него Иларис уловил легкий вздох. Это Медора, которая вздохнула, тоже переживая этот момент. И тогда Иларис нажал на курок. Если бы он был один, если бы он отвечал только за себя… возможно, он не смог бы вот так хладнокровно выстрелить. Но сейчас от его действий зависела жизнь девушки. Вспоминая все то, что с ним делали на корабле, Иларис осознавал, что будет убивать, только чтобы оградить ее от этого. Он не хотел, чтобы Медора когда-нибудь прошла через такое.