Чувствуя, что он еле держится и еле идет, Иль попросил Катарсис помочь ему дойти. Голубая светящаяся дорожка возникла перед ними. Иль встал на нее, пошатнувшись. Мун придержал его за плечи. Так они и доехали до каюты.
Казалось, Медора все знала. Она не задавала вопросов, просто помогла ему раздеться и лечь. Принесла ему горячий напиток, и после того, как Иль его выпил, ему стало немного легче.
– Почему он такой? – он не понимал происходящего.
– Безумие чужого тела настигнет его… но пока он неопасен, – как всегда загадочно произнесла Медора.
Неужели тело так влияет на наш разум? Иль никогда не задумывался об этом. Хотя вот он сам, когда был изуродованным полускелетом, вел себя как забитое существо, а сейчас, когда он изменился, его внешность помогла обрести ему уверенность. То есть, с выбитыми зубами, болячками на лице и клочками волос он бы не стал таким, как сейчас. Он бы не взял штурвал Катарсиса? Иль не знал, но наверное все же его внешность помогала ему в обретении душевной гармонии. А Нейс обрел тело даже не животного, а монстра, бездушного убийцы. Неужели Нейс не сможет это тело подчинить своему разуму, или все же тело влияет на его сознание? Нейс, обретя такое тело, трансформируется сознанием, да и он сам, став таким, тоже меняется. Значит, император Тао прав, уничтожая больных, калек, тех, кто внешне или внутренние болен телом? Император не хочет, чтобы больные тела людей трансформировали их сознание. То есть, все же древние были правы, говоря, что тело – это храм души? Странный создал себе храм Нейс, хотя души ведь нет… Иль этого не знал. А сам он тоже не очень здоров. У него легкие, которые пока работают только благодаря инъекции кабро. Он тоже болен и тоже должен был быть уничтожен. Значит, и его больное тело отразится на его сознании или уже отражается…
Жаль, что об этом он не мог ни с кем поговорить, даже с Медорой.
Понимая, что все равно у нее ничего не выяснить, Иль заснул, зная, что нужно восстановить силы и жить дальше. Завтра он свяжется с Греем и согласует свое возвращение в форт.
***
Темноту космоса осветили лучи прожекторов, исходящих от кораблей акел.
– Они приближаются, – смотря на данные на экране, произнес Римус.
– Да, они идут четко в наши ловушки, – Кавур встал из своего кресла, подошел к передающим данные о перемещении кораблей экранам.
– В ваши, адмирал, ловушки, – Дей улыбнулся краем губ.
– В этом и ваша заслуга, Римус.
Обменявшись любезностями, каждый из них сосредоточился на экранах проекций, где была видна расстановка сил кораблей армады императора и движение кораблей акел.
К планете Урус императорский флот прибыл заранее. Все корабли встали на заданные точки координат в пространстве и потянулось долгое время ожидания. Правда, это время адмирал и пес императора скрашивали тем, что происходило в каюте за закрытыми дверьми. Их секс был бурным, страстным, но главное, он снимал стресс от ожидания, помогал не замечать медленно тянувшегося времени.
Конечно, кроме секса у них была еще и работа. Римус регулярно «копался» в мозгах всех членов экипажа на всех кораблях, а адмирал держал под своим контролем все происходящее.
Их ожидание было вознаграждено. Акелы прилетели. Расчет был верным, они выбрали Урус и не догадывались, что здесь их ожидает ловушка.
По всем кораблям императора был отдан приказ о максимальной боевой готовности. Как только первый корабль акел пересек заданные координаты, эсминец армады открыл огонь. Орудия прошили брюхо корабля акел. Тот даже не успел сделать ответных выстрелов. Огромный корабль стал раскалываться на части под напором безвоздушного пространства, которое врывалось в его пробоины.
Огонь открыли и остальные корабли императора. У них было преимущество в неожиданности и выгодных позициях.
Кавур видел, что еще два корабля акел рассыпаются на части. Еще два были повреждены, но смогли начать процесс восстановления.
Корабли акел открыли ответный огонь. Завязался бой. Один из кораблей армады окрасился вспышками по всему борту и медленно раскололся надвое. То, что потери среди них будут неизбежны, Кавур знал, и все же смотреть, как гибнут люди, его люди, поверившие ему, было очень тяжело.
Моментально корабли-спасатели с роботами манипуляторами полетели собирать капсулы с членами экипажа. Уже сейчас Кавур осознавал, что при таком повреждении корабля будут потери среди людей. Но это война, жертвы здесь неизбежны.
С кораблей акел тоже вылетели небольшие корабли-спасатели, так же собирая капсулы со своими. Те корабли, что получили несерьезные повреждения, начинали восстанавливаться, но Кавур видел, что акелы все равно отступают. Они не ожидали получить сопротивления, были не готовы к нему. Поэтому, видно, решили пока отступить.
Постепенно бой перешел в редкие перестрелки и то, в связи с увеличившимся расстоянием между кораблями, снаряды не долетали до них.
Вскоре последние корабли акел скрылись из зоны радаров.
– Мы победили, адмирал, – обернувшись к Кавуру, произнес Римус.
– Они вернутся и, я думаю, достаточно скоро. Пока есть время прийти в себя и подготовиться к следующей встрече с ними, которая будет не такой простой, как эта. – Взойдя на помост, где стояло капитанское кресло, Кавур, обведя взглядом присутствующих на своих местах военных, произнес: – Спасибо, все сработали идеально. Лейтенант озвучит потери с той и другой стороны.
– Потери акел: три корабля без восстановления, пять кораблей они восстановят и четыре с серьезными повреждениями. С нашей стороны потери – один корабль, пять с серьезными повреждениями, остальные с небольшими, но данных по ним пока нет. По потерям среди людей я предоставлю данные чуть позже вам, адмирал. – Молодой лейтенант поднес руку к виску, «отдавая честь».
– Незамедлительно приступить к починке поврежденных кораблей. Всем остальным можно отдыхать. У нас есть немного времени до их следующего прилета. Разведке и службам слежения максимальная внимательность. Лейтенант, как подготовите данные по потерям среди людей, я жду вас с отчетом.
Отдав еще несколько незначительных распоряжений, Кавур пошел в сторону выхода из рубки.
– Римус, пойдемте, у меня есть к вам разговор.
Не подав вида, что растерялся от такого, Дей последовал за адмиралом.
Зайдя в свою каюту, Кавур показал Римусу на кресло, сам же достал вино и бокалы. Когда первый бокал вина снял стресс, Кавур выдохнул и откинулся в кресле. Скопившееся напряжение постепенно отступало.
– Римус, у меня к тебе есть личная просьба, – все это время Дей терялся в догадках, зачем его так официально пригласил к себе адмирал. Если для секса, то обычно такого предлога им не нужно было. Все же оказалось что у Кавура действительно есть к нему просьба. – У нас есть небольшой промежуток времени, пока акелы вернутся вновь. Мне очень нужно посетить планету Торус и пересечься там с одним человеком. Как бы это правильно сказать, – Кавур пристально посмотрел на Дея, – я не совсем доверяю тому человеку и мне нужен тот, кто подстрахует меня. Я могу на тебя положиться?
Сейчас Римус разрывался между двух своих частей. Одна, преданная императору, говорила, что такое непозволительно допускать. Тот, с кем будет встречаться адмирал, явно не входит в круг благонадежных граждан, а значит, он должен предотвратить эту встречу.
Вторая половина Дея ликовала. Кавур впервые воспринял его не только как тело для утех, а как того, кто стал ему близок к кому можно обратиться за помощью.
– Я не собираюсь планировать заговор, – видя смятение Римуса, пояснил Кавур, – это очень личная встреча и касается личного, но очень важного мне.
Римус быстро перебирал в уме тех, с кем может встретиться адмирал на этой планете работорговли и сомнительных удовольствий. Круг сомкнулся на одном человеке.
– Ты будешь встречаться с капитаном пиратской Джоконды, Атаго? – уточнил Дей.
Кавур не сомневался в уме Римуса, за это он его уважал, а так же он понимал, что Дей не имеет права допустить эту встречу. Но Кавур сознательно о ней рассказал Римусу. Он не хотел это делать за его спиной. Он не будет подставлять Дея. Ведь если эта встреча всплывет, головы не сносить ни ему, ни Дею.