Встав перед Кавуром, пират провел рукой по его плечам, затем прикоснулся к ним губами. Он целовал его плечи, плавно перемещая поцелуи на шею, перемешивая их с покусыванием и вылизыванием ее. Еще раз вернулся к его губам. Углубив поцелуй, Атаго наконец оторвался от губ Кавура, посмотрев тому в глаза.
Кавур все еще ждал, что Атаго остановится, но его руки он ощутил уже на пряжках своих штанов. Он так же пристально смотрел в глаза пирата, даже когда тот стал опускаться перед ним на колени. Даже видя это, Кавур надеялся, что здравый смысл остановит Атаго от той черты, переступив которою уже нельзя ничего вернуть назад.
Стоя перед Кавуром на коленях, Атаго пожирал взглядом его тело, а его пальцы наконец расстегнули брюки адмирала, и он вместе с бельем дернул их вниз. Его взгляд переместился к тому, что было перед его лицом. Член Кавура не был возбужден, но это не смутило пирата. Несколько секунд разглядывая его, он приблизился к члену и, проведя по стволу языком, взял его в рот. Только обласкав сначала член языком в своем жарком рту, Атаго стал помогать себе и руками надрачивать член Кавура. Его рот работал очень активно, губы вскоре затекли, слюна стекала по подбородку. Но был и результат, член Кавура ожил и стал наливаться кровью.
Понимание, что он возбуждается от того, что делает ртом Атаго, было неприятно, но против природы не устоять. Атаго был настойчив, да и делал все явно с душой, если это слово можно применить к его действиям. Кавур шумно вздохнул и схватился руками за стол позади себя. Его повело от такой сладкой пытки, хотя в ее сладости была вся горечь произошедшего. Атаго перешел черту невозврата. Он перечеркнул все, что было между ними, все годы их дружбы, он перечеркнул все. Сейчас Кавур навсегда потерял друга. Ему было очень больно от того, насколько Атаго не ценил то, что было между ними. Неужели он будет довольствоваться вот этим? Кавур переместил взгляд на стоящего на коленях Атаго. Это же не любовь.
Пират понимал, что сейчас осуществляется его мечта: тот, кого он любил, в его руках и то, что сейчас происходит - это практически любовь. Пусть со стороны Кавура и не совсем по его согласию, но это мелочь, это сейчас неважно. Он же слышит его шумное дыхание, видит, как руки сжимают стол, чтобы держать себя и не упасть, чувствует его член в своем рту. Капельки смазки уже вытекают из него, придавая такой пикантный вкус прелюдии к сексу.
Понимая, что Кавур на пределе, Атаго остановился. Вынув член изо рта, он еще раз провел по нему языком, затем нагнулся, став снимать ботинки и висящие на коленях штаны с Кавура. Полностью его раздев, он встал и сам скинул с себя остатки одежды.
– Где ты так научился сосать? – с презрением в голосе спросил Кавур.
– Я рад, что тебе понравилось, – Атаго провел рукой по стоящему члену Кавура.
Адмиралу было тяжело сдержаться от такой фамильярности, но все же он заставил себя перетерпеть эту ласку.
Пират притянул Кавура к себе, прижавшись к нему своим разгоряченным телом, и опять впился в его губы. Прервав поцелуй, он стал двигать Кавура в сторону кровати. Тот не сопротивлялся. Только вот когда руки Атаго спустились к его ягодицам и стали их разминать, мять, сжимать, Кавур уже знал, что сделает. Пальцы Атаго проникли между ягодиц и нащупали его анус.
– Ты ведь девственник, Кавур, – смотря ему в глаза, произнес пират, – я буду у тебя первым. Не бойся, я буду нежен и аккуратен с тобой.
– А я не буду нежен.
Произнеся это, Кавур шагнул вперед. Атаго, не ожидая этого движения, потерял равновесие. Адмирал сделал подсечку и перекинул пирата через выставленную ногу. Атаго со всего маха упал спиной на кровать. Кавур моментально оказался на нем и тренированным захватом заломил руку пирата, заставляя того перевернуться на живот.
Зашипев от боли, Атаго перевернулся. Кавур еще сильнее завел его руку назад, а свободной рукой отодвинул в сторону его ягодицу. Он плюнул на сжатый, сморщенный анус и, приставив истекающую смазкой головку своего члена, резко толкнулся. Член вошел практически полностью, он был хорошо смазан слюной Атаго.
Пират закричал и сразу впился зубами в подушку, заглушая свой крик. Кавур сделал еще толчок бедрами вперед и вошел в него до конца, а затем стал яростно долбить его членом. Капельки пота выступили на спине пирата, и Кавур понимал, что это от боли. Он видел, как Атаго цепляется свободной рукой за простыни и как кусает подушку. Понимая, что так нельзя даже по отношению к пирату, Кавур снизил ритм. Он отпустил руку Атаго, приподнял его за бедра, меняя угол вхождения в него, и взял рукой его член. Повышенной жестокостью он никогда не обладал. Одно дело убивать противника на войне, другое дело сознательно причинять боль. Ему уже сейчас было стыдно за то, что он делает с пиратом, но Кавур знал, что другого выхода Атаго ему не оставил.
Изменив позицию и взяв другой ритм, Кавур ощутил, что член Атаго стал тяжелеть в его руке.
Он продолжил, слыша стоны пирата, и это были стоны удовольствия.
Что произошло, Атаго понял, но вот только не ожидал этого от Кавура. А потом его пронзила боль. Он тоже был девственником в этом плане и внушительных размеров член, заполнивший его анус заставил, его кричать. Но Атаго сжал зубы на подушке, терпя эту боль.
Первый шок прошел, боль стала сменяться на другое. Кавур все же пощадил его, изменив ритм вхождения и так умело задевая что-то внутри него, что вызывало волны тепла и удовольствия в теле. А рука Кавура на его члене завершила общую картину, и он стал возбуждаться.
Кавур продолжал входить в пирата, интенсивно дроча его член. Сейчас он хотел побыстрее прийти к разрядке. Но сначала нужно было, чтобы кончил Атаго. Он же хотел любви с ним, а Кавур согласился на это. Тогда все по-честному.
Он чувствовал приближение разрядки пирата. Ощущал по судорогам в его теле и стонам с его губ. Наконец Атаго прогнулся и Кавур почувствовал в своей ладони его теплое семя.
Себя он довел до разрядки сам, сделав несколько энергичных движений в анусе Атаго. Затем вынул член и додрочил его на спину пирата. Кавур видел, что его член в крови. Ему было жаль, что он стал причиной этого, но Атаго не оставил ему выбора.
Кончив на Атаго, Кавур слез с постели, взяв салфетки, быстро обтер себя. Затем стал одеваться.
Поискав в кармане, он кинул на кровать маленькую коробочку.
– Это регенератор, вколи его. – Произнес Кавур.
– Беспокоишься о моей порванной заднице, – медленно перевернувшись на спину и морщась, произнес Атаго.
– Я не хотел этого… Но что теперь говорить. Ты сам захотел любви.
– И я ее получил, – морщась и все же улыбнувшись, ответил Атаго.
– Тогда наша сделка выполнена с моей стороны, ты получил моей любви, теперь ты должен выполнить обещание, ответив об Иларисе.
Атаго приподнялся и, поморщившись, сел на кровати, накинул на бедра покрывало. Его глаза встретились с глазами адмирала.
Кавур шагнул к нему. Он должен был видеть глаза Атаго, слыша его ответ.
Помедлив, пират произнес:
– Иларис мертв. Он недолго прожил, сам понимаешь, моя команда не была аккуратна с ним. Извини, что не привез тебе порошок из контейнера с переработкой, куда его бросили. Я понимаю, ты хотел похоронить его.
– Нет, не хотел. Спасибо за твой ответ, – в Кавуре не было ничего, ни эмоций, ни чувств, ни жизни. Мир вдруг исчез, были просто механические действия и пустые слова. Его жизнь закончилась с этими словами, но он продолжал жить.
– Не за что. Если что еще нужно, ты обращайся. Тем более мы с тобой установили очень приятную до обоих плату между нами.
– Ты болен, Атаго.
– Да, болен! И знаешь как эта болезнь называется?! – он смотрел не моргая в глаза Кавура. – Любовь это! Я люблю тебя. Ты знаешь, что такое любовь?
– Знал, но теперь это уже неважно, – закрепив меч-тиан на поясе, Кавур посмотрел на Атаго, – я хотел убить тебя после всего, что здесь будет. Но теперь не хочу. Живи с этим. Жить намного больнее, чем умереть, а жить с любовью, которой не быть, больней в сто крат. Поверь мне, я это знаю.