Бремя долга, лежащее на его плечах, он, казалось, чувствовал физически. Не властен он над своей судьбой. Не имеет он права пойти по зову сердца искать того, кого любит. Он должен пройти свой путь, даже если он и навязан ему. Кем? Жизнью, обществом, в котором он живет, долгом. Слишком много того, что лишало его свободы, давая взамен иллюзию счастья.
Вспоминая этот разговор с отцом, Кавур продолжал принимать поздравления, держа за руку юную Аяну, которая была искренне счастлива и любила его.
***
Как только пришла информация о починке Титана и его готовности к полету, Кавур сообщил семье, что улетает. Нужно было оказаться у планеты Урус раньше, чем туда вернутся акелы. Все это понимали, только в глазах Аяны он видел непролитые слезы. Сегодня она получила результаты своего состояния. Она была беременна. Первая брачная ночь принесла им ребенка. Это был мальчик. Кавур знал, что теперь все счастливы. Наверное, и он счастлив. Все же понимание, что у тебя будет сын, окрыляло. Его частичка продолжится в этом ребенке. Продолжение жизни, продолжение рода Карбоне, продолжение его. Да, он был счастлив, что у него будет сын. И в их первую ночь Кавур знал, что искренен с Аяной. Он любил ее, так стараясь убрать из памяти странное сходство с Иларисом. Он не понимал, почему они так похожи… Аяна и Иларис. Почему в них столько общего, даже в интимной близости. Наверное, просто он так и не изжил из себя эти воспоминания и во всем видит его.
Прощаясь с семьей жены, Кавур опять видел боль в глазах Ширы, жены Бруно. Он за эти дни несколько раз пытался спрашивать об их сыне и каждый раз не понимал, почему Шира отводит глаза, а Бруно, наоборот, начинает рассказывать, какие успехи у их мальчика в учебе. Если с сыном все в порядке, тогда почему Шира так странно себя ведет. Она ведь рада за дочку и он видел ее радость, когда Аяна сообщила, что беременна.
Попрощавшись со всеми, Кавур уезжал в душе с тяжелым чувством. Все же, жить во лжи непросто. Но это тоже его долг и он выдержит всю его тяжесть.
Ступив на борт Титана, Кавур нашел глазами Дэя. Все это время они не виделись. Хотя Римус был на его свадьбе, а потом, видно, посвятил время отчетам императору. Сейчас Дэй прибыл на Титан раньше него и уже приступил ко своим обязанностям.
Кавур тоже включился в работу. Им предстоял долгий перелет к орбите Уруса. За это время нужно многое успеть, в том числе и продумать тактику ведения боя с акелами. То, что те прилетят, адмирал даже не сомневался.
Пожав руку Дэю, Кавур повернулся к перилам капитанского мостика, с которого обозревал пространство перед собой. Военные уже заняли места за пультами управления. Титан набирал скорость, так же, как и корабли армады, летящие за ними.
– Нам предстоит много работы, – понимая, что сейчас они на виду, сухо произнес Кавур, – нужно разработать план расстановки сил около планеты в ожидании акел.
– Видя, что Римус слушает его, адмирал продолжил: – Жду вас вечером у себя в каюте.
– Слушаюсь, адмирал.
Римус уже знал, что проработка их плана начнется с постели Кавура. Он был рад этому, так как скучал по нему.
***
Форт жил своей обычной жизнью. Грей наблюдал за Илем, беспокоясь о нем, и в то же время, он видел, что тот нашел в себе силы пережить произошедшее и жить дальше. Иль продолжал обучение парней, и когда нужно ездил с Греем на выезды. Грей специально стал брать его чаще с собой, считая, что возможность пострелять отвлечет Илариса от воспоминаний.
Попытки найти того, кто включил эту запись не привели ни к чему. Грей даже поручил расследование Нейсу, но в целом понимал, что такое мог сделать любой из парней, кто был недоволен обучением и вообще, Иль давно стал выше всех по статусу. Обычно такое не очень любят. Плюнув на поиски виновника произошедшего, Грей просто продолжил жить.
Очередная вечеринка, которую он устраивал для всех, была больше сделана для Иля. Все же алкоголь, музыка, веселье, это лучше, чем сидеть в каюте и вспоминать. Поэтому Грей и не давал Иларису грустить. Он и на эту вечеринку буквально вытащил его чуть ли не за руку. Медора и Мун были рядом, поддерживая Иля своим присутствием.
– Еще по одной? – обнимая Иля за плечи, Грей приблизил к нему свой цилиндр.
– Давай, – вымучив улыбку, произнес Иль.
Он выпил. Стало чуть легче. Все это время он не давал себе вспоминать и был благодарен Грею за то, что тот буквально все взвалил на него. Постоянные выезды за пределы форта. Теперь Иль стрелял и уже не думал, в кого. Люди ли там или мутанты. Он просто стрелял. Он научился стрелять, зная, что это нужно. Все мысли и сожаления ушли. Иль перерождался, становясь другим. Подготовка ребят тоже шла очень активно. Даже полеты с ними на Катарсис стали ему не страшны. Нейса сейчас он воспринимал просто как Нейса, скользя по нему взглядом и продолжая делать то, зачем он на корабле.
Лишь только Катарсис, когда они оставались наедине, возвращал ему крупицы его прежнего. Того, кем он был раньше. Наивным юношей, верящим в любовь. Катарсис давал ему крылья и Иль летал в этом голубом свечении, ощущая себя счастливым.
Оставляя крылья, Иль становился тем, кем теперь был. У него не было уже эмоций, жалости, сомнений. Его стали бояться. Себя нового он увидел как со стороны, когда в очередной перестрелке рубил мечом-тианом нападавших на него военных из охраны склада. Они были людьми, но Иля это не волновало. Части их конечностей валялись повсюду.
Еще раз Иль увидел себя другого, когда приставил нож к горлу парня, не хотевшего проходить инструктаж поведения на корабле.
И таких случаев становилось все больше и больше.
Вот и сейчас, сидя на высоком стуле, Иль смотрел на дергающихся под музыку парней, чувствуя, что он другой. Он сам по себе, возможно, он выше их по статусу и поэтому никогда не будет себя вести как, например, Чен, валяющий дурака, или даже как Грей, танцующий полуголым на барной стойке.
Почувствовав на себе взгляд, Грей спрыгнул и подошел к Илю.
– Что грустишь? Потанцуем? – но видя холод в глазах Иля, Грей замолчал. – Может, покурим?
Тот кивнул. Грей закурил, передавая сигарету Илю. Иль затянулся, несильно, чтобы не закашляться. Попытался прислушаться к себе. Нравится ли ему это или нет. Было никак.
– Может, мальчика? – с задорными искорками в глазах спросил Грей. – Люк, подойди-ка сюда.
К ним подошел парень лет двадцати пяти. Высокий, с горой мышц и явным отсутствием мыслей на лице. Хотя все же в его взгляде Иль уловил непосредственность и, возможно, детскую доброту, а еще он видел, как этот Люк смотрит на него.
– Рекомендую, – Грей подлил в цилиндр Иля еще алкоголь, – он хорош… очень хорош. – Грей приблизился к искусственному ушку Иля и зашептал: – Такое творит языком. Вылижет всего. И нежный очень. Тебе понравится.
Рассматривая Люка, Иль чувствовал, что хочет этой нежности. Нужна она ему. Живой он и не готов хоронить себя. В нем просыпалось желание физической близости. Желание чувствовать прикосновения к себе, желание, чтобы пустота в нем была заполнена.
– Пойдем, – вставая, произнес Иль.
Видя, как удаляется Иларис, а за ним Люк, Грей улыбнулся. Он успел перехватить за руку Медору, которая, увидев, что Иль уходит, двинулась за ним.
– Не ходи. Побудь здесь, – переведя взгляд на Муна, Грей приказал, – а ты иди.
Мун молча пошел за удалившимися в дверях Илем с Люком.
========== Глава 36 ==========
Идя по коридорам форта, Иль знал, что не сомневается в правильности своего поступка. Он видел, что Люк следует за ним, все же держа дистанцию. Сейчас он вспомнил этого парня на своих занятиях. Люк не отличался рвением в учебе и желанием занять какую-нибудь из должностей на Катарсисе. Парень был одним из тех, кто прослушивал инструктаж и с чувством выполненного долга уходил заниматься более интересными вещами.
Зайдя в комнату, Иль повернулся, смотря на Люка. Тот бросил быстрый взгляд на змей, но, видно, их присутствие его не беспокоило, затем закрыл за собой дверь. Помедлив, Люк подошел и Иларису и замер.