— Насколько древний этот символ?
— Очень... В тексте нет точной даты, но я уверен, что этого и не нужно.
Зеркало замерцало пурпурно-золотым цветом, когда я предстала перед ним.
— Архивы Департамента. Спираль Восхождения.
— Чертоги пусты, — спокойно ответило мне зеркало.
Пусты… значит, кто-то уже стер следы. Значит, я иду по запретной линии… От этой мысли внутри вспыхнуло странное, почти радостное напряжение.
Финниан неохотно поднялся с кресла, наверняка подумал, что я просто неправильно назвала символ.
— Архивы Департамента, — его голос звучал четко и твердо. — Спираль Восхождения.
— Чертоги пусты, — раздалось вновь.
Эхо этих слов проникло в разум. Оно кричало, шипело, чуждо звучало.
— Илара! Илара… Илара Вейн!
Я только сейчас заметила, что закрыла руками уши, не сразу поняв, кто держит меня за плечо. Тонкие аристократичные пальцы. Кошачий глаз… Финниан.
— Что с тобой? Илара, ответь мне!
Дернув подол платья, зажатый в слюнявой пасти Киары, я едва его не порвала. Дух метался из стороны в сторону.
Пальцы легли на мягкую шерсть. Я провела по спине и почесала за ухом.
Мы с Финнианом переглянулись, но каждый оставил свои мысли при себе.
Он не настаивал. Порой его интеллигентность играет на руку. А я не хочу обсуждать то, что со мной произошло.
— Кто-то не хочет, чтобы мы узнали о символе больше, чем нужно.
— А что тебе удалось узнать? — Финниан призвал Лафея обратно в оберег и сосредоточился на моем лице.
— Практически ничего…
Посвящать Финниана в историю с похищением зелья из кабинета Грейстоуна было недальновидно и опасно. Его врожденная честность всегда удивляла меня, но чаще — злила. Боюсь, мой проступок станет его удручающей ношей.
— Ты уверена?
— Фин, надо все рассказать Архонту Инегрею. У меня сложности в общении…
— Я поговорю с ним, — кивнул он и вышел из моего кабинета.
Если данных нет, то дату сокрытия должны были отследить в Архиве, иначе быть не может.
Я извлекла из сумки загадочно переливающееся зелье и пристально уставилась в зеркало.
— Рислин Торн, — произнесла я.
— Илара, — сразу же ответила Рислин, материализовавшись из густого сине-зеленого тумана. — У меня серьезные дела. Я не могу сейчас разговаривать.
— Что случилось? — Мой голос срывался. Рислин нервничала, учитывая ее обычное спокойствие.
— Великие Деревья. С ними что-то не так. Изумрудный Шпиль теряет листву, — она завершила призыв. — Меня вызывает Совет Архонтов, чтобы разобраться.
Как такое может случиться? Изумрудному Шпилю Вечности столько лет, что не существует такого числа. Никто не знает его точный возраст! Закончу с Архивом и помчусь к наставнику.
Киара завыла, заметалась и скрылась в браслете. Еще несколько минут я не сводила с оберега глаз.
Испуганное отражение в зеркале смотрело большими синими глазами. Это вообще я?
— Покажи Архонта Криспину Эмбервуд.
Я никогда раньше не чувствовала подобного доступа к чужой реальности. Это было похоже на открытие двери, которые не просто запрещено трогать — о которых даже не должны знать.
Множество изображений Криспины замелькали одно быстрее другого. Я дотронулась пальцем до самого недавнего из них. Картинка тотчас замерла, позволяя внимательно рассмотреть детали.
Добавив во флакон кусок пергамента с каплей крови Криспины, я поднесла его к губам.
Аромат зелья был одновременно притягательным и отталкивающим. Сладкие нотки цветов перемешались с терпкими запахами корней и пряными ароматами неизвестных трав.
По коже губ пробежал легкий холодок.
А вдруг я больше не вернусь?
Инстинктивно сделав глубокий вдох и все еще сомневаясь в этой затее, я медленно опустила руку ниже.