— Мне нужно выяснить, что разглядел «Глаз ужаса», чтобы собрать информацию воедино, — неохотно сообщила я. — Еще мне нужно знать мнение Магистра по деактивации проклятий.
— Вы серьезно думаете, что в этом есть необходимость?! — не скрывая усмешки, спросил Инегрей. — Хотите сказать, что Архонта Финча… прокляли?
— Я не утверждаю, но... дело необычное, — я старалась обосновать эту необходимость. — Хочу собрать больше данных.
— Смерть очевидно наступила от лап зверя, следы которого вы обнаружили за завесой. От вас требуется только установить, что это за чудовище, магистр Вейн. А уж потом найти убийцу будет не сложно, — он строго оценил меня, глухо постукивая посохом по замерзшей земле и приказал: — Доставить тело Архимага Финча в Храм.
Храм Безмолвия. Так называют место, высеченное в сердце горы из черного сверкающего камня. Снаружи — скалистая порода сливалась с небом, а внутри, в бесконечной тишине, покоились тела магов, ожидая последнего обряда Вознесения.
Вход в Храм скрыт за водопадом. В нишах вдоль стен располагаются саркофаги из кварца, в которых покоятся усопшие, а волшебный туман не позволяет телам разлагаться.
Маги редко умирают от старости. Нашу жизнь короткой не назовешь. В среднем пятьсот лет, поэтому церемонию Вознесения проводят раз в год — в Новый год. Когда завеса между миром живых и мертвых становится настолько тонкой, что каждый это ощущает. Старый год забирает души усопших, позволяя начать все с нового листа.
Здесь нет места пустым слезам. Маги начитаны и умны, чтобы тратить на это драгоценное время. Смерть обязательно заберет каждого из нас, но в свое время.
Память складывалась, как кусочки пергамента в детских играх. Воспоминания возвращаются и это значит лишь одно... их придется остановить.
Я была в Храме Безмолвия лишь однажды, когда прощалась со своей сестрой — Майей. Она работала в Ордене правомерных заклинаний и погибла от магического эха. Это остаточная энергия прошлых событий. Сестра спасала потерявшего разум испуганного маг, чтобы он не навредил себе сам.
Глупец пытался призвать воспоминания из прошлого, связанные со своей возлюбленной. Майя закрывала пространственный разлом и, при попытке поглотить магическую энергию, она случайно поглотила нестабильное эхо.
Запрещено использовать заклинание, приподнимающее завесу в прошлое. Последствия могут оказаться необратимы. Департамент жестоко наказывает таких магов. Даже слишком жестоко.
После этого случая я твердо решила, что не намерена отправлять других магов на суд. Пусть это выполняет кто-то еще. Твари мне больше по душе.
Я наблюдала, как Хранители едва слышно шептали заклинания, поднимая в воздух тело убитого Архимага Финча, заключая его в прозрачный кварцевый саркофаг, укладывая, как на постель.
— Намечается веселый Новый год, — грустно предрек Финниан.
— Я все равно его не отмечаю, — равнодушно ответила я, допивая напиток.
Дотронувшись до браслета, я призвала Киару.
— Аэйро Оарэ.
Дух обрел четкие очертания и плотность.
Забравшись на ее спину, я взглянула на озадаченного Финниана, сосредоточенно наблюдавшего за мной. Зрачок кошачьего глаза двигался резко и хаотично, стараясь охватить все.
— Скажи, если что-то выяснишь.
— Разумеется. Киара, в Департамент.
Киара послушно развернулась в нужном направлении, внезапно оскалившись, чем испугала зевак, и устремилась в Департамент.
К сожалению, способность телепортации доступна только магам со званием Архонта. Они обладают выдающимися способностями. А я всего лишь в начале своего пути.
Посох Архонта Финча пропал. Он создан из ветви Сердца Элдории — одного из трех Священных деревьев, к которым таким, как я, запрещено даже приближаться под страхом быть осужденным.
Величественное здание Департамента по Предотвращению Магических Преступлений располагалось в огромной горе и возвышалось над городом.
Башни, взмывающие ввысь, выложены из мерцающего обсидиана. Окна такие большие, что похожи на порталы из хрустального стекла, через которые можно было увидеть вихри магических энергий, циркулирующих внутри.
Главный вход в здание похож на огромную арку из переливающегося кварца. Она светилась изнутри, озаряя прилегающую площадь мягким светом.
По бокам арки стояли два исполинских голема из цельных кусков горного хрусталя. Они постоянно следили за происходящим, крепкие тела покрывались узорами из рун.