На меня мощным потоком нахлынули воспоминания: мое обучение в Академии, сложности и маленькие радости. Самое приятное воспоминание – создание фамильяра. Моей бесстрашной рыси, готовой во всем сопровождать меня и... Разделять мое горе.
- Квартокс, – произнесла я и из центра стола появилась панель для работы с «Глазом ужаса».
Несколько часов я рассматривала все материалы, которые мне удалось накопить за время расследования.
Да, несомненно, грядет нечто ужасное даже по меркам магического мира – новое пришествие драконов. От осознания этой мысли, по позвоночнику пробежала мелкая дрожь.
Мое видение – вовсе не видение, это будто вещий сон, который позволил мне взглянуть в будущее. И, если я не предприму попыток спасти свой мир, то он безвозвратно исчезнет навсегда.
Я была уверена, что Великое древо Сердце Элдории сыграет свою роль, о которой я еще не догадывалась.
Я делала упор на это магическое созвездие – чешую дракона. Я не сильна в астрологии, но мне срочно надо взглянуть на небо. До Кануна Нового года осталось три часа.
Я направилась на одну из высоких башен в Крыле криптозоологии, с размещенной на ней подзорной трубой. Разложив пергамент с координатами загадочного созвездия, я установила подзорную трубу в нужное положение и взглянула на вечернее небо – не может быть! Звезды, почти все, встали на свои места. Созвездие обретет полную силу ровно в полночь.
Схватив пергамент, я рванула к выходу из башни, как вдруг путь мне преградили несколько Защитников.
- Магистр Илара Вейн, вы задержаны за предательство Провидца магии Кассиана Эвермейна и будете заключены под стражу!
- Нет, это не правда! – возразила я, но четыре Защитника окружили меня и заковали мои кисти в магические оковы.
Времени совсем мало. Я не понимаю, чем обоснованы такие серьезные обвинения.
Сердце часто билось в тревоге и готово было продолжить расследование отдельно от моего заключенного под стражу тела. Я знала, куда меня ведут - в рабочие палаты Провидца магии Кассиана Эвермейна.
Огромное, просторное помещение, преобладающим цветом которого был черный, словно сама тьма нашла здесь свое пристанище.
Стены переливались сине-перламутровым светом, казалось, они впитали в себя всю магическую энергию этого мира, и источали слабый холод, пробирающий до костей. На стенах не было картин или гобеленов, лишь редкие магические руны, начертанные серебряной краской, которые, подобно змеям, скользили по поверхности. Окна, узкие и высокие, были затянуты толстыми шторами, не пропускающими ни единого лучика света, создавая в помещении атмосферу полумрака и надвигающейся опасности.
Посреди помещения стоял огромный стол из черного дерева, его поверхность была гладкой и блестящей, словно отполированная кровью. На столе разбросаны свитки, книги, магические артефакты и инструменты, создавая впечатление хаоса. В центре стола располагался огромный хрустальный шар, внутри которого плясала магическая энергия, переливаясь всеми оттенками темного с золотом.
В углу помещения находился стеллаж с книгами, чьи корешки были потрепаны, а кожаные обложки – затерты до дыр. Это были не просто книги, это были хранилища знаний, которые позволяли Провидцу искусно манипулировать самой реальностью, ведь он владел такими знаниями, которые не спешил раскрывать обычному магическому обществу. Это также подтверждают скрытые секторы в Архиве Департамента. Я чувствовала, как от фолиантов исходит мощная магическая энергия, и понимала, что мне лучше держаться подальше.
Я стояла в окружении Защитников и боялась пошевелиться, в ожидании Провидца, и, наконец, дверь в дальнем конце комнаты медленно открылась. В проеме появился Кассиан Эвермейн. Он был высоким и широкоплечим, его фигура, отчего-то вызывала во мне лишь страх. Его лицо, жесткое и волевое, было отмечено глубоким шрамом, который пересекал его левую щеку и уходил под подбородок. Шрам был не только знаком его суровости, но и свидетельством его боевого прошлого, который делал его еще более грозным. Он действительно имел шрам на лице, который ему оставил напоследок Глейсиус. Его глаза, пронзительные и холодные, словно лед, от них пробегал холодок по коже.
Кассиан одет в длинную мантию из черного бархата, которая лишь подчеркивала его могущество. Его руки, с длинными и тонкими пальцами, были покрыты множеством магических колец, которые мерцали слабым светом. Он двигался медленно и размеренно, словно хищник, который знает свою силу и не нуждается в спешке. Его голос, когда он заговорил, был низким и хриплым, но в нем звучала власть, которая не терпела возражений.