Его рот был чувственным и хорошо очерченным, а губы - тонкими и выразительными, способными раскрыть всю гамму эмоций: от насмешки до нежности. Весь его облик, будто Владыка драконов сошел с полотна известного художника.
Мантия из черного бархата ниспадала до пола, а на плечах виднелись серебряные наплечники, украшенные драконьими мотивами. Его руки, сильные и крепкие, с длинными, тонкими пальцами, которые, казалось, созданы для того, чтобы держать в руках магические артефакты. Он носил несколько серебряных колец, украшенных кристаллами - они мягко мерцали в полумраке.
Глейсиус излучал ауру силы и спокойствия, его присутствие наполняло это место тишины невидимой энергией, которая, проникала в каждую клеточку моего тела. Он был не просто красивым мужчиной, он был воплощением власти и величия, и от одного его взгляда у меня замирало дыхание.
Я смотрела на него, словно завороженная, и понимала, что он – не просто Владыка драконов, он – нечто большее, он – воплощение настоящей необъяснимой магии. И теперь он вернулся, чтобы... Поработить мой мир.
- Древо готово? – произнес он.
- Да, Владыка, – с почтением ответил Корвус Финч. – Сердце Элдории впитало почти всю магию.
- Почти? Мне нужна вся сила, – Глейсиус сверкнул глазами.
- Этот мир готов к перерождению, Владыка. Провидец Эвермейн все подготовил.
Глейсиус обвел взглядом свое крылатое войско и направился к одному из самых больших драконов, полагаю, это один из его важных последователей.
- Что ты имел ввиду? Причем здесь Провидец Эвермейн? – с тревогой в сердце спросила я.
- Магия драконов всесильна. Но ее требуется подпитывать волшебной энергией. Драконы порабощают другие миры. Глейсиус оставил этот мир много лет назад, выжидая, пока вырастет Великое Древо из семени, посаженного лично им. Древо Сердце Элдории накапливает магию, чтобы Владыка мог поглотить ее всю, когда придет время. И оно пришло сегодня, – ответил Финч и торжественно улыбнулся. – Кассиан Эвермейн согласился оберегать Древо в течение многих лет, взамен на длительную жизнь и власть, которой одарил его Владыка Глейсиус.
- Это ложь!
- Это единственная существующая истина, девчонка! Ты слепа, также, как остальные маги! – брезгливо ответил он. – Вы не видите ничего, что происходит вокруг! Кассиан Эвермейн не победил девяносто лет тому назад! Это ему позволил сделать Владыка. Он сам покинул этот мир, чтобы потом вернуться! Вернуться за тем, что по праву принадлежит ему – магическая сила Древа Сердце Элдории.
- Оно убивает два других древа! Поглощает их силу.
- Так и должно быть! Кассиан согласился призвать Владыку Глейсиуса, как только Древо насытится, но не стал! Он предал его! Надеялся, что Владыка никогда не сможет вернуться в наш мир. Эсфу поведал мне все. А, когда Кассиан ужесточил наши законы, я понял, что он никогда не призовет Владыку драконов.
- Ты призвал его ради мести тоже?
- Да. Это сделал я. Но не только ради мести, ради справедливости, – улыбнулся Финч. - Кассиан запер все книги, все знания в своем проклятом Департаменте и жестоко расправлялся с теми, кого считал неугодными. С теми, кто мог призвать Владыку. С теми, кто знал... Правду.
Древний заговор сбылся. Кассиан Эвермейн предал Владыку драконов, чтобы владеть силой Древа Сердце Элдории лично.
К нам подлетел сине-золотой дракон, он видел в нас с Финчем не более, чем насекомых, яростно сверкая черными глазами.
Он закрылся крыльями и обратился в облик мужчины.
- Генерал Рейзариус, – поклонился Корвус, боясь поднять глаза.
Генерал, чье имя было подобно раскату грома, предстал передо мной в облике мага. Высокий и широкоплечий, как и его Повелитель. Он двигался с грацией хищника, каждым своим шагом излучая силу и уверенность. Его кожа была бронзово-золотистой, закаленной в пламени, и на ней виднелись тонкие шрамы, напоминающие о бесчисленных сражениях в других мирах.
Его глаза, цвета расплавленного золота, смотрели на мир с пронзительной остротой, и в их глубине можно было прочесть мудрость, накопленную за долгие века. Они не были жестокими, но и не были мягкими – в них сочетались решительность и справедливость, свойственные воину и главнокомандующему. Густые, черные брови нависали над глазами, усиливая впечатление, которое он производит.