– Я справлюсь – зашептала она мне на ухо. Закончив обнимашечки, отошла от меня на шаг и деловым командирским голосом с укором произнесла:
– Как все-таки была права Окунева: Что ж вы за зверь такой бесчувственный ! Ну разве можно так пугать юного старшего лейтенанта ? С таким вашим подходом она может не дожить да капитанского звания – глаза ее, несмотря на тон, искрились весельем.
– Да что вы такое говорите товарищ старший лейтенант - всплеснул я руками – с вашим то здоровьем, да возрастом ! Ведь вы еще такая маленькая и несовершеннолетняя !
– Вот ! – обличающе ткнула она пальцем в меня – доказательство ! Но несовершеннолетняя – это уже недолго. И не смотря на все ваши недостатки я все равно вас люблю ! Подбежала, поцеловала:
– Я пойду принимать отделение ?
- Иди, радость моя – улыбнулся я. Морозова вихрем вылетела из землянки. А я еще с минуту стоял улыбаясь… Наконец, тяжело вздохнув, направился на площадку штрафников. Предстоял серьезный разговор…
Увидев меня подошел Сергей, что то хотел спросить, но я сухо бросил:
– Построй штрафников. - Ну что, товарищи дармоеды ! Cо второго ряда донеслось:
– Мы не дармоеды товарищ командир ! Именно на такое я и рассчитывал.
– Кто это там такой смелый и шустрый из за спин говорить ? Появись ка… С второго ряда вышел вперед боец. Из взвода Одинцова… Сергей потемнел – его боец и его упущение в воспитании.
– Значит не дармоеды ? – Никак нет !
– А кто же тогда – вкрадчиво поинтересовался я.
– Штрафники – товарищ командир !
– Тогда ответь мне на вопрос товарищ штрафник – а кто такие дармоеды ? Боец подумал и выпалил:
– Это те, кто ничего не делают для общества, а едят за счет общества !
– Тогда ответь мне еще на один вопрос – а почему в моем подразделении нет политработников и комиссаров ? И снова бойкий ответ
– Вы их не любите…
- Так ведь они не девки и женщины, чтобы их любить… Их нет потому что я считаю их дармоедами – пользы от них никакой, а затраты больше чем на командиров ! В моем подразделении – сразу же продолжил я, чтобы не заострять внимание на своих словах: рано еще – дармоедов нет и не будет ! И еще вопрос штрафник – одни бойцы воюют с немцами, даже чуть бунт не устроили, когда узнали, что их не берут на захват аэродрома, а другие бойцы в это время спокойно себе тренируются, повышают свое мастерство…
- Это ваш приказ – товарищ командир – гнул свою линию боец.
– Поправка штрафник – не приказ, а наказание. Это разные вещи… А наказание было за полученные в бою легкие ранения и травмы.
– У большинства были ссадины и царапины при погрузке ящиков – упорствовал боец.
– Я вижу 8 дней отдыха от войны ничему тебя не научили. Смотрю я на тебя и вижу сейчас смелого, решительного, умеющего отстаивать свое мнение бойца ! Только ответь мне - почему я вчера не назвал твоей фамилии на трехдневный отпуск ? Командира группы полуотделения, который в рукопашной взял в плен пятерых немцев, не получив при этом ни одной царапины назвал – а тебя нет. Ответь штрафник ? Тот стоял молча – видимо только сейчас до него стало доходить, что он зарвался…
- Тогда отвечу я: потому что командир группы молча делал то, что должен, а ты смелый только сейчас, здесь и на словах ! Теперь что касается травм при погрузке: командир взвода Синицын в подобной операции участвовал впервые, поэтому мог не знать, или забыть в волнении про то, что руки бойцов надо беречь. Но ваш взвод имеет номер один – значит первый, значит лучший ! И в подобной операции с загрузкой трофеев участвовал не впервые. И если ваш командир – я в упор уставился на Сергея так, что он, казалось, стал ниже ростом – забыл про перчатки, то вот здесь и надо было проявить смелость – напомнить товарищу майору …
- Значит так – подвел я итог дискуссии – ты штрафник идешь на склад и сдаешь все, что получил. Затем винтовка, паек и в свободное плавание. Мне в подразделении нужны бойцы высокого уровня, а не болтуны высокого уровня. Капитан Синицын – вы сделали надлежащие выводы ?
– Так точно товарищ командир ! У вас есть одно замечание по поводу невнимательности к экипировке своих бойцов, а значит и невнимание к их здоровью. В случае повторного замечания меры будут приняты другие. Вы сейчас забираете своих бойцов и направляетесь к себе во взвод. Выполняйте. Теперь что касается остальных: я считаю - хватит вам бездельничать. Все оставшиеся штрафники составят взвод майора Одинцова – никто в свои взвода не вернется, по крайней мере до того момента, пока не докажет делом право вернуться в свой взвод. За допущенные промахи взвод лишается номера один и получает букву " Д ", что значит – дармоеды ! Чтобы убрать эту букву и взводу и командиру нужно на деле доказать кем вы являетесь: гордостью Спецназа или дармоедами. А дармоедов я у себя не держу… Специально для вас говорю, а на вечернем построении обьявлю всем – мною лично будет рассматриваться КАЖДЫЙ случай ранения: почему и кто в этом виноват ! Через час выступаете с взводом Зверева и моей группой на захват эшелона идущего в тыл к врагу…