– Я поняла товарищ командир.
- Второе – ты мыслила по государственному, а они по военному. По государственному – это: как решить поставленную задачу, а по военному – как выручить… Конники в рейде, потери большие, боеприпасов мало, все устали – их надо выручать в первую очередь. А то, что после этого возникнут проблемы и трудности у других – это военных волнует меньше всего: главное – выручить… Поэтому они и были за Сергея. И еще. Тебе скажу – ты не выдашь, не проболтаешься, не подведешь… Ты наверное уже давно заметила, что то, что мы имеем никак не может быть сделано здесь.
– Да я давно это поняла, но раз вы не говорите – об этом и думать незачем.
- Откуда все это ? – продолжил я. Советский Союз ввел войска в Афганистан, а всякая интеллигентная сволочь долго поливала грязью всех: и тех, кто принял это решение и тех, кто там воевал… По разным подсчетам там погибло от десяти тысяч, до ста. 100 тысяч – это подсчеты той самой интеллигенции. Но многие были недовольны введением войск, я не говорю уже про семьи погибших. Только большая часть погибла не в сражениях, а в засадах, по глупости или жадности, но больше всего из-за тупости и предательств военных чинов. Как впрочем и у нас здесь. Но я не об этом хочу сказать. Там, в Афганистане испытывалась в военных условиях боевая техника и по результатам тех испытаний многие из наших вооружений до сих пор лучшие в мире. Только и это не главное. Наши не пустили туда американцев. Иначе американцы поставили бы там свои базы и Советскому Союзу пришлось бы ставить здесь мощную оборону – а это такие деньжищи… И прямая угроза оказаться под ракетными ударами. А все это по государственному мышлению – то есть в интересах государства – намного выше, чем жизнь десяти и больше тысяч человек. Могли бы погибнуть миллионы. Вот такая арифметика, о которой простой обыватель не знает, да и не задумывается. Катя сидела притихшая.
– А у нас сейчас также ? – Да никакого отличия. Возьми к примеру танк Т-35. Пять башен, три орудия. Какая огневая мощь ! А толку от него в настоящей войне ? Никакой…
- Тогда зачем его делали ? - возмутилась она.
- Многое на этой войне работает не так, как надо. Это уже вредительство, саботаж и измена. А ты на бедного майора накинулась с такими словами. Морозова опустила голову.
– Но мириться я с ним не пойду ! – вскинулась она. Посидела немного и стала заглядывать в глаза:
– Но вы же нас простите ?
– Ни за что ! Я был тверд, как скала.
– Хотя, если в ноги бухнетесь, да повинитесь, да скажете, что больше не будете… Катерина даже не дослушала – только ботинки простучали по ступенькам… Вот ведь неугомонная – ну как на такую сердиться ?...
Через несколько минут по ступенькам затопало, Морозова попросила разрешения зайти и втолкнула в землянку ворчащего Сергея. Ловкой подсечкой свалила его на колени, бухнулась рядом сама, ткнула его в под дых локтем, отчего тот согнулся ткнувшись лбом в пол и наклонившись сама заголосила:
– Товарищ командир простите нас глупых и неразумных. Мы больше не будем ! Обернувшись к сипящему, распрямляющемуся Сергею вскрикнула:
– А ты что молчишь, проси прощения ! И влепила такой подзатыльник, что бедолага снова ткнулся головой в пол.
– Морозова – ты с ума сошла ? Ты что вытворяешь ?
– Хочу, чтобы вы нас простили, хотя бы меня… А этот пусть сидит на базе – я же из-за него страдаю !
– А ну встали оба ! – рявкнул я. Цирк мне тут устроили… Катя вскочила, Сергей встал, с трудом распрямившись – удар у ЗИМЫ еще тот !
– Морозова ты все поняла ?
- Так точно товарищ командир ! - Одинцов – а ты ? Тот что то пытался посипеть, но только развел руками.
– Да понял он все товарищ командир ! – Ты понял ОДИН ? – угрожающий тон Морозовой не обещал ничего хорошего в случае непонимания.
– Если понял – кивни. Сергей закивал.
- Ладно, клоуны – подойдите к столу. Вот карта месторасположения конников и немцев. Ваша задача – разработать план операции уничтожения немцев и освобождения наших. План должен быть готов к 22.00. Вы еще здесь ??? Катя схватила карту со стола и метнулась к двери Одинцов, как истинный джентльмен открыл дверь, пропуская даму вперед.
– Нечего на меня пялиться сзади – иди вперед – толкнула его к дверям Морозова.