– Мы просмотрели все данные, но не нашли информации ни по майору Громову, ни по спецназу. Нет у нас ни майора Громова, ни военной структуры спецназ. Что вы на это скажете ? – обратился он ко мне.
– Только то, что я сижу перед вами с частью моих подчиненных, у крыльца стоит командирская машина, на которой мы приехали и уедем, а при необходимости можем и вас забрать с собой. Разумеется для того, чтобы показать вам мое подразделение СПЕЦНАЗ – я чуть иронично глянул ему в глаза. Вообще - то увидев Сталина и несколько минут наблюдая за ним я испытал чувство некоторого разочарования. И внешние данные и внутренние (проницательность, ум, гипнотизм и тому подобные качества, возведенные в невероятные свойства его поклонниками в нашем времени) меня не впечатляли. Умом я понимал, что это ВОЖДЬ – один их величайших, если не самый величайший, правитель в истории Человечества, но вот первые впечатления… Тут я и поймал себя на мысли, что совершаю ту же ошибку, которую совершают практически все ученые, историки, писатели искренне пытающиеся разобраться в феномене Сталина, принципах и методах его правления, способах ведении войны и послевоенного правления – я сужу с точки зрения того огромного обьема информации, накопленного и полученного после перестройки: взглядом потомка, не учитывая самого главного – реалий Сталинского времени. Поставив себя на место Человека того времени все начинаешь понимать по - другому. Я, обладая практическими знаниями на основе жизненного опыта во многих областях и отраслях, научился понимать действия, мотивы поступков практически любого. Но понимать, это не значит принимать их. Да, я понимаю, почему насильник насилует, а убийца убивает, но согласиться с тем, что они не виноваты в том что делают, не могу. Так и сейчас, разговаривая с Сталиным я понял, что ошибки, приписываемые ему были, но не из за его действий, а в силу противодействий его решениям, поступкам, действиям. Ну и конечно - дурные привычки вождя и Хозяина, приобретенные в процессе подьема и вхождения во власть и тщательно поощряемые разными иудеями и их приспешникми. А значит прочь сомнения, разочарования – необходимо с полноты обьема наших знаний и умений помочь Советскому Союзу, советскому народу и, конечно, товарищу Сталину. Но для этого стоять надо с ним на одном уровне, может чуть пониже: но - чуть –чуть… Раздался стук в дверь, вошел Власик, неприязненно взглянул на меня, подошел к Сталину и наклонившись что то прошептал ему на ухо.
– Конечно, товарищ Сталин – дождавшись, когда Власик распрямится утвердительно произнес я – пусть товарищ Берия присутствует при нашем разговоре, тем более, что в поднимаемом мною вопросе будет нужно его содействие. Пусть заходит ! Вождь аж растерялся на несколько секунд от такой наглости, но быстро взял себя в руки:
– Ну если вы не против… Пусть товарищ Берия заходит. И откинулся на спинку стула. Если он ожидал увидеть страх, испуг, опасения, то он ошибся. Одинцов по причине своей бесшабашности просто не осознал ЗНАЧЕНИЯ Берии; Морозова почувствовав мое разочарование, резко поуменьшила свой восторг, но вот при слове Берия вздрогнула, что не укрылось от Сталина. Я же не повернул головы на звук открываемой двери, послав Кате приказ:
– Я главный и пока ты со мной, можешь никого и ничего не бояться. Она тут же приободрилась и напустила на себя равнодушный вид. Когда Берия подошел к столу я полуобернулся, посмотрел ему в глаза, встал и поздоровался:
– Здравствуйте Лаврентий Палыч. Тот впал в ступор на несколько секунд, переводя взгляд с меня на Сталина и обратно. Хозяина явно забавляла подобная ситуация.
– Командир особого подразделения Спецназа СССР, находящегося в личном подчинении товарища Сталина, майор Громов – пояснил Берии. Теперь уже Сталин растерялся – он оказывается и не знал, что у него в личном подчинении имеется особое подразделение. Я показал рукой на Сергея:
– Капитан Одинцов – мой заместитель и командир диверсионно – штурмового подразделения. Сергей встал:
– Здравия желаю товарищ Берия.
- Сержант Морозова – командир особого отдаления. Екатерина встала:
– Здравствуйте товарищ Берия – равнодушно поздоровалась она и села. Глядя на нее сел и Одинцов.
– Садитесь товарищ Берия – взял в свои руки нить разговора Сталин.
- Товарищи сказали, что ваше присутствие будет не лишним… Берия сел за стол со стороны моих бойцов, чтобы лучше видеть меня и поблескивая своим знаменитым пенсне стал переводить взгляд с меня на Сталина. Возникла пауза, которую я не стал прерывать – вроде как не по чину…