2-130
Из городов собираются многих. Они, копьеносцы,
Сильно меня отражают, препятствуя, как ни желаю,
До основания срыть Илион, многолюднейший город.
Девять годов у великого Зевса уже пролетело,
Сгнили давно корабельные брусья, истлели канаты,
2-135
Где-то в домах наши жены, равно как любезные дети,
Пред очагами сидят и нас поджидают, а дело,
Ради которого прибыли мы, не исполнено нами.
Други, давайте же все поступать, как теперь повелю я.
Вместе бежим с кораблями в любезную отчую землю,
2-140
Ибо не взять никогда нам широкодорожную Трою".
Так он промолвил и радость вдохнул им в сердца своей речью,
— Всем из народа, не знавшим о прежнем решеньи совета.
И зашумело собранье, как волны огромные моря,
В час, когда южный и западный ветер приводят в движенье
2-145
Понт Икарийский, из тучи Зевеса отца устремившись.
Точно как бурный Зефир наклоняет высокую ниву,
То подымаяся грозно, то падая вдруг на колосья, —
Так бушевало собранье. И воины с радостным криком
Все к кораблям устремились, и пыль, из-под ног выбиваясь,
2-150
Встала высоко. Они же меж тем убеждали друг друга
За корабли ухватиться и в море священное сдвинуть,
Рвы очищали, из-под кораблей извлекали подпоры, —
И от спешивших на родину крик поднимался до неба.
Так бы судьбе вопреки, возвращенье ахейцев свершилось,
2-155
Если бы Гера тогда не промолвила слова Афине:
"Непобедимая дочь Эгидодержавного Зевса!
Горе! Ужели домой по широкому гребню морскому
Так убегут аргивяне в любезную отчую землю,
На похвальбу и Приаму и прочим троянцам покинув
2-160
Здесь агивянку Елену, ту, ради которой погибло
Столько ахейцев под Троей, вдали от любезной отчизны?
Но поскорей отправляйся ты с стан меднобронных данайцев,
Ласковой речью своей останавливай каждого мужа,
В море совлечь не дозволь кораблей обоюдоокруглых".
2-165
Молвила так. Синеокая ей покорилась Афина
И, устремившись, с вершины Олимпа на землю спустилась.
Вскоре достигла она кораблей быстроходных ахейских.
Там Одиссея нашла, кто по мудрости равен Зевесу.
Не прикасался герой к своей черной ладье оснащенной,
2-170
Ибо печаль овладела и сердцем его, и душою.
Ставши вблизи, синеокая так говорила Афина:
"Зевса потомок, Лаерта дитя, Одиссей многоумный,
О, неужели домой, в любезную отчую землю,
Бросившись вместе к судам многовесельным, вы убежите,
2-175
На похвальбу и Приаму, и прочим троянцам покинув
Здесь аргивянку Елену, ту, ради которой погибло
Столько ахейцев под Троей, вдали от любезной отчизны?
Но отправляйся теперь ты немедля к ахейскому войску,
Ласковой речью своей останавливай каждого мужа,
2-180
В море совлечь не дозволь кораблей обоюдоокруглых".
Молвила так, и он голос узнал говорившей богини
И побежал, уронивши свой плащ. Эврибат его поднял,
Житель Итаки, глашатай, тогда провожавший героя.
Сам он, представ пред царем Агамемноном, сыном Атрея,
2-185
Взял у него прародительский скипетр, вечно нетленный,
С ним и отправился к быстрым судам меднобронных данайцев.
Если царя он встречал или воина, знатного родом,
Ставши пред ним он его останавливал ласковой речью:
"О, многочтимый! Тебе не пристало дрожать, словно трусу.
2-190
Лучше на место садись и других усади средь народа,
Ибо еще хорошо не изведал ты мыслей Атрода;
Он искушает теперь, но вскоре накажет ахейцев.
Мы ведь слыхали не все то, о чем говорил он в совете.
Как бы во гневе своем не сделал он худа ахейцам.