– Я знаю, но госпожа Нина попросила подготовить к сегодняшнему посвящению все заранее.
– О Боги, нет. – Захныкала я.
– Вы можете еще полежать, но скоро придется просыпаться.
– Неужели ты мне разрешаешь? – зло спросила я.
Она остановилась, и посмотрела на меня в упор. В ее глаза было видно удивление. Резко сменившиеся страхом.
– Уходи! – Сказала я. – Придешь, когда нужно будет мне проснуться.
–Госпожа простите… Я не хотела…
–Иди же! – крикнула я.
Она собрала с пола, какие-то вещи и поспешно выбежала вон. Я упала на подушки и закрыла глаза. Сегодня трудный день. Нужно поспать. Но сон пропал, мне больше не хотелось спать. Я встала и накинула на плечи, лежавший на кресле мамин плед. Выйдя на балкон, я вздрогнула. Холод какой! Зубы сами начали ударяться друг от друга, вдохнув поглубже, я села на холодную мраморную скамью, и выглянула из-за изгороди балкона. Никто уже не спал! Все бегали по саду, одни поливали цветы, другие украшали деревья странными символами похожими на месяц со свисающими снизу цепочками, третьи чистили фонтан с образом Пана. Я была приятно удивлена, весь этот переполох ради меня, какая честь.
К обеду я была почти готова. Мне подготовили черное длинное платье, открывающее спину, руки и ноги спереди. Но больше всего в нем мне понравился длинный подол и серебряный пояс на талии.
–Еще нужно вот это. – Сказала одна из служанок с черными, как смоль волосами, и протянула мне большой серебряный браслет, украшенный не известными мне символами, линиями и надписями на древней языке. Я протянула руку и взяла его, он оказался тяжелым, вблизи я разглядела надпись: Илиниум, что означает избранная. Я попыталась одеть браслет на руку, но он оказался сильно велик.
– Его одевают выше локтя. – Сделала мне замечание другая служанка, с ярко зелеными глазами. Я сильно покраснела и смутилась, поспешно одела его куда следует.
Взглянув в зеркало, я не узнала себя. На меня смотрела прекрасная девушка с заплетенными волосами, чернее ночи. Шелковое платье идеально сидело на мне, подчеркивая все изгибы тела. Я закрыла глаза и представила что я парю в ночном небе, холодный воздух обжигает мне кожу, мое тело пробивает дрожь. Открыв глаза, я увидела, что сияние вернулось ко мне снова. Я улыбнулась себе.
–Вы готовы госпожа.
Первый раз в жизни мне было уделено столько внимания. Сегодня в тронном зале, казалось, столпилась вся Вальсайра. Множество людей в различных одеяниях. У всех есть символы своего народа и гербы. В этот раз я сидела не слева от отца, а посередине, в самом начале стола. Отец был справа, а мать слева. Я сидела в полной растерянности , все глаза были устремлены на меня, то есть на мое сияние. Глаза слепил яркий свет множества факелов. Большие гобелены
украшали каменные стены, на них были изображены кентавры, великаны, циклопы и русалки. Повсюду были цветы в огромных мраморных вазах, висели непонятные узоры в виде месяца. Длинные каменные столы были уставлены разнообразными блюдами и винами. Суетливые служанки, облаченные во все белое, суетливо ходили между гостями, разливая вино. Гул резко стих, и тогда посреди зала я увидела Диану, никогда прежде я не видела ее такой, устрашающе красивой. Прозрачная синяя тога волнами спадала до колен, вовсе не прикрывала ее наготу. Золотистые волосы распущены, и спадают чуть ли не до колен. В одной руке она держала черный кубок с водой, в другой кинжал, указывая им на людей, казалось, она ничего не видела, ведь глаза ей застилала черная дымка, все знали, что сейчас, она говорит с богами.
–Уй Арига Ари6! – закричала она неземным голосом, по коже побежали мурашки. – Дуоблода прию. Трит грато Ари!7 – Теперь она повернулась ко мне лицом, и посмотрела на меня своими застеленной пеленой глазами. – Арин Доротея Илиниум Ари! О грато ахо конро а ментро ае мок!8 – Взмахнув кинжалом, она рассекла себе запястье. Все присутствующие в зале ахнули. Она прислонила порезанную руку к чаше, алая кровь струей полилась в воду. У ручки чаши словно появились синие вены, медленно охватывая всю чашу, они сползли на руку Дианы, впиваясь к ней в кожу. Медленными шагами она направилась ко мне, у меня пересохло во рту. Все это так завораживало, я больше не обращала внимания на людей в зале, я смотрела в почерневшие глазницы Дианы.
– Эл эли! 9– скомандовала все тем же неземным голосом жрица, и протянула мне черную чашу с синими полосами, я взглянула на руку Дианы. Все ее запястье было покрыто синими полосами, словно выступили вены. Я аккуратно взяла чашу у нее из рук, синие полосы тут же сползли с рук Дианы обратно в чашу. Я понюхала алую жидкость. Она ни чем не пахла, что уже хорошо. Я взглянула на кровь, и желудок болезненно сжался.