– Не выдержав, я сама пригласила его. – Она снова засмеялась. – В то время не слыханная дерзость пригласить правителя восседающего на троне, тем более я была не так богата, как многие девушки присутствующие на том приеме, их отцы были в бешенстве, когда поняли, что они навсегда потеряли такую выгодную партию для своих дочерей. В тот момент все осознали, что я никому не отдам твоего отца, а он никому не отдаст меня.
– Но это не совсем мой случай. – Пробормотала я. – Тем более, я не ты.
– Ты лучше меня. И у тебя не связанны руки, как были связанны у меня. Ты наследница престола, не забывай этого. Хочешь танцевать? Иди и пригласи любого в этом зале, и они почтут это за честь, и никто не посмеет сказать что-нибудь гадкое о тебе, как когда то говорили про меня. Запомни, ты можешь делать что пожелаешь. – Она запнулась и строго посмотрела на меня. – конечно не во всех случаях. Но этот вечер для тебя, так пускай он будет твоим.
– О чем вы таком интересном говорите? – Спросил отец, отстранившись от незнакомого мужчины с которым недавно говорил.
– О вашей первой встрече. – Сказала я.
– И что же она рассказала тебе?
– Что ты очень…
Не дав мне договорить, мама резко перебила меня.
– Адонис! Идем танцевать?
Он засмеялся, в уголках глаз появились морщинки, покорно встав, он протянул маме руку. Наверное, вспомнил, что и тогда она тоже пригласила его первой. Перед тем как принять его руку, мама прошептала мне в ухо:
– Никогда не говори мужчине про его слабости.
Затем она встала, поклонилась отцу и взяв его руку пошла танцевать.
А моя мать оказывается очень мудрая женщина!
Прошло не много времени, прежде чем отец и мать ушли, оставив меня одну с каким то мужчиной, который до этого говорил с отцом. Казалось все гости уже здесь, но в этот момент тяжелые резные двери тронного зала распахнулись и в них вошли пятеро неизвестных. Среди них я узнала Пана! Он осторожно наступил своей козлиной ногой на мраморный пол, оглядел роскошно украшенный зал, он явно был восхищен. Я не видела его больше пяти лет, но он не изменился, ни капли, остался все таким, же вечно молодым. С небрежно заплетенными волосами, из которых вылезли длинные рога, с лукавой полуулыбкой, едва прикрываемой маленькой бородкой и ребячески веселыми зелеными глазами. Я хотела кинуться к нему и обнять, но меня остановили четверо людей находившиеся рядом с ним. Разглядев их поближе, я ахнула от увиденного великолепия. Это были две прекрасные девушки, женщина и не менее, прекрасный юноша. Все они были высокого роста и хорошо сложены, в белоснежных одеждах и золотых украшениях. Все пятеро двинулись ко мне плавной и изящной походкой, казалось, они не шли, а парили в воздухе.
Только сейчас я заметила, что в зале стоит мертвая тишина, музыка перестала играть и сидящий рядом со мной мужчина смотрит на пришедших разинув рот, и не он один. Похоже, все люди в зале видят эту пятерку впервые.
– Приветствую вас илиниум Доротея! – Заговорила подошедшая женщина громким и властным голосом, который ударяясь о стены, эхом разносился по всей округе. – По воли громовержца Зевса, владыки мира, мы прибыли к вам, дабы благословить избранное дитя.
Отец и мать поклонились им, я и не заметила, как они оказались рядом со мной. Я встала и поклонилась вместе с ними. По залу пробежался волнующийся и возбужденный голос и все присутствующие поклонились.
– Мое имя Амфитрита. – Продолжила говорить женщина, выступая вперед, и приближаясь ко мне. – Я супруга владыки морей Посейдона. – Ее глаза метнулись в мою сторону, и мы встретились взглядом. Чувство страха и благоговения охватило меня. Эта женщина богиня, и она по истине великолепна. Ее глаза цвета малахита прожигали насквозь, а светлые волосы, собранные в золотой обруч переливались в свете факелов, почти как у меня. Я застыла на месте, не в силах пошевелится, теперь ясно кто она, но кто эти трое рядом с ней? Словно прочитав мои мысли Амфитрита, сказала, не сводя с меня пронизывающего взгляда.
– Это Артемида11, Мелиноя12, Морфей13 и Пан14, с которым ты уже имела честь быть знакомой. – Немного помолчав, она продолжила. – Прими от нас щедрый дар. – Она вытянула перед собой руку и что-то начертила пальцами в воздухе, в ее руке появилась маленькая шкатулка. Она протянула ее мне.
– Открыв ее, вернешь любому, свой истинный, с рожденья вид, но знай лишь тот, кто чистым сердцем славен, на веке вид свой сохранит.
Трясущимися руками я взяла шкатулку из ее рук , все еще не отводя взгляда. Отдав ее мне, она улыбнулась и одобрительно кивнула мне, отойдя в сторону. По залу пробежал одобрительный шёпот присутствующих.