Я поднялась с колен, половицы подо мной заскрипели. И Ламия распахнула свои яркие зеленые глаза, устремленные на меня, в них больше не было того яростного огня.
Я замерла, не сводя с Ламии взгляда. Она не двигалась, лишь смотрела, на меня, изредка моргая. Я ждала, пока кто-нибудь еще очнется, но этого не происходило.
– Спасибо. – Прошептала она мне, я и не ожидала что у нее такой мелодичный голос, из ее глаз полились слезы. Я ошарашено смотрела на нее, не зная, что делать. Она человек, я не могу убить ее.
Не знаю, когда он очнулся, но в следующую секунду Александр оказался рядом с Ламией. Он накрыл ее наготу черным плащом и крепко обнял.
– Александр? – Прошептала она, и всхлипнув прижалась к нему.
Я заметила что Дамир и Лина очнулись и ошарашено, смотрят на происходящее.
– Отойди от нее. – Приказала я Александру, образовывая в руке новую молнию.
– Нет, Доротея! – Взмолился он, выставляя вперед руку, словно щит. – Пожалуйста, выслушай меня. – Я заметила, как его глаза заблестели. – Молю тебя.
– Я не могу. – Мой голос дрогнул. – Я должна убить ее, она монстр.
– Она человек! – Дрожащим голосом прошептал он. – Посмотри на нее. – Он улыбнулся. – Она та самая, прекрасная девушка, о которой я тебе говорил.
Я закрыла глаза, сдерживая рыдания. Боюсь, я не смогу ее убить, по крайней мере, не в таком обличии. Я опустила руки и вытерла слезы.
– Я ненавижу вас! – Крикнула я. Теперь мой голос сорвался, я начала задыхаться, почему все именно так?!
– Мокра, нет! – Это кричал Александр.
Я открыла глаза. Лицо у Мокры, стало уродливым как в тот раз у Александра. На лице выступили большие, синие вены. Глаза стали черными, а вместо клыков выросли огромные клыки. В следующий миг она кинулась в мою сторону, но на ее пути возникла Актиулина. Она раскинула руки, заслоняя меня собой. Мокра врезалась в нее со всей силы и сбила ног. В ту же секунду они повалились на пол. Мой крик повис в тишине.
– Сестра! – Закричал Александр и схватился за сердце.
Я увидела, как у Мокры из спины торчит стрела с белым оперением, а из под нее медленно вытекает алая кровь. Я замерла, не в силах пошевелиться.
Дамир опустил лук и устремил следующую стрелу на Александра.
– Я в порядке. – Сказала Актиулина, откинув от себя тело Мокры. Она вся испачкалась в крови, но казалось, ее это не расстраивает. Без капли брезгливости, она достала стрелу из спины Мокры и протянула Дамиру. Он молча забрал стрелу не взглянув на нее.
– Почему на нее не подействовала шкатулка? – Дрожащим голосом спросила я.
– Подействовала. – Зло сказал Дамир. – Ее обличий вернулся назад. Я сразу увидел, как она начала превращаться обратно в демона.
Я взяла Лину за руку и придвинула к себе.
– Убей ее, пока она не обратилась. – Приказал Дамир. – Или я сделаю это сам.
– Подожди! – Крикнула Лина. – А что если она не вернется в то обличие? Что если у нее чистое сердце?
Я недоверчиво хмыкнула.
– Скольких людей она убила? – Крикнул Дамир. – О каком чистом сердце ты говоришь? Она несколько раз чуть не убила тебя!
– Мы это вряд ли когда-нибудь забудем. – Прошептала я. – Но она все еще человек.
Мы переглянулись и посмотрели на Александра и Ламию. Они все еще были простыми людьми. И они оба плакали, крепко обнявшись.
Александр и Ламия сидели на стульях спинами друг к другу. Мы крепко их связали и ждали уже несколько часов, когда же к ним вернется демоническое обличие.
– Этого не произойдет. Они теперь навсегда люди. – Озвучила наши мысли Актиулина.
Александр облегченно выдохнул. А я еле сдержала слез.
– Как это случилось с вами? – Спросила я.
Александр громко сглотнул и сжал челюсть.
– Мы с раннего детства вместе с Александром. – Я не ожидала, что нам ответит Ламия, она говорила спокойно и тихо. Я смотрела на нее и не могла поверить своим глазам, она и есть, та самая жаждущая крови змея. – Мне было двадцать три и я уже была вдовой, когда пообещала Александру выйти за него. Но через пару месяцев появился он. – Она закрыла глаза, и немного в бок наклонила голову, должно быть вспоминала.
– Зевс? – Осторожно спросила я. Александр поморщился и вздрогнул. Ламия утвердительно кивнула.
– Не знаю, что нашло на меня. Наверное, благоговейный трепет перед всевластным богом. Я отдалась ему, а потом пришла она. – Ламия только сейчас открыла глаза. – По ее приказу, они убили моих детей. – Из ее глаз полились слезы и из моих тоже, я смахнула их тыльной стороной ладони, мне стало, так жаль ее. Я знала, о ком она говорит, Александр рассказывал мне. Керы убили ее детей – по приказу Геры. – А потом лишь боль. Должно быть, Гера, прокляла меня. – Она вздохнула. – Что со мной произошло?