Придя к такому выводу, рано утром маркиз уселся за стол и начал быстро писать письмо своему секретарю, а так же семье будущей невесты. Если до этого дня он все еще колебался в принятии решения, то теперь он был точно уверен в том, что тянуть больше не следует. Чем быстрее удастся сыграть свадьбу, тем лучше для него и целостности его земель.
«Это правильно».
Проблема будет решена. Пока он жив, границы его будут неприкосновенны, а после его смерти все перейдёт по прямой линии Варда Хантли.
***
Мысли его снова вернулись в настоящее время, к маркизе и ночам, которые он теперь проводил с ней. Слишком податливая и гладкая, она благоухала приторными, сладкими ароматами, и после того, как он касался губами ее изнеженного тела, во рту еще долгое время ощущался их горьковато - маслянистый привкус.
«Мне нужен наследник, и чем скорее это случится, тем лучше!» — упрямо стукнул Вард кулаком по столу.
Конечно, может быть, он торопил события, но несмотря на регулярные ночные визиты в покои супруги, его все же не спешили радовать новостью о скором пополнении семейства.
В задумчивости он передвинул кипу бумаг, громоздившуюся на столе, и заметил притаившиеся под ней зелёную бархатную ленту и кинжал с позолоченной рукоятью. Он вытащил оружие из ножен и осмотрел клинок — изящный и острый, а его грани красиво поблескивали на свету. Илинн очень обрадуется этим подаркам, он знает. Мужчина почувствовал, как при этой мысли у него потеплело на сердце. Как давно он не видел ее.
От неё пахнет лесом и ароматом костра, а ещё ему было очень приятно чувствовать под собой ее лёгкое тело. И слышать ее смех. И говорить с ней о простых и понятных вещах. Он ведь действительно скучал по ней все это время, но из-за постоянных срочных дел и забот приходилось откладывать долгожданную встречу.
Пару раз он пытался пройти незамеченным на конюшни, но на пути каждый раз вставал Бернард, который с укоризненным видом и стопкой неподписанных документов поджидал его у двери. Вслед за бумагами обычно шли различные визиты, а ещё была поездка в столицу и, конечно же, хлопоты, связанные с предстоящей свадьбой.
Илинн...
Он ударил ладонями по подлокотникам кресла и резко встал на ноги. Пора навестить ту, мысли о которой не покидали его все это время.
Глава 17
«Ну, давай же! Ну, ещё немного! Ну почему ты не горишь? Гори!» — я тщетно пыталась высечь хотя бы искорку при помощи кремня и кресала. Я уже не помнила, как долго просидела так, скрючившись на земле, но все мои попытки были тщетны. Огонь не хотел разгораться на отсыревших щепках, как я ни старалась.
Я огляделась по сторонам: с серого неба сыпалась мелкая дождевая пыль. Вокруг царила тоскливая серость, и только рано оголившийся шиповник, который рос на поляне, пылал алыми — словно капли крови — ягодами на шипастых ветвях, обрамлённых ярко-желтым лишайником. Я пристально взглянула на куст и коротко повела плечами: его лихорадочные цвета вызывали во мне какое-то неясное чувство тревоги.
«Может быть, добавить немного соломы из матраса? — с отчаянием подумала я, ощущая спиной сырость, которая успела уже проникнуть сквозь шерсть платья. — Хотя нет, зачем? Это довольно глупо. У меня есть идея получше».
Я встала с холодной земли и вошла в лачугу. Там, в темном углу, у меня осталось немного запасов для очага. Вернувшись через несколько минут с большой пригоршней сухого мха и березовой коры, я уселась на корточки и снова принялась за дело. Через некоторое время удача все же улыбнулась мне — сверкнул небольшой сноп искр, и через мгновение трут робко задымился тонкой чадящей струйкой.Я обрадовалась и с готовностью подложила под разгорающийся огонёк пригоршню сосновых иголок и тут же зашлась в судорожном кашле: «Кхе-кхе! Кхе-кхе-же!» — едкий дым попал мне в рот и начал разъедать глаза.
Зажмурившись, почти наощупь я поползла в сторону, чтобы немного отдышаться. Стоя на четвереньках, я жадно глотала чистый воздух, чувствуя, как его прохлада приносит облегчение, заполняя собой легкие. Осторожно балансируя, я подняла руку и вытерла рукавом набежавшие слёзы с покрасневших глаз и огляделась вокруг. Все передо мной было, как в тумане.
Когда же зрение мое немного прояснилось, я смогла разглядеть прямо перед собой уже так хорошо мне знакомые высокие сапоги. Не веря своим глазам, я подняла голову. Надо мной возвышался, заложив руки за спину, сам лорд Хантли собственной персоной.