— И-и-и-и... динь… И-л-л-л-и-н-н... И-л-л-и-и-и-н-н... динь, — одинокое «и» превратилось в настоящий перезвон хрустальных колокольчиков. — И-и-и-и…
Не собираясь бросать начатое, я заработала ещё быстрее и, наконец, вырвала лесного упрямца вместе с комьями земли. Не глядя, кинула его самое на дно корзины.
Готово!
Между тем звуки над головой и не думали умолкать, а наоборот — становились все громче и настойчивее. Они вибрировали в воздухе, разносясь по лесу, словно круги на воде. Волнами нагоняли друг друга, превращаясь в ужасную какофонию, которая становилась от раза к разу все громче и все невыносимее.
— Иииииии!
Поддавшись чувству паники, я резко вскочила, чтобы обратиться в бегство, но тут же снова осела на землю.
— И-и -и-и... динь... динь, — навязчиво звучало в ушах.
Борясь с тошнотной, я посмотрела наверх — верхушки сосен, на секунду сомкнув ветви, медленно покачнулись. Мягко тронувшись пьяным колесом, они сделали полный оборот высоко над головой «Шшух... Уууу... шшух...»
Словно ярмарочная карусель на рыночной площади, кататься на которой мне никогда не нравилось! Нет!
Спина покрылась потом, а пальцы мелко задрожали от ощущения неминуемой беды. Западни. Вдруг прямо над ухом раздался вкрадчивый шёпот, перемежаемый тошнотным перезвоном:
— Илинн, иди к нам. А то ты все одна да одна, Илинн, — и будто холодные пальцы легко дотронулись до моего лица.
Я дернулась всем телом от неожиданности.
«Нет, это просто паутинка прилипла!» — подумала я, судорожно смахивая с лица невидимые нити.
— Илинн, останься, — тихо сказал мне другой, более низкий и грудной голос. — Ты же хочешь летать? Не так ли?
— Уууу... шшшух... уууу... шшухх... — гул леса становился все сильнее, колесо над головой все быстрее набирало обороты, а вершины деревьев, теперь сливались в одно целое, как в безумном водовороте.
— Где ты — там кровь, Илинн, — раздался отчётливый шёпот.
— И-и-и... ииии… — то тут, то там невидимкам вторили голосам колокольчики.
— ...л-л-и-н-н...
— Динь... динь…
— Шух-шух… Шух… — над соснами быстро крутилось уже не одно, а несколько колёс.
Скованная ужасом, я не могла пошевелиться.Неожиданно позади меня хрустнула ветка, и, словно из недр самой Преисподней, раздался душераздирающий вопль, от которого у меня тут же заложило уши, а кровь свернулась в жилах. Мне показалось, что на секунду я совершенно оглохла.
Нет! Бежать!
Взвизгнув, я подскочила на месте пружиной, и подхватив корзину, пустилась наутёк. Позади раздался зловещий гогот. Я бежала, спиной ощущая преследователей. Мне отчётливо слышались их пугающие голоса. Наперебой они звенели, громко перешёптывались где-то над головой и кричали мне вдогонку:
— И-л-и-н-н, куда же ты? Постой!
— Чего ты боишься, Илинн?
— И-и-и... динь... динь…
— Ха-ха-ха!
— Уууу-ууу!
— Илин-нннн!
— Шух... шух… Шух…
Встревоженные птицы взлетали над кронами деревьев, громко хлопая крыльями. Старые поваленные деревья словно вдруг ожили и теперь тянулись ко мне своими длинными сухими сучьями и корнями, пытаясь ухватить то за руки, то за подол юбки. «Постой! Ты зачем нас разбудила!» — зловеще ворчали они мне вслед.
Сердце мое билось где-то в горле. Я задыхалась. Я летела, не разбирая дороги, мысленно моля Высшие Силы о помощи.
Вдруг я споткнулась и рухнула прямо на мягкий мох. И беспомощно задёргалась, пытаясь подняться, но все было тщетно! Кто-то крепко вцепился в мою в лодыжку, не давая двинуться с места!
«Погоди-ка! У-ха-ха! Куда торопишься?» — хрипло пророкотало у меня за спиной.
«Попалась! — обреченно промелькнуло у меня в голове. — Это ловушка! Все! Конец!»
Я в ужасе зажмурилась в предчувствии ужаса: «Сейчас прямо за ногу меня утащат в самую глубь леса! И я останусь здесь навсегда! Ааа!»
«Гха-гха! Уууу! — клекотало и завывало все вокруг, время от времени срываясь на зловещее: Уа-ха-ха!»
Казалось, ещё секунда — и кто-то страшный и мохнатый нависнет надо мной, чтобы совершить своё чёрное дело. Отчаяние придало мне сил, и я снова судорожно задергала ногой, пытаясь вырваться на свободу. Бороться за жизнь с закрытыми глазами было невозможно.
«Открой глаза, Илинн! — мысленно приказал я себе. — Только так у тебя есть шанс на спасение! Ты должна попытать дать отпор этому злу! Возможно, это будет последнее, что ты увидишь в своей короткой жизни, но умирать в полной темноте ещё страшнее!»