Лиса, услышав его, прижала уши к голове и быстро припустила вперёд, не сворачивая с нужного пути. Если шагать по нему некоторое время, то можно выйти на широкую дорогу, которая ведет в город... а потом — и к замку, вольготно раскинувшемуся на возвышении. «Туда мне не нужно. Там меня точно никто не ждёт, - подумала я и с грустью посмотрела на звёздное небо, которое расстелилось у меня над головой, словно огромный плащ, затканный мерцающими камнями. — Какой от людей прок, — размышляла я дальше, - ничего, кроме злобы, неприятностей и предательства я от них не видела».
Так я сидела, слившись с зеленью и тенями леса.
Перед о мной, за холмами, спали деревня и город, за спиной украдкой шелестели о чем-то деревья. Над головой простиралось бесконечное небо, а по земле передвигались дикие звери — большие и маленькие. В этот момент я ощутила удивительное единение со всем, что меня окружало вокруг и поняла, что печаль вдруг неожиданно куда-то исчезла. Вместо нее вдруг пришло чувство свободы и... силы. Да, силы! У меня теперь есть крылья, о которых я всегда в тайне мечтала! Я теперь точно знаю, что я часть Леса! Мы теперь одно целое!
Меня накрыло волной радости, я снова вскликнула по-совиному; и этот звук с неожиданной готовностью подхватил какой-то волк-одиночка, разнося его дальше до самого соснового бора. Я сорвалась с ветки и полетела, наслаждаясь ловкостью своего нового тела.
***
Вернулась я на поляну лишь ближе к рассвету и приняла там своё обычное человеческое обличье. Ввалившись в лачугу, словно хмельная, отхлебнула холодной воды из деревянной миски, стоявшей на столе, а остатки выплеснула на разгоряченное тело.
«Делла, ты где? Опять спишь? Ты все проспишь!» — обратилась я к козе, но так и не получила от неё ответа. Она лежала на полу в углу, и лишь недовольно моргала в ответ сонными, с красной каемкой, глазами.
Я засмеялась и, расправив руки, рухнула на лежанку лицом вниз. «Завтра снова полечу! » — промелькнуло в голове. И перед тем, как меня окончательно спеленала дрёма, ясно поняла, что, наконец, пусть даже на самый краткий миг, я была по-настоящему счастлива.
Однако на следующий день моим планам не суждено было сбыться: поздно под вечер неожиданно явился лорд Хантли.
***
— Илинн! Открывай! Поговорить надо! — кулак со всей силы обрушился на запертую дверь. Через секунду последовал другой, но уже чуть ниже — сапогом.
— Отпирай, слышишь! Черт тебя возьми! Илинн!! — от мощного пинка жалобно звякнули в пазах металлические петли.
Я замерла, обняв себя за колени. Вжавшись в дальний угол лежанки, слушала, как сотрясаются стены моего жилища.
«Нет! Уходи!»
Утихшая было тоска с новой силой накрыла меня, а в глазах начали закипать горячие слёзы. Неожиданно шум и ругань стихли. Мой незваный гость затих, видимо, осознав тщетность своих попыток проникнуть внутрь. Раздался громкий шелест шагов по сухой траве, а потом — и глухой стук удаляющихся копыт.
Наступила тишина.
А я все так и сидела, не двигаясь с места. Зачем я ему? Зачем он опять пришёл? У него ведь теперь есть Первая Красавица Королевства... Рука медленно выводила невидимый рисунок на грубой ткани моего убого ложа.
«Твоё место здесь, Илинн», — вдруг затренькал у меня в голове хрустальный голосок. Мой бесцельно блуждающий палец нашёл небольшую дырочку в матрасе и потянул за нее, ещё больше разрывая ветхую обивку. Из образовавшейся прорехи тут же высыпались сухие стебли подмаренника.
«Да, мое место здесь! И не под корягой, как мне казалось раньше, а на вершине чёрной ели!»
— Да! — вдруг громко произнесла я вслух, обхватив себя за плечи. - Я — сова, я — часть этого леса. Я принадлежу ему и нахожусь под его защитой!»
Летать в тут ночь мне расхотелось. Вместо этого, погружённая в свои грустные мысли, я просидела без сна до самого рассвета.
Глава 22
Vent frais, vent du matin
Vent qui souffle aux sommets des grands pins
Joie du vent qui souffle
Allons dans le grand
Vent frais, vent du matin...
Свежий ветер, утренний ветер,
Ветер, что гуляет по вершинам огромных сосен.
Какая радость, что дует ветер.
Пойдём гулять, когда дует сильный
Свежий ветер, утренний ветер...