Выбрать главу

А карманы набиты золотом, да золотом.

Выходи за меня замуж».

Хитрый кот.

Девушки остановились, на минуту разомкнув кольцо, воздели руки над головами и дружно ударили в ладоши:

Хитрый кот! Да!

И все снова закрутилось, но уже в другую сторону.

Между тем «кот» согнул руки в локтях и скрючил длинные пальцы, которые тут же стали похожи на острые когти. Он водил ими в разные стороны, будто стараясь подманить к себе жертву как можно ближе. И ещё ближе!

Но мышонок ответил: « Нет, хитрый кот!

Сапоги твои смешны!

А золото твоих монет не сравнится с золотом пшеничных полей!

Они мне всего милей!

В них я и убегу!

Да!»

В победным воплем «Мяу!» девушка в маске неожиданно сорвалась с места.

«Аааа!» - раздалось вокруг. И все стоящие в хороводе с визгом и смехом рассыпались в стороны, спасаясь от погони. «Кот» пролетев мимо меня, помчался вслед за улепётывающими со всех ног шалуньями. Те увёртывались от его цепких лап как могли, не давая себя поймать. Я же стояла совершенно неподвижно, будто вросший в землю пень.

Наконец охотнице удалось настичь одну из своих жертв — пухлую девушку, которая все время была со мной рядом — и с громким мурчанием повалить ту на землю. Задрав нательную рубаху «мышонка» до самой шеи, она начала щекотать ее везде, где только могла дотянуться. Захваченная же в плен объятий девица изнемогала от смеха, а на ее глазах выступили слезы.

Всеобщее веселье захватило меня. Всплеснув руками, я прикрыла ими рот, а потом не в силах больше противится всеобщей вакханалии, звонко засмеялась.

Догнавшая, наконец, досыта наигралась со своей добычей и выпустила ее из цепких коготков. Потом сняла себя кошачью морду с острыми зубами и протянула ее своей аппетитной подруге: держи, теперь твоя очередь. Под маской оказалась довольно миловидная девица с карими глазами, похожими на блестящие маслины.

Игра началась снова.

Я оглянулась по сторонам в поисках Деллы, но ее простыл и след. Казалась, что она просто растворилась во всеобщей суматохе.

Эрания, все так же неподвижно сидя на своём троне, о чем-то тихо переговаривалась со своей компаньонкой, над их головами время от времени задумчиво нависало лёгкое облачко табачного дыма, струившегося из глиняной трубки Малинды.

Заметив, что я за ними наблюдаю, Эрания улыбнулась во всех рот, и лучики морщинок снова разбежались по ее лицу, потом она лёгким жестом подозвала меня к себе.

Я приблизилась к сидящим волшебницам совсем близко. Седовласая хозяйка взглянула на меня, а потом легко зацепив изогнутым кончиком посоха тесемки на моей рубахе, потянула их в сторону, развязывая узел. В этот раз я не сопротивлялась, и моя одежда, послушно упала на землю, драпируясь мягкими складками вокруг щиколоток.

Оглядев меня сверху донизу, госпожа Леса заметила большую царапину, которая осталась на моем бедре после падения с сосны. Хоть и неглубокая, она ещё не успела зажить и местами немного кровоточила, а кожа вокруг неё припухла и стала багровой-синей.

Слегка цокнув языком, магиня снова дотронулась до меня посохом. К моему огромному удивлению, рана начала затягиваться на глазах, а цвет вокруг неё быстро сменялся от фиолетового-красного к зелёному, потом желтому, а после — вовсе исчез, оставляя мое бедро ослепительно-белым.

Я в восхищении ахнула.

- Так-то лучше, - одобрительно произнесла Эрания. - Илинн, я вижу, что иногда ты не веришь в себя, тебя гложут сомнения и постоянный страх… - продолжила она, пристально всматриваясь мне в лицо. Я же стояла, потупив взор, и чувствовала, как лицо заливает красным жаром смущения. - Ты намного прекрасней и сильней, чем сама о себе думаешь… Сегодня ты пришла сюда, а у тебя же есть крылья, Илинн. Крылья…Так почему ты ими не всегда пользуешься? Ты рождена для полёта.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она замолчала, и немой вопрос застыл в ее глазах. Потом, слегка пожевав губами, еле слышно стукнула своей длинной палкой о землю, и я неожиданно почувствовала в самом центре груди уже знакомое мне чувство восторга и ощущения волшебства: сейчас все случится! И действительно, руки мои сами собой без всякого эликсира вытянулись в мощные крылья, а на ногах появились уже так хорошо знакомые мне чёрные крючья когтей.