Пролистав больше половины, я увидела яркие, более красивые, чем в других найденных мною книгах, изображения цветов и растений. Некоторые из них я узнала почти сразу: вот лилия, вот анютины глазки, вот папоротник и даже ядовитый копытень. Под каждой картинкой шли небольшие описания, разобрать которые, к сожалению, я не могла, как ни старалась, хотя я и немного разбираюсь в буквах. Этому меня научил отец незадолго до своей смерти. А ещё он показал мне, как правильно писать мое имя: И-ли-нн.
Я вздохнула от нахлынувших на меня воспоминаний и принялась рассматривать хорошо знакомые мне соцветия на тонких стеблях на одной и страниц. К своей великой радости, мне удалось разобрать пометку прямо над ними: Ла-ван-да.
«Лаванда!» — радостно засмеялась я и захлопала в ладоши. Такие кусты росли на родительском дворе, привлекая своим цветением местных пчёл... пока в один прекрасный день их под корень не вырвала мачеха, сославшись на то, что от них постоянно болит голова. Захлопнув книгу, я начала рыться на столе среди разного хлама. Мое внимание привлёк необычный предмет, который был сделан из ярко-желтого металла. «Наверное, все же, это не золото», — я нерешительно подняла его за холодный бока со стола.
Вещь напоминала большую латунную тарелку, на каемке которой были нанесены какие-то насечки. Внутри неё был вложен плоский диск, испещрённый рисунками. Сверху же — круглая ажурная решетка, похожая на паутину, которую украшали фигурные стрелки. Покрутив предмет в руках, я подошла к старому зеркалу, которе висело на стене. Держа его над головой, подобно короне, как у женщин с рисунков, я запела, нещадно фальшивя и перевирая слова:
Лаванда синяя дилли-дилли
И зелёная тоже
Ты - мой король дилли-дилли
Я стелю тебе ложе...
Так мне подсказывает мое сердце....
Исполнив песенку до конца, я склонилась в поклоне перед невидимым гостем. Потом снова посмотрела на себя в зеркало и прищурилась, неожиданно вспомнив, что на дне сундука мне ещё попался кошелёк с медяками, серебром и даже несколькими золотыми монетами. Золото, я пожалуй, пока оставлю, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, а вот медь и серебро мне пригодятся.
***
На следующий день, я пошла на рынок и купила себе тонконогую молодую козу с розовым носом и маленькими рожками, которую назвала Деллой.
В этот раз духи, видимо, не возражали и благополучно выпустили меня из леса, а потом впустили обратно в мое новое убежище — домик в самой чаще леса.
Глава 4
Jack and Gill
Went up the hill
To fetch a pail of water
Jack fell down and broke his crown
And Gill came tumbling after...
Английская потешка
***
Куда бы я ни шла, Делла, моя новая компаньонка, постоянно следовала за мной, но я была этому только рада.
В тот день, положив в корзину грязные тряпки, которые я нашла на кровати в хижине — их нужно постирать, я пошла к ручью. Карманы же, на всякий случай, набила сухими крошками и ягодами рябины.
«Если что, они смогут оградить меня от непрошенных чар леса», — подумала я.
Для Деллы тоже смастерила небольшой мешочек и наполнила его похожим содержимым. Животное не обрадовалось этому подарку, она сердито блеяла, наставляла на меня маленькие рожки и мотала головой, пытаясь скинуть с шеи новое украшение.
От ключа, который бил недалёко от поляны, я спустилась вниз по течению и последовала за тонкой водяной ниткой, которая, расширяясь, постепенно превращалась в шумный ручей. Он же, в свою очередь, становился все глубже и холоднее, а его струи бежали все громче и сильнее, постепенно впадая в реку.
Я остановилась у бурного речного порога. Ледяная вода с шумом летела через острые камни, размывая русло, поросшее камышом.Солнце припекало неожиданно сильно для осеннего дня. Я поставила корзину на землю и вытерла потный лоб.
Жарко.
Для начала мне нужно умыться и уже потом приниматься за стирку. Делла опередила меня. Лёгкая, словно мотылёк, она спустилась по обрывистому склону и уже стояла у самой кромки воды. Дёрнув хвостом, она мекнула, подзывая к себе. Поскальзываясь на суглинке, держа в одной руке корзину с бельём, а другой хватаясь за камыш, я последовала за ней. Напившись холодной воды, я почувствовала себя намного лучше и принялась за стирку.
— Ну, здорово, Джилл, — услышала я голос над головой и подняла глаза. В камышах, отдыхая от полуденного солнца, а возможно, и от надоедливого семейства, лежал незнакомый мужчина. Рядом с ним стоял откупоренный кувшин с элем. Рубаха его была задрана на жирном животе.