Я спрыгнула с окна и для удобства тут же приняла свой человеческий облик. Мои длинные густые волосы тут же упали на спину и грудь, укутывая меня, словно покрывалом. Холодные плиты пола неприятно холодили ступни ног и пронизывали ледяными иголками до самых костей.
С большим любопытством я оглянулась по сторонам и на цыпочках прошла мимо длинных стеллажей, которые уходили под самый потолок. Здесь была собрана просто настоящая библиотека. Вот бы неплохо взять отсюда парочку книг! Свои я уже зачитала до дыр. Наверняка, здесь найдётся что-нибудь интересное и для меня!
В центре кабинета я заметила массивный, заваленный разными вещами стол, и большое, стоящее рядом с ним резное кресло с широкими подлокотниками.
Я подошла поближе и уставилась на кипу непонятных мне бумаг и карт, некоторые из них были свёрнуты в трубочки, потом перевела взгляд на чернильницу и несколько раскрытых фолиантов, один из них — с баллистой и маленьким солдатиком рядом с ней — я узнала сразу: он был из моей лачуги, господин забрал ее у меня однажды осенью… Я откинула непослушные локоны с лица, а потом с интересом взяла уже знакомую мне книгу в руки и сделала шаг, собираясь отодвинуть кресло, чтобы присесть. Неожиданно я почувствовала, как к большому пальцу правой ноги подкатилось что-то холодное. По телу прошла дрожь, и я взглянула на пол. Рядом со ступней лежал пустой серебряный кувшин, видимо, упавший со стола, а неподалёку от него, в небольшой винной лужице, валялась и чаша. Не веря своей удаче, я осторожно подняла ее за тяжёлую ножку и замерла, в восхищении рассматривая тонкую работу ювелира. Вещь была просто великолепна! Ее благородно мерцающие стенки были искусно украшены орнаментом из причудливых цветов и птиц, а на одной из сторон красовался фамильный герб рода Хантли.
«То что надо! Эрании такой подарок очень понравится!»
Обрадованная своей находкой, я уже была готова направиться к окну, как вдруг мой слух уловил легкий шорох и какое-то движение в одном из углов комнаты. Повернула голову на звук и обомлела. Прямо на жесткой лежанке я увидела милорда. Подложив под голову плащ, он вытянулся на неудобном ложе во весь рост, закинув одну ногу на другую. Его руки покоились на груди. Маркиз спал.
Затаив дыхание и, не выпуская желанный трофей из рук, я подкралась поближе и склонилась над спящим так низко, что мои пряди почти коснулись его лица. Во сне он хмурился. Все так же хорош, как и раньше, хотя морщины на лбу стали чуть глубже с момента нашей последней встречи. Мне захотелось разгладить их, чуть дотронувшись пальцами. Не в силах противится этому желанию, я поднесла руку к его лицу и невольно залюбовалась увиденным — и закрытыми глазами, и светлыми, выгоревшими на солнце, волосами, и фигурой. На большом пальце левой руки была плотно намотана зелёная бархатная лента, концы который были крепко сжаты в кулаке.
Забытое чувство нежности вновь волной накатило на меня. Перед глазами яркими вспышками замелькали картинки того времени, когда мы были вместе: вот милорд учит меня читать, вот мы гуляем по лесу, и его руки нежно касаюсь моей талии, лекарка моя… вот я прижимаюсь к его горячему боку длинной холодной ночью…
Я неловко коснулась его высокого лба и осторожно провела пальцем вдоль линии носа, потом захотела дотронуться и до губ, но вдруг другое, не менее яркое воспоминание, молнией сверкнуло в голове: Первая Красавица Королевства… и снова бегу под дождём, утопая в грязи в надежде нагнать свадебные повозки… и дым от чадящего костра вновь застилает глаза…
Я словно очнулась ото сна. Руки мои непроизвольно сжались в кулаки. Проглотив непрошеные слёзы, я быстрым шагом направилась к подоконнику и легко перемахнула через него для того, чтобы опрокинувшись вниз, тут же взмыть большой птицей вверх. Крылья быстро уносили меня прочь, а в лапах тускло поблёскивала драгоценная добыча.
Глава 27
На опушке леса, где обычно царило веселье, в этот раз было необыкновенно тихо. На траве вокруг Эрании, восседающей на троне из коряги, расположились ведьмы и внимательно внимали ей, ловя каждое слово.
Госпожа Леса, глухо закутанная в чёрный плащ, о чем-то неспешно им рассказывала. Я неслышно приземлилась на землю у большого дерева, которое росло недалеко от того места, где они сидели, и приняла свой человеческий вид. Принесенную чашу я оставила лежать у ног, а сама приникла к шершавому стволу и затаила дыхание. Мне тоже было интересно послушать.