Подслушала? Слово словно влетает в голову и тут же вылетает, не оставив и следа. Бессильно откидываюсь на грудь удерживающего меня мужчины и стону. Когда все перестанет вертеться? Тошнит ведь. Кровь пульсирует в висках.
- Впрочем, глазки уже мутные, - он с отвратительно милой улыбкой подходит вплотную и гладит по щеке. – Ты еще хоть что-то соображаешь, красавица?
Нет… Честно собираюсь ответить, но выходит лишь приоткрыть рот. Словно не могу вспомнить, как произносить слова. Это весело. Улыбаюсь, хлопая глазами. А мужчине нравится, продолжая удерживать подбородок, он склоняется к моим губам.
Звон разбивающегося стекла каким-то чудом возвращает меня в реальный мир. И оседающий Оливер, и выпадающие из рук Элли остатки вазы я воспринимаю адекватно, понимая, что нет, вазы этому козлу мало. Так что его падение на пол я удачно корректирую ударом колена в челюсть. Вот, тоже мало, конечно, но уже ближе к желаемому результату!
- Детка, ты что творишь!
Точно, точно! Есть же еще один. Спасибо, что напомнил! А то все уже снова плывет…
Наклоняюсь вперед и с размаху подаюсь в сторону, со всей силы прикладывая мужчину спиной о стену. Захват на талии слабеет и я, выкрутившись, отстраняюсь, оборачиваясь к нему лицом. Сейчас, сейчас… Тяжело дыша, опираюсь рукой на стену, а другой – сжимаю висок. Что-то еще ведь хотела сделать… А, да!
Фыркнув собственной тупости, хватаю Чарли за голову и уже куда сильнее знакомлю с крепостью деревянной балки. Отлично - оба на полу, дерьмово - оба уже приходят в себя. А вот я уже теряюсь в вертящемся безумии.
Из последних сил хватаю Элли за руку и куда-то тащу. Кажется, мы на улице? Да, свежий воздух мне нужен. Круговерть картинок сменяется туманной размытостью. Запрокидываю голову, пытаясь отдышаться. Растираю руками шею, лицо, надеясь избавиться от навязанной нереальности. И уже девушке приходится меня куда-то тащить.
Не знаю, сколько мы бежим и куда, ничего не могу понять или хотя бы просто увидеть. Но в один момент спасительная мысль прочистить желудок все же вспыхивает в сознании. Резко останавливаюсь, вырывая руку. Плевать на догоняющих братьев! Мне нужно прийти в себя, иначе все это лишено смысла! Элли сама против двух повернутых родственников ничего не сможет.
Ну, что, Кира, два пальца в рот и вперед! Не обращая на Элли внимание, опускаюсь на колени. Боже, как я это ненавижу! Вкусный ужин же был! Жалко…
Становится лучше. Только теперь вместе с возвращающейся реальностью, появляется дикая дрожь. Падаю на спину и остервенело растираю лицо, пока месяц на звездном небе, наконец, не останется один, вместо пары колышущихся десятков.
Козлы, придурки, мерзавцы - убью!
Так, отлично, я почти здраво мыслю. Омг, живот-то как болит, и все тело колотит…
Ничего, ничего, мальчики. Вы в самых страшных кошмарах не видели того, что сейчас порождает мой озлобленный и отравленный наркотиком мозг. Сами виноваты. Я вам охоту к подобным развлечениям навсегда отобью…
- Элли! – разносится пугающее эхо мужского голоса. – Куда ты ее потащила, сестренка? Не глупи, выходи! Все равно найдем. Элли-и-и!
Бросив взгляд на смахивающую на привидение девушку, заставляю себя подняться. Черт, холодно-то как! Конечно, выскочила босяком и без куртки на улицу, где градусов десять, не больше. Зато в себя пришла хоть немного. Все равно ведет еще знатно. Значит, время надо потянуть.
- Пошли, - прохрипела, хватая ее за руку.
Черт, черт, черт! Все колется, все ледяное. И вообще гулять ночью по лесу – это то, что я надеялась никогда не переживать! Мамммочки! Уж лучше бы тут темень непроглядная была, чем эти жуткие тени в лунном свете, которые, благодаря остаткам наркотиков в крови, еще и движутся.
Ы-ы-ы, чтоб вас всех! Не сдержавшись, шарахаюсь в сторону, напугав Элли. Нет, не могу больше. Прислоняюсь лбом к холодной коре и зажмуриваюсь. Меня всю трусит, и при этом кажется, что горю в лихорадке. А ведь какие-то придурки за это еще и деньги платят, подсаживаясь!
- Кира, прошу пойдем! Они ведь найдут нас! Идем!
- Куда? – устало спрашиваю, отрываясь от дерева. - Элли, здесь лес на многие километры. Видела, когда ехали. Мы окоченеем менее чем через полчаса.
- Здесь, здесь есть лесничий домик! – нотки паники прорываются в ее голосе. - К нему идти минут десять!