— Как же я по тебе соскучился!
— Я тоже! — обрадовано улыбнулась ему в ответ, и тут же встревожилась. — Но почему ты здесь, а экзамены?
— А, — отмахнулся он, — сдал как-то экстерном. Буду поступать к Вам, отец возражать не стал.
Парень подскочил ко мне и попытался заключить меня в объятия.
— Но тебе же придется отслужить, а ты — наследник!
Запрокинув голову, шутя, стукнула этого оболтуса кулачком в грудь. Он рассмеялся, придерживая меня за плечи.
— Да, ладно! Мой родитель полон сил и прекрасно справляется со всеми делами. Почему я должен отказываться от приключений, романтики дальних странствий? Возможно, я стану секретным агентом или меня отправят к снежникам с дипломатической миссией? Жизнь длинная и я хочу, чтобы она была интересной.
— Значит, в академии тебе было не интересно? — склонила голову к плечу.
— Трей постоянно пропадает с Раш, а с Лисс мы расстались, это еще при тебе было, и без тебя в академии стало совсем тоскливо.
Про расставание с Лиссой Орбис упомянул совершенно спокойно, и как я не вглядывалась в лицо парня, не замечала в его глазах ни грамма душевной тревоги. Он приподнял брови и пожал плечами.
— Так что мне мешает попытаться изменить свою жизнь? А ты, какая же ты стала… — он слегка отстранился, все еще не разжимая рук, окидывая взглядом мое лицо и фигуру.
Криво усмехнулась, подсказала:
— Необъятная?
К празднику середины зимы строителям удалось запустить портал, и в Перхонсе состоялся грандиозный праздник, на котором побывало, кажется, полстолицы. Друзья тоже приезжали в Перхонс на каникулы. Тогда они останавливались в городском особняке Ингоров: осматривали город, ярмарку, посетили Тринисан и, при моем содействии, побывали в почти отстроенном Дес Рихтонге, так назывался замок, в котором планировалась школа. Я провела их по всей территории, показала общежития, аудитории и полигоны. В то время моя фигура еще не претерпела столь заметных изменений да и свободная одежда скрадывала начавший расти животик.
— Нет, что ты! Красивая… и светишься вся…
В его глазах было такое неприкрытое восхищение, что я улыбнулась. С ним всегда было легко, и можно было быть собой и ни о чем не волноваться… Внезапно живот свело судорогой. Перед глазами замелькали серые мушки.
— Что с тобой⁈
Черт! Почему именно сейчас? Гаронт говорил, что у меня есть еще три недели. Впрочем Орбис всегда отличался сообразительностью. Пока я хватала ртом воздух не в силах ответить, парень усадил меня на диванчик и выскочил в торговый зал.
— Снол, Рине плохо. Что делать⁈ — донесся его взволнованный голос. Живот сжало так, что я, не выдержав, застонала, обхватив его руками.
Кажется, Снол что-то выкрикнул, но я не поняла.
— Потерпи, маленькая…
Меня кто-то подхватил на руки, но я больше ничего не видела и не слышала из-за нового приступа боли.
— А теперь мы бы хотели осмотреть лабораторию.
Гаронт по Аранским переглянулись и незаметно вздохнули. Вот уже четвертый час прибывшие из столицы исследовали территорию Высшей Военной школы, дабы составить отчет о ее готовности обучать первых курсантов.
И теперь, вместо того чтобы заниматься делами (проверять доставленные учебные пособия и журналы, сверять с кладовщиком запасы зелий и ингредиентов, или просмотреть листы тестов и опросники для абитуриентов) приходилось таскаться по территории школы, отвечая на многочисленные дурацкие вопросы группы напыщенных лордов, представляющих собой Имперскую комиссию.
Инспектора шныряли везде: возле полигона, в тренажерных залах, осматривали большие и малые аудитории. Засунули любопытные носы на склады с обмундированием, в столовую и в помещения прачечной, не пропуская подсобных помещений. Побывали в студенческом общежитии, где рассмотрели небольшие строго обставленные комнатки на четверых. Даже туалеты и душевые комнаты проверили.
Общежития для преподавательского состава их интересовали куда как меньше. А все потому, что школа, поначалу задумывавшаяся как школа для магически малоодаренных рас и людей, неожиданно изменила свой статус. Теперь в ней предполагалось обучать и высокородных студентов из дружественных стран: Хелзинаса и Урушая. Узнав про это, многие лорды Атилара сочли престижным и перспективным отдать младших сыновей обучаться военному делу, не испугавшись последующей службы на благо отечества.
Аранскому пришлось приложить немало усилий, чтобы ограничить набор в элитный корпус существенно повысив требования к уровню подготовки кандидатов. Кроме того, в устав школы был внесен пункт о том, что дисциплина и порядок проживания для всех обучающихся будут одинаковы, без послаблений. Император счел эти требования разумными, а после, отправил комиссию для проверки степени готовности учреждения к приему учеников.