— Ты же знаешь, что он специально злит тебя, — говорили друзья, я кивала, но каждый раз ничего не могла с собой поделать.
А еще срочно пришлось решать вопрос с пропитанием одного рыжего монстра, обнаружившегося под моей кроватью. Дакот оккупировал спальню, наотрез отказавшись покидать мои апартаменты. Он собирался покинуть академию, как только защитный купол будет снят, а до тех пор просил приютить его у себя. Конечно, я не могла ему отказать, но вопрос пропитания стоял весьма остро. В первый вечер спасли бутерброды с сыром и ветчиной, которые я, проживая в платных комнатах, могла заказывать в столовой, но этого было мало. Пришлось поделиться проблемой с Орбисом. Вечером парень постучался в мое окно, с подарком в виде свежей вырезки.
— Спасибо, — поблагодарила я его, глядя как оголодавший за день Дакот с урчанием набросился на угощение.
— Теперь я понимаю твое беспокойство, — заявил друг, рассматривая крылатое чудовище, с наслаждением отрывающее и заглатывающее сочившиеся кровью куски. — А ты уверена, что он не сожрет тебя ночью?
— Не беспокойся. Мы давно знакомы. Даквуст знал меня еще до того как мы попали сюда и он мой друг.
— Ну-ну, — парень усмехнулся. — И как же твой друг докатился до того что все охранники в Академии спят и видят как бы подпалить его рыжую шкурку. Может, меньше нужно было пакостить?
— Кстати, действительно! Как тебя угораздило разругаться с Мирсалем? Помнится, вы нашли общий язык.
— Еще бы. Он мне даже ошейник подарил… Как тебе, нравится?
Котяра повернулся, демонстрируя черный кожаный ошейник, украшенный яркими самоцветами и золотыми накладками.
— Неплохо… — я протянула руку, но не стала прикасаться.
— Ну да, я тоже было обрадовался, старый дурак! Совсем расслабился за то время пока на земле жил. А подарок-то оказался с подвохом.
Орбис присел рядом с Дакотом, чтобы рассмотреть получше это украшение и присвистнул:
— Надо же, полное подчинение! Только он сломан.
Парень потянулся чтобы снять его, но Дакот не позволил:
— Еще бы! Оставь, я люблю украшения. После мятежа в лабораторию доставили множество зелий производства красотки Сариде. Говорят, она покушалась даже на самого Императора, может слышали? И была там парочка снадобий с весьма заковыристым составом, который никак не могли расшифровать. За неимением лучшего, Мирсаль решил, что проще и правильнее заставить работать старого Дакота. Он отдал приказ, а я не смог воспротивиться, а то, что некоторые из зелий могут дать специфическую реакцию все как-то забыли. Ну и получили… У меня уровень магии скакнул так, что несколько камней рассыпались в песок, а я пришел в себя. Ну, и… немного покуролесил. Конечно, меня пытались остановить, но не смогли, я сделал все для этого…
— Ну да, это я от Гаронта слышал, — подтвердил Орбис. — Разгромил лабораторию, потом взломал двери и сбежал.
— А ты сам-то хотел бы по щелчку пальцев превращаться в безвольный предмет, все желания которого ограничиваются приказом хозяина? — Дакот выразительно посмотрел на парня и тот смутился. — Я спрятался в подземельях алхимической башни и три дня зализывал раны. А потом решил, что пусть сейчас я всего лишь животное, кот, но я ЖИВОЙ. Понимаете? И…в общем, я решил больше не попадаться.
Что ж, я его понимала. Орбис тоже проникся и обещал подумать, как помочь моему квартиранту.
Неспешная прогулка вновь привела меня к пышным кустам, листья, которых хоть и приобрели багряный оттенок, но опадать еще даже не собирались. Разведя в стороны ветви скрывающие маленькую полянку позади беседки, убедилась, что там никого. За прошлые дни здесь ничего не изменилось, а несколько листов и веточек на скамейке служили лишним подтверждением уединенности этого местечка. Пожалуй, именно места, места, где можно посидеть в тишине и расслабиться после отвратительного скандала и тяжелого и суматошного дня, мне и не хватало.
С удобством устроившись на скамейке, прикрыла глаза, наслаждаясь покоем и шорохом редких капелек начавшегося осеннего дождика.
Вынырнув из горьких размышлений, осмотрелась по сторонам. Как быстро наступил вечер! Я повела плечами, потянулась, выпрямляя затекшую спину.
Сиреневый сумрак подкрался незаметно, укрыл землю тенями, смазал очертания веток деревьев и кустарника. Вечерний туман проник под одежду, и, несмотря на теплую накидку, по телу пробежали холодные мурашки. Скрипнула половица. Глубокий вздох и шуршание ткани совсем рядом заставили вздрогнуть и прислушаться.