— Конечно! А тебе есть что⁈ Или ты здесь охранником на полставки подрабатываешь?
Я разозлилась. Мне безумно хотелось немного сбить спесь с заносчивого эльфа. Слишком много его стало в моей жизни. Несмотря на все мои попытки избежать встреч, наши пути действительно то и дело пересекались. За день мы умудрялись столкнуться несколько раз: в столовой, в коридоре академии, на выходе со стадиона, возле в женского общежития… Иногда мне казалось, что он специально меня поджидает, лишь бы еще раз поприветствовать, окинув презрительным взглядом с неизменной высокомерной улыбкой или, склонившись к руке, одарить унизительным замечанием.
— Что ты сказала⁈
Эльф резко развернулся и угрожающе навис надо мной, упираясь обеими руками в стеллаж за моей спиной, заставив вжать голову в плечи. Маска надменного невозмутимого лорда слетела, словно осенний лист сорванный порывом ветра.
— Ты совсем не понимаешь, с кем сейчас разговариваешь? — его глаза зло сощурились. — Не стоит задирать нос перед теми, кто заведомо сильнее тебя и выше по положению. Со мной, покровительство Аранского тебе не поможет. Он далеко, а я здесь, рядом. Поверь, неприятности с Ильсиасом — это всего лишь цветочки, по сравнению с тем, что я могу тебе устроить. Скажи лучше спасибо, что в свое время не оказалась на месте Суоллы.
Я вспомнила девушку-мага, обучавшуюся на юридическом. Веселая и хорошенькая девчушка умудрилась вляпаться в первые же дни, польстившись на аристократическую внешность Персиваля и подписав с ним контракт на покровительство.
В первый же день этот мерзавец нарядил ее в рабский ошейник, заставив прислуживать себе и своим друзьям в столовой. А потом взвалил всю работу по обслуживанию своей мерзкой персоны: начиная от уборки комнат до ношения следом сумки с учебниками. Кроме того, он еще и не ленился третировать и оскорблять девушку, попавшую к нему в зависимость, критикуя все, что она делала. Из красавицы-хохотушки, всего за несколько дней, она превратилась в тень, безмолвно следующую за своим хозяином. Хорошо, что рядом со мной все время ребята. Меня передернуло.
И что же, теперь он угрожает мне рабским ошейником? Злость вспыхнула точно факел. Рука сама собой взметнулась вверх, чтобы закатить пощечину. Но Мирсаль ловко перехватил кисть, больно сжав запястье.
— Ты что и, правда думаешь, что я позволю себя ударить? Что тут у тебя? — не спрашивая позволения, ловко расстегнул пуговичку на манжете и задрал рукав до локтя. Внимательно вгляделся в браслет Ниила, все это время удачно скрываемый мной под длинными рукавами платьев. Кривая усмешка исказила его лицо. — Н-да… Я смотрю, Аранский и впрямь подстраховался…
Он склонился ко мне ближе, проведя носом у моего виска, и протянул над ухом:
— На-а-аглая! Вынужден тебя расстроить, детка. Брачный браслет не гарантирует защиту от всех напАстей.
От голоса бывшего возлюбленного по спине прокатился холод, точно за шиворот сыпанули ледяное крошево. Невольно захотелось исчезнуть, раствориться, лишь бы оказаться подальше от эльфа, задумчиво поглаживающего внутреннюю сторону запястья возле браслета. Опустив глаза, уставилась в украшенную драгоценными камнями булавку на уровне моего носа.
— Пусти меня! — потребовала я, попытавшись вырывать руку.
— Ну уж нет, давай поговорим, раз уж мы с тобой так удачно столкнулись! Выслушай меня внимательно, куколка, и запомни: сама по себе ты — никто. Не стоит дерзить тем, кто тебя сильнее, — меня хорошенько встряхнули. — Если бы не Аранский, я бы даже не посмотрел в твою сторону. В тебе нет ничего особенного! Так что веди себя скромнее, чтобы никто раньше времени не свернул тебе шею. Тебе повезло, я лучше многих знаю, кто он и поэтому не трону тебя… наверно не трону…
А вот другой! Не столь добрый… другой вполне может наплевать на все твои браслеты и взять себе за цель, просто поставить на место маленькую выскочку. Не веришь? Нет? — я отчаянно замотала головой, пытаясь сказать, что верю, лишь бы он меня отпустил, но, кажется, не преуспела. — По глазам вижу, что не ве-е-еришь… Конечно! Ты же упря-я-ямая…
Его глаза вспыхнули синим. Неуловимым движением он накрыл нас непонятным силовым коконом. Я оглядела незнакомое сложное плетение и едва не застонала вслух от отчаяния. Понятия не имею что это и как его разрушить. Вот дура! Если раньше у меня оставался крошечный шанс спастись, докричавшись до библиотекаря и позвав на помощь, то я теперь его упустила.