Подавшись вперед, Мирсаль приподнял меня за талию и, прижал спиной к стеллажам, протолкнув свое бедро между моих ног. Серебряные пуговицы царапнули щеку. Крепкие, почти болезненные объятия, ноги беспомощно ищут опору, а меня окутывает головокружительный запах травы и меда… Эльф жадно втянул носом воздух над моей головой и потянул резинку с хвоста, запуская руки в мои волосы.
Он… он что, меня нюхает? Я вспомнила красивый флакончик с душистым маслом, которым решила воспользоваться именно сегодня, пытаясь изменить собственный запах. Черт бы побрал эту Галису, неужели оно с каким-то афродизиаком⁈ Не-е-е-т!
Ужас разливается холодным потом вдоль позвоночника. Упершись ладонями в плотную ткань сюртука, я пытаюсь оттолкнуть от себя Мирсаля, но мои жалкие попытки смешны. В спину упираются корешки книг на переполненных полках, так что страшно лишний раз шевельнуться: если книги рухнут, никто не поверит в то, что мы оказалась наедине совершенно случайно. Что подумает Ниил, что я смогу сказать в свое оправдание? Я и сама видела несколько раз натыкалась на обжимающиеся парочки в темных закутках академии.
— Не стоит быть такой самонадеянной, Р-р-рина… я ведь много чего могу сделать. Так… или иначе.
Его дыхание щекочет ухо.
— Небольшой блокирующий щит на браслет, и со мной ничего страшного не происходит…
Его, зубы чувствительно прикусили мочку, вызвав дрожь во всем теле. Он коротко рассмеялся.
— Открою тебе занимательную особенность подобных вещичек, — чуть отстранившись, продолжил он, ухватив мое лицо за подбородок. Я прикрыла глаза, из которых непроизвольно вытекло несколько слезинок. — Подобные браслетики имеют точную настройку на намеренья. Они способны защитить в случае смертельной угрозы или если кто-то сильно возжелает тебя и попытается… поиметь. Кроме жениха, конечно. Такие своеобразные пояса верности, — он хмыкнул, словно рассказывал нечто забавное, — все это было сделано, чтобы быть уверенным в будущем наследнике. Но я знаю множество способов ослабить эту связь, тем более что твой браслет не полностью активирован. И если я захочу, немного наказать тебя, или подпортить репутацию, или решу использовать для собственного удовольствия иным способом, — большой палец руки прошелся по моей нижней губе. — Ни-че-го, слышишь? Ничего со мной не случиться. Посмотри мне в глаза! Веришь? Вериш-ш-шь я спрашиваю?
Его рука опустилась ниже и сдавила горло. Я захрипела, ухватившись за руку, и испуганно открыла глаза. Зрачки эльфа расширились настолько, что если бы радужка не светилась, то была бы незаметна. Сейчас на меня взирала сама тьма в окружении тонкой светящейся яркой синевой черты. Мамочки! Сердце улетело куда-то в пятки.
— Так как, развлечемся? Хочешь? Я знаю разные способы…
— Нет-нет! Прости, я не хотела…тебя з-з-задеть… — прохрипела я, схватившись двумя руками за холеную кисть сжимающую горло. Не знаю, может кто-то и умеет гордо глядеть в лицо опасности, умудряется сохранить чувство собственного достоинства, несмотря на угрозы какого-нибудь отмороженного на всю голову придурка, только все это явно не про меня. Зажатая в темном углу библиотеки я буквально умирала от страха, безуспешно пытаясь освободиться, глядя в черные глаза бывшего любовника.
Не знаю, что за мысли бродили в его голове. Возможно, он удовлетворился ужасом, написанным на моем лице, а возможно решил, что исчезновение студентки из закрытой академии замять не получится, но Мирсаль медленно выдохнул и наконец-то отпустил меня. Только благодаря поддержке книжного шкафа мне удалось удержаться на ногах.
— Правильное решение, детка. Наилучшее… для тебя, — он поправил камзол и манжеты белоснежной рубашки. — Потому что в противном случае, я бы лично проследил, за тем, чтобы твой жених узнал, как ты тут развлекалась. Ты ведь умная девочка, и не хочешь, чтобы Аранский разорвал помолвку и лишил тебя своего покровительства?
Поняв, что он ждет моего ответа, кивнула.
— Так что, не лезь в чужие дела и веди себя тихо, тогда тебя никто не тронет, — он резко развернулся и пошел прочь в глубину секции. — И да, — он слегка обернулся, заставив меня испуганно замереть, — поменьше крутись под ногами Юденьшай, она и так зла на тебя, а я не хочу, чтобы моя невеста расстраивалась.
Он ушел, я медленно выдохнула, опустившись на пол. Голова кружилась, руки мелко подрагивали. Чего уж притворяться, у меня так и не получилось выстроить ледяную или каменную броню, чтобы не замечать высокомерия или презрения окружающих, а мерзкое поведение Мирсаля вообще не укладывалось не в какие рамки. Единственное чем я себя успокаивала — он действительно не узнал меня!