— Пока я единственный с кем вы с сестрой можете быть откровенны. Поверь я никогда не сделаю того что навредит вам,- пафосно произнёс он, а потом снова улыбнулся, но уже настоящей тёплой улыбкой.
Ну хорошо. Аня доверяет ему. Да и я не чувствую от него угрозы. Ну я и рассказала. При моменте когда я подняла тот камень он вытаращился на меня как на дуру.
— Тебя в детстве не учили что подозрительные предметы поднимать не стоит? Особенно когда их роняют странные личности,- на это я только пожала плечами. Знаю что дура. Поняла уже. Хотя это того стоило. Я видела как зажглись- глаза Ани когда она сказала что не сумасшедшая. Не представляю что она ощущала когда все кому не лень твердили что она бредит.
— После того как вы поговорили, мы стали идти к тракту. Аня каким-то образом ориентировалась по только ей понятным признакам. Солнцу и тому подобному. Мы почти пришли когда…
— Когда на нас напали шепчущие,- перебила меня откуда-то сзади Аня. Кажется она только вошла, так как ни он, ни я её не заметили. Я бросила на неё вопросительный взгляд. Она умышленно пропустила одну такую жирную деталь, как встречу с тем разбойником. Почему она не дала о ней рассказать?
— Привет, кстати,- когда Данталион попытался выскочить она придержала его за плечо и села напротив нас, попутно стаскивая из вазы яблоко,- не суетись, Дант. Чувствую я себя отлично, уже восстановилась, позавтракать я могу и фруктами, знаешь ведь что я не люблю есть много по утрам. А эту гадость от лекаря даже не предлагай. Вылью на какой-нибудь цветок. Б-р-р,- я закашлялась. А что так модно было?
— Уже выпила?- она сочувственно посмотрела на меня. Я только кивнула.
— Так. Я всё таки принесу тебе завтрак. Без него из-за стола я тебя не отпущу,- тоном не терпящим возражений сказал парень и вышел.
— Почему ты ничего не сказала про того оборотня?- сразу спросила я.
— Он нас отпустил,- я замерла. Но как же…? Она ведь… Это же была трава. Она его усыпила. И мы ушли. Эти мысли я ей и озвучила.
— Вась, он оборотень. Его нюх, зрение и слух в разы превосходят наше. Думаю он учуял это траву сразу же. Но дал мне к нему подойти. Ему было просто интересно что мы представляем из себя и как смогли скрыться. С начала. Мне кажется я заинтересовала его, поэтому он не стал что либо делать нам и дал уйти.
— Ч-что он мог сделать?
— Как минимум стереть нам память. А как максимум будь на его месте кто-то другой он бы на просто убил. Или ещё что похуже. Даже думать не хочу. К тому же. Зачем мне это? Если рассказать Данту об этом, он не слушаю ни каких доводов пойдет к отцу и расскажет всё что узнал от меня. Этого Касилиана не могут поймать уже лет так двадцать. И он никогда не оставляет следы. А тут такой куш. Сразу две свидетельницы. Хочешь испытать на себе все методы службы безопасности? Я вот нет,- она смотрела на меня совершенно спокойно.
— То есть тебя совершенно не волнует факт того что ты скрываешь то что возможно поможет поймать очень опасного преступника? Он мог нас убить. Или же до сих пор может. Действительно, зачем ему свидетели что могут договориться о чём то?
— Во-первых, мне полностью фиолетово кто он там. И факт сокрытия меня ни сколько не волнует. Пусть местные сами разбираются. Во-вторых, узнай мы о нём то что смогло бы ему как-то навредить, он бы нас отпустил? Нет. К тому же, этот особняк хоть и охраняется, но не серьёзно. И не думаю что для него было бы проблемой убить нас если бы захотел. И в-третьих, если кто-то об этом узнает на нас применять что-то типа нашей сыворотки правды. И выбьют из нас всё что знаем. А мы иномерянки. Попадать на допрос к безопасникам нам никак нельзя. Я тебя убедила? Поверь, мне самой неприятно что-то недоговаривать Данту. Я воспринимаю тебя и его как брата.
— Хорошо. Я поняла. Про ту встречу лучше забыть,- она мне только улыбнулась,- Что мы будем делать?- вся лёгкость и улыбчивость вмиг слетели с неё.
— Я не знаю, Вась. Не знаю,- её плечу на секунду опустились, а глаза потухли. Если бы я не смотрела так пристально не заметила бы,- Но мы что-нибудь придумаем! Где наша не пропадала? Как говорится русские не сдаются, а ещё в воде не тонут и в огне не горят,- она говорила уверенно и буквально заражала уверенностью что всё будет хорошо. Я всегда видела её только сильной и неунывающей. Она никогда не показывала своих слабостей мне, всегда находила выход, всегда была уверенной. И это всё было для меня. Из-за меня. Сомневаюсь что я выжила бы без неё вообще. Особенно после смерти родителей, вся ответственность легла на её плечи. Она буквально взяла меня под опеку так как ей было уже восемнадцать.