Дрожащей рукой Чепегин принял подношение. Голос пропал, и ему пришлось откашляться.
– Я сегодня… как ослик Иа из «Винни-Пуха», – признался он.
– Чё – сабантуй? – обрадовался младший мальчик.
– Да. Сабантуй. День рождения.
– Вау! Поздравляем! – закричали мальчишки.
– С днём рожденья! – присоединился Самунин. – Как совпало!
– Классно!
Тут старший глянул на часы:
– Ух, помчали по-быстрому! Удочки сматывай!
– Да смотал уже! Бежим!
Убежали. Чепегин заглянул в пакет и удивился:
– Рыба…
– Рыба, конечно, – сказал Самунин. – Они ж сказали. Хорошая?
– Хорошая, – кивнул Чепегин. – Пожарю в обед.
– Отлично. Поздравляю вас с днём рожденья, Кирилл Тихонович! Жаль, без подарка.
И тут Чепегина осенило.
– Антон! Вы сегодня на службу?
– Нет. Выходной.
– Замечательно! У меня одна идея.
– Вот как? Хорошая и безалкогольная? – пошутил Самунин.
– Совершенно так: хорошая и безалкогольная. Рискнёте ко мне присоединиться? Обещаю, что в тёмной подворотне на вас не нападу и не ограблю.
– Спасибо на добром слове! – хмыкнул Самунин. – А куда мы, если не в подворотню?
– К внуку моего двоюродного брата. Сколько времени?
– Около восьми.
– Даже если он не проснулся, что маловероятно в рабочий день, – разбудим. Так идём?
– А у него что? – спросил Самунин.
– Какой вы подозрительный, Антон Андреевич! – упрекнул Чепегин. – Надо больше доверять людям старой формации!
– Хоть намекните.
Самунин помог старику снова встать, забрал картину, аккуратно свернул лист в рулон. Пакет с рыбой взял в другую руку.
– Далеко идти? – поинтересовался он. – А то у меня машина на стоянке.
– Лучше б, конечно, на машине, – признался Чепегин. – Не то долго будем добираться с моими-то темпами.
– Замётано! Вы вот здесь подождите, а я машину подгоню. У меня синяя «Нива».
На «Ниве» доехали до девятиэтажки постройки восьмидесятых годов, и на металлической двери Чепегин набрал цифру «22» и «вызов». Весьма бодрый молодой голос вскорости сказал:
– Да?
– Лука?
– Дед? Ба, какими дорогами тебя ко мне затащило?! Заходи, открываю! Тебя встретить?
– Нет, я тут с… другом. Он поможет.
– Лады. Жду.
В тёмном прямоугольнике засветились английские буквы «Open», дверь размагнитилась и неохотно, тяжело поддалась сильной руке Антона. Так же неохотно, тяжело и будто сомневаясь в целесообразности происходящего, примагнитилась накрепко вновь.
Вышли из лифта на шестом этаже. Одна из четырёх дверей была открыта, и оттуда выглядывал молодой человек лет около тридцати.
– Слушай, ну, ты меня изумил! Проходи скорей! Позавтракаем. И вы тоже… э-э…
– Антон.
– Антон. Лука Нивников, двоюродный внук Кирилла Тихоновича.
– Очень приятно.
– Забредайте скорей.
В квартире мужчины помыли руки, и Лука усадил их за стол в просторной кухне. Расставил чашки, блюдца, выставил хлеб, сыр, колбасу, какие-то пирожные.
– А Рябинка где? – спросил Чепегин.
Лука мотнул головой в сторону коридора.
– Иду, Кирилл Тихонович! – послышался приятный женский голос.
Женщина тоже оказалась приятной на вид. Она захлопотала на кухне, готовя чай, нарезая колбасу, ставя на огонь воду с молоком для каши.
– Кирилл Тихонович, поздравляем вас с днём рожденья!- щебетала Рябина. – Здоровья вам и сил, чтоб встречать каждый день рассвет, и счастья от прекрасных видов вашего рассвета… Когда я постарею, тоже буду ходить встречать рассвет, чтоб не умереть…
– Дед, – сказал Лука, подвигая к гостям угощение, – ты опять рассвет встречал?
– Опять.
Чепегин неторопливо перекрестился и отпил чаю.
– И как?
– Отличный рассвет. Видишь, сколько подарков?
– Ну-ка, ну-ка, посмотрим… Ого! Смотри, Рябинка! Нравится?
– Очень красиво.
– А это что?.. Рыба? Ты что, рыбачил?!
– Нет. Ребятишки подарили.
– У нас ещё есть дети, которые что-то дарят старикам?! Невероятно! В холодильник пока положить, чтоб не протухла?
Чепегин долго не думал:
– Рябин, может, ты её изжаришь? Сам-то я, похоже…
– Детей накормлю, и за рыбу примусь, никаких проблем. А вообще, мы к вам собирались, поздравлять, обнимать, целовать, – говорила Рябина, мешая кашу. – А вы нас раз – и упредили! Ну, ничего, Кирилл Тихонович, всё равно не отвертитесь! Изжарю рыбу, покушаете, и мы вас домой доставим, а вечером допоздравляем! Не безпокойтесь, не утомим.
– Разве ж вы утомите? – запротестовал довольный Чепегин. – Наоборот… радость от вас.
На пороге кухни появились девочка и мальчик. Увидав гостей, они завопили:
– Ура-а! дед Кирюха! Расскажи про войну!!!
Мелькнули тоненькие тельца в трусиках и майках и вмиг оказались на старике, тормоша их. Рябина призвала их к порядку: