Ник многозначительно улыбнулся.
– "Миллера" для леди.
– Итак, – сказал он, как бы между прочим, – что поделывает наш общий знакомый мистер Мадден? Из достоверных источников мне известно, что свой глаз сейчас он положил на журнал "Метро"...
– Мистер Росситер, – прервала его Вилли, – неужели вам не о чем больше поговорить со мной, кроме дел моего клиента? И если это все, что вы хотели узнать от меня, нам придется расстаться сейчас же.
– К черту, подождите минутку. – Он положил свою руку на ее ладонь, потом достал белый платок и помахал им.
– Не обижайтесь, адвокат, но, если я буду задавать только необходимые вопросы, я никогда не напишу приличной статьи. А у юриста разве не возникает такого желания прочесть то, что написано между строк запутанного дела?
Вилли остыла. Несмотря на ее предубеждения, ей начинала нравиться его дерзкая, самоуверенная манера говорить.
– Мне совсем не хочется писать о мистере Маддене снова, и, конечно же, я понимаю, что клиент – это для вас святыня. Но только между нами, что вы на самом деле думаете о нашем мистере Маддене?
Вилли колебалась, можно ли быть откровенной с этим журналистом.
– Это для записи?
– Ваш вопрос уже интересен сам по себе, – улыбнулся Ник.
– Я спрашиваю, могу ли я быть откровенной с вами?
Улыбка Ника сменилась искренним смехом.
– Мне никогда никто не доверяет.
– Я понимаю, – кивнула Вилли с наигранной серьезностью.
– Но вы должны мне доверять.
– Ну что ж, в таком случае, я скажу вам, что мистер Мадден – бизнесмен. Он ничем не лучше, а тем более не хуже других, и его, так же, как и каждого, волнует лишь собственное благосостояние.
– А встречались ли на вашем пути, я имею, конечно, в виду ваш трудовой путь, хорошие парни? Ну, может быть, какой-нибудь "белый рыцарь" – бизнесмен? – прощупывал ее Ник.
– Я бы сказала, "серые рыцари" попадались. Или, если выразиться правильнее, – серые с теми или другими светлыми отблесками.
– Так, – бодро согласился Ник. – А сейчас расскажите немного о себе. Почему вы выбрали именно фирму Гарригана, ведь до вас там не работала ни одна женщина?
Вилли была готова к этому вопросу.
– Работа в фирме Гарригана не намного отличается от работы в других юридических фирмах, – начала она. – Мужчины вынуждают нас бороться за "каждый дюйм", и если вы преодолеваете его, то они пытаются внушить вам, что это подарок, который они преподнесли вам по доброте душевной.
Вилли поведала Нику о дискриминации женщин и о том чувстве превосходства, с каким мужчины в юридических фирмах относятся к женщинам. С этим она сталкивалась с момента поступления в университет. Без упоминания имени Мэтта, она рассказала о помощи, которую ей оказал "истинный либерал с нетрадиционными взглядами".
– Эти слова наводят на мысль о "белом рыцаре", – заметил Ник, когда Вилли замолчала, переводя дыхание.
Она покачала головой и прямо посмотрела в карие глаза Ника.
– Я же сказала вам, что "белого рыцаря" у меня не было.
Ник отступил.
– Вы могли бы найти его здесь, мисс Делайе. Что, если мы с вами пошли бы куда-нибудь сегодня вечером?
Она засмеялась над его смелостью.
– Нет, сегодня вечером я улетаю в Италию, – начала она, как всегда ссылаясь на свои дела. Но затем ей в голову пришла шальная мысль – а почему бы и нет? Он интересный, привлекательный и легкий в общении – но у нее же действительно нет времени в ближайшие недели.
– Давайте договоримся так. Я позвоню вам, как только найду свободное время.
Вилли преодолела четыре лестничных пролета, поднимаясь в свою квартиру, "на чердак", – так она называла ее, будучи в хорошем настроении. День был длинным и хлопотным, и она утомленно прислонилась к двери, доставая из почтового ящика различные бумаги. И вдруг среди счетов и рекламных объявлений она заметила большой коричневый конверт. Вилли вошла в комнату, сбросила туфли и налила себе белого вина.
Она просмотрела полученные счета, а затем вскрыла конверт и достала его содержимое. Им оказалась газетная фотография – Вилли рядом с Джедсоном Мадденом. Маддену был пририсован костюм эпохи испанских конкистадоров, а в углу фотографии была подпись: "Похоже, вы очень нравитесь этому гранду. Джедд".
Вилли рассмеялась. Это было так далеко от истины. Ее смех перешел в громкий хохот, и так она постепенно разрядилась после трудового дня. Ах, Джедд, ты, видно, считаешь, что у меня недостаточно юмора. Она прикрепила этот снимок к стене, и легла отдохнуть на свой мексиканский диванчик. Она смотрела на звезды, которые постепенно появлялись на темно-синем небе, и думала о том, что еще нужно сделать до поездки в Италию. Собрать чемодан, просмотреть кое-какие документы. Все это намного важнее того, что думает Джедд Она удивилась, что забытые чувства и воспоминания начали всплывать вновь.