— Все поели? — постаралась, чтобы мой голос прозвучал без издевки и, глядя в синие глаза ушастика, мило улыбнулась. — Меня можно не ждать, я готова.
Наг спокойно кивнул, и поднялся со стула. Вот уж кому памятник за выдержку ставить нужно!
Следуя за Аспикусом, мы миновали зал, повернули направо и оказались в чудной библиотеке. Вот только осмотреть ее и оглядеться мне не позволили. Дариэль отошел в угол и приложил браслет к стене, небольшая рябь и вот мужчины заходят в коридор, в котором находится лестница, ведущая вниз, в подвалы.
Оказалось, что под домом расположены настоящие катакомбы. Шальная мысль о побеге с рюкзаком продуктов и фонариком, всколыхнулась в голове, заряжая энтузиазмом, который был зарублен тут же, на корню. Коридоры, уводящие в темноту, перекрывали решетки, с прутьями толщиной, наверное, с мое запястье. Да еще и магическую защиту поставить не забыли, с возмущением отметила я, прищурившись разглядывая красно-черный огонь, то и дело пробегавший по прутьям. Грустненько… И ведь это если еще не обращать внимания на тончайшие голубые ниточки, которые мне удалось разглядеть на полу коридора уже дальше, за решеткой. Правильно! Вдруг у кого-то хватит ума и сил выломать усиленные магией прутья, тогда этот индивид обязательно должен вляпаться в голубую паутинку расположенную далее. Параноики!
— Твоя дверь та, что ближе к лестнице, — прокомментировал наг, не обращая внимание на мрачное выражение моего лица. — В остальные помещения не суйся, конечно, если жить хочешь.
Я сглотнула, умирать не хотелось и очень. И ставить под сомнение слова Аспикуса тоже желания не возникало, поэтому послушно кивнула, скользнув в открытую передо мной дверь. Замерла, вслушиваясь в инструкции.
— Здесь находится основная лаборатория. Приберешь здесь все, как договаривались, помоешь посуду. На полках над столами заметки, где, сколько чего должно быть. Это минимум. Проверишь, пересчитаешь, запишешь в этот журнал. После чего подготовишь списки, каких ингредиентов и трав не хватает из выбранных мной. Список отдашь Бруну, он закажет. Все что не смогла определить — отметь сама, потом проверим вместе. Когда закончишь — свободна. И главное: все, что находится на угловом столе не трогать, не прикасаться даже под страхом смерти! В соседние комнаты кроме указанных — не соваться. Инвентарь здесь.
Мужчины ушли, а я облегчением перевела дыхание. Оглядев фронт работ, набросила сверху халат и, мурлыча себе под нос детскую песенку, принялась за уборку.
И все же, и все же, — размышляла я, разглядывая запретный стол, после того как рассортировала и почистила все что могла на остальных поверхностях. Конечно, можно было приступить к переписи населения, то есть запасов ингредиентов на полках, но вот черненькая книжечка в ящике запретного стола так и манила, так и притягивала. Нет, я не воровка, не клептоманка. И инструкции я тоже не нарушала… Мне ясно сказали — на столе ничего не трогать, вот я и не трогала. Я ж не виновата, что ручку долго найти не могла. И искать в ящиках тоже не запрещали. А там книжка с записями, интересная такая.
Выглянув в коридор и убедившись, что сию секунду на вверенную моим заботам территорию никто не войдет, я аккуратно потянула книжечку к себе.
«Травоведение, расовые особенности». Интересно, зачем ему это книжечка, откуда она? О гуарта! Где я про нее слышала?
Я перелистнула пожелтевшие страницы и с интересом начала вчитываться в описание свойств растения, разглядывая изображение причудливо изогнутых веточек с небольшими ланцетовидными листиками и белыми цветками. Далее следовало описание свойств: подавление воли, внушаемость… Формула нейтрализации в случае отравлений…
Книжка оказалась очень интересной, и я зачиталась. Вздрогнула от какого-то шороха. И испуганно сунула записи в карман. У меня же полно работы! Обязательно потом еще почитаю, тем более что передо мной на полках как раз множество неизвестных трав и реагентов, нуждающихся в изучении и регистрации в огромной книге учета.
Так продолжалось два дня. Утром, после совместного завтрака я наводила порядок в лаборатории, пересчитывала, записывала и фиксировала результаты, по возможности изучала загадочную книжку, оказавшуюся нашпигованной познавательными сведениями, не нашедшими свое отражение в обычных учебниках, которые принес для меня Брун из библиотеки Академии. Потом в лабораторию приходили мужчины, и какое-то время мне разрешали наблюдать и даже помогать в приготовлении эликсиров и каких-то притирок, но потом выгоняли и я, перекусив, шла в сад, где общалась с оборотнем и котиком. Парень занялся моим образованием и рассказывал не только о магии, но и о студентах и преподавателях академии, о быте горожан, о своих соплеменниках. Это было интересно, но дальше лаборатории и территории ограниченной забором особняка меня по-прежнему не пускали.
Щелчок замка заставил резко сесть в кровати. За окном еще не рассвело, и комнату освещал только дальний свет фонарей вдоль тропинок за оградой сада. Зажав ладонями рот, я испуганно наблюдала, как открывается дверь в мою комнату. Темный силуэт метнулся к небольшому столику, и маленький огонек разгорелся над ним, освещая лицо моего давнего знакомого. Темные волосы разметались по плечам, и в этом обрамлении его лицо выглядит еще более бледным, чем показалось вечером, темные тени вокруг глаз, острые скулы… Н-да, видок — то у него еще тот…
— Ты чего в темноте, глупая?
— Я не глупая. Просто мне никто не показал, как им пользоваться — огрызнулась я, кивнув на ночник, с работой которого я так и не успела разобраться, да и темнело довольно поздно. — Зачем вы пришли, лерд Аспикус? — поинтересовалась я, усаживаясь поудобнее.
— Вообще-то я бы предпочел на ты и Дариэль, Дар. Это ведь действительно мое имя.
— Хорошо, пусть будет — Дариэль. Так зачем? Не думаю, что ты прокрался ко мне ночью просто поболтать, от нечего делать.
— А что если и так? — Он посмотрел на меня своими желтыми глазюками, и мне стало неловко.
— Не верю. Ты явно устал, но спать не пошел. Значит что-то важное.
Наг хмыкнул. Я вгляделась в его лицо, что-то в нем изменилось, но что?
— Неважно выглядишь, — ужасно хотелось его уколоть, но в тоже время не могла не признать, что эта его ночная выходка меня заинтриговала.
— А ты наоборот, выглядишь совсем неплохо. Я осматривал девушек. Твоя подруга скоро придет в себя, я нашел ее среди остальных и рассказал кто она. Ей занимаются в первую очередь…
— Спасибо. Признайся, зачем тебе понадобился такой лаборант, как я? — задала, который день, мучавший меня вопрос.
— Ты не хочешь? Собираешься сидеть здесь, пока остальные девушки не придут в себя, а потом вместе с ними изучать этикет, танцы и искать покровителя?
— Нет, ни за что! — В ужасе схватилась за голову и дернула себя несколько раз за волосы, — но ведь если я смогу выиграть конкурс, то смогу пойти обучаться в академии?
Я, не дыша, смотрела на Дариэля, пытаясь прочесть по его глазам, насколько бредовой он видит мою затею. Наг скептически хмыкнул:
— Ну я же говорю — глупая! Как ты думаешь, быть правителем просто? Ведь недаром нынешний император правит страной уже более полутора сотен лет, умудряясь сохранять мир между всеми расами. Поверь, ты не выиграешь. Если Аллоневир Эйль Флезират решит наградить тобой одного из своих приверженцев или отдать лорду Аранскому, а это тот самый демон, который тебя сюда затащил, или еще кому-нибудь, желая задобрить один из влиятельных кланов, поверь, он сделает это и настолько изящно, что никто ничего не заподозрит.