Сможешь — молодец, нет — ничего путного из тебя, Вайолет, не выйдет.
Отчаянно тряхнув головой, девушка крепче сжала в ладони костяную рукоять ножа, рвано вздохнула, а потом выбросила руку вперед, особо и не стараясь попасть в мужчину.
Удар по кисти был резким и болезненным. До посыпавшихся из глаз искр. Разжавшиеся от боли пальцы Вайолет выронили нож, и в тот же миг на ее горле сомкнулась крепкая ладонь Айта.
— Плохо, Фиалка. Очень плохо, — низко пророкотал он у самого ее уха. — Считай, что ты уже мертва.
— Эй, ты, — рванул к ним звереющий Доммэ. — Отпусти ее.
— Спятил, сволочь, ей же больно, — заорал Кин.
— Все нормально, — Вайолет выбросила в сторону дрожащую руку, остановив попытку братьев напасть на Айта. — Мы ведь тренируемся.
— Да к Смераглу такие тренировки, — вспылил Доммэ, яростно ткнув пальцем в одарина. — Он тебя покалечит.
Айт лениво приподнял бровь, и девушка уловила в его взгляде насмешку, словно он только и ждал, что Вайолет начнет сейчас плакать и жаловаться.
— Он меня учит, Доммэ, — упрямо глядя в бесстрастное лицо одарина, заявила Вайолет. — Не надо вмешиваться. Он ведь не мешал вам с Кином.
Захват Айта ослаб, а на скулах его едва заметно задвигались желваки.
Отступив, Вайолет подняла с земли выпавший нож.
— Продолжим? — пристально посмотрела на Айта она.
Сбоку тихо хмыкнула Урсула. Свистнув играющему с ее оберегами ветерку, она поплелась к костру, утратив к происходящему интерес. Нехотя разошлись по сторонам и братья, оставив Вайолет наедине с Айтом.
— Бей, — неумолимо произнес он.
Рука после его удара до сих пор болела, и Вайолет нестерпимо хотелось потереть ноющее запястье ладошкой. Только позволить себе такой малости она не могла. Это все равно, что признаться одарину в том, что она немощная, слабая и ни на что не годится. Перехватив нож поудобнее, Вайолет ринулась в атаку снова.
На этот раз защитный удар Айта оказался еще болезненней. Такое чувство, что он намеренно бил безжалостно и сильно, пытаясь напугать, причинить боль. Нож опять отлетел в сторону, а Вайолет оказалась прижатой спиной к груди одарина в жестком и грубом захвате его рук.
— Плохо, Фиалка, — волосы на макушке девушки зашевелило теплое дыхание Айта. — Ты опять проиграла.
Раздраженно стряхнув с себя руки мужчины, она резко от него оттолкнулась, испытывая желание развернуться и врезать ему кулаком в нос. Но вместо этого лишь подняла злополучный нож и снова приняла стойку.
Сколько раз у ее уха звучало тихое и хриплое: "Ты проиграла, Фиалка", Вайолет перестала считать. Рука нестерпимо болела. Да какое там болела. Девушка ощущала ее, как один большой, невыносимо ноющий синяк. Казалось, что кость до локтя правой руки — сплошной очаг боли. Чтобы не заплакать, Вайолет посильнее закусывала нижнюю губу и бросалась на дрожащих от перенапряжения ногах на Айта, проигрывая ему раз за разом.
— Ты долго будешь воевать с воздухом? — отбросив ее от себя после очередного поражения, холодно поинтересовался мужчина.
— Не понимаю, — тяжело дыша, Вайолет замерла, втайне радуясь такой передышке.
— Ты пытаешься порезать кого угодно, но только не меня.
Вайолет подняла нож и отвела взгляд. По правде говоря, резать Айта она и не собиралась. Целилась то в район плеча, то запястья, не надеясь нанести какую-либо травму.
— Метить ножом надо всегда в жизненно важные органы, — нравоучительно продолжил Айт.
— Жизненно важные? — бездумно переспросила Вайолет, совсем не ожидая, что ее руку с ножом крепко сожмут ладони одарина и направят острый клинок прямо в широкую мужскую грудь под распахнутой курткой.
Айт высоко приподнял бровь, руки его внезапно резко надавили на руки Вайолет, и… зажатый в них нож вошел в тело одарина по самую рукоять.
Пожалуй, хуже себя Вайолет чувствовала только в ту ночь, когда Доммэ привел ее в Велесов круг.
Из горла ее вырвался крик ужаса, и девушка стала мелко трястись, стоило почувствовать на пальцах вязкую горячую кровь. Не веря, что все происходит в действительности, широко распахнутыми глазами она смотрела в лицо Айта. Мрачное и равнодушное, оно не отражало никаких чувств. Оттолкнув от себя Вайолет, мужчина выдернул из своего сердца нож, и к полному шоку девушки, рана на груди одарина мгновенно затянулась, осталась только дыра в одежде и бурое пятно крови на ней.