Вопросы, как и сомнения, пришли к нему позже.
Например, что случилось бы, если бы он не вмешался? Насколько можно доверять Кейре, если она не контролирует себя? Он собирается впутать ее в сложную политическую игру, где от умения держать свои эмоции в узде буквально зависит человеческая жизнь.
Брайен размашисто зашагал по дорожке, петляющей между цветущих яблонь. Память услужливо подбросила момент, где Кейра остановилась напротив незнакомца в ателье. Она раздула ноздри, как норовистый скакун, встретивший препятствие. А лицо… Из него словно на мгновение ушли все краски. Не лицо — белая восковая маска.
Кто же он, этот тип с белесыми бровями? Что он сделал Кейре? Едва ли обидел тем, что не пригласил на послеобеденный чай. Тут что — то гораздо более. личное и страшное.
Брайен носком сапога механически пнул камешек, лежащий на пути. В голове одни вопросы сменялись другими, как цели для метания ножей на ярмарках.
Лицо мужчины из ателье казалось смутно знакомым. Брайен почти не сомневался, что видел того во дворце. Если обладатель белесых бровей окажется прислужником кого — то из верхушки власти, это сильно осложнит дело. Брайен дал слово Кейре, но сделал это на эмоциях. Просто не смог больше видеть ее взгляда — абсолютного пустого, неосмысленного. На самом дне ее глаз горел огонь, который сжег немало знакомых Брайена на войне — жажда мести всегда испепеляла прежде всего ее обладателя и лишь затем его обидчиков.
Разум подсказывал, что не стоит лезть в это дело. В конце концов, он знает Кейру пару дней, и все, что их связывает — деловое сотрудничество. Да, в его интересах, чтобы она оставила попытки сбежать. Но, вдруг этого можно добиться как — то иначе, не подставляя голову в петлю?
Краем глаза Брайен заметил мелькнувшую с другой стороны дорожки знакомую фигурку и замедлил шаг, а затем и вовсе остановился. Кейра, одетая в домашнее платье (единственную вещь, которую ей успели пока сшить), разговаривала о чем — то с мисс Батлер. Последняя с каждым словом расцветала все больше и больше. Такой довольной улыбки Брайен не видел на лице экономки даже тогда, когда вручил ей премию на праздник Всех Благословенных. Кейра же выглядела непривычно беззаботно и. гармонично, словно впервые за долгое время чувствовала себя в своей тарелке. Кейра что — то спросила и, будто невзначай, прикоснулась к плечу мисс Батлер. В то же мгновение Брайен ощутил, как дар в его груди вспыхнул. С трудом удалось сдержать посыпавшиеся с пальцев искры.
Брайен торопливо нырнул в кусты, словив при этом мощное дежавю. Когда — то он уже так же прятался, правда было ему лет тринадцать, и его сила только-только проснулась. Тогда он испытал примерно тот же набор эмоций: страх, волнение, непонимание, растерянность.
Брайен прикоснулся ладонью к волосам, жалея, что не может сейчас взглянуть в зеркало. Впрочем, он и без того знал, что увидел бы в отражении. Странным образом его магия резонировала с магией Кейры. И, как оказалось, для этого им даже не обязательно находится рядом.
До Брайена донесся смех Кейры, напоминающий перелив колокольчика. Этот звук вдруг показался ему одним из самых приятных в мире и отозвался мурашками, пробежавшими по позвоночнику. Как зачарованный, он впился взглядом в лицо Кейры, будто пытаясь в нем что-то отыскать. Наваждение сошло так же резко, как и нахлынуло.
Брайен потрясенно потряс головой и посмотрел на Кейру уже осмысленно. Она все еще казалась ему привлекательной, но дурманящий разум туман уже рассеялся.
Кейра снова улыбнулась и с достоинством удалилась. Мисс Батлер с благоговением уставилась ей вслед, а Брайен вышел из кустов и неторопливо зашагал по дорожке к дому.
Чем бы ни оказалось это наваждение, ему, Брайену, следует разузнать об этом побольше. В конце концов, странностей становится слишком много. Его дар каким — то образом реагирует на Кейру. Будь Брайен человеком более пугливым и осторожным, держался бы от Кейры подальше. Но происходящее, наоборот, лишь разжигало его интерес.
Пожалуй, ему стоит наведаться в столичную библиотеку…
Перед глазами снова предстало лицо улыбающейся Кейры, и Брайен резко выдохнул. Совершенно не хотелось признаваться в том, что он бы многое отдал за возможность видеть улыбку на ее лице почаще. Г лупое и крайне несвоевременное желание.
Интересно, как сильно ее порадует смерть этого типа с белесыми бровями? Обычно женщины просят бриллиантов или золота, но голову врага. С этим Брайен столкнулся впервые.
И почему-то эта мысль больше на пугала его. Он определенно выяснит, как зовут незнакомца из ателье.
ГЛАВА 8
Из зеркала на меня смотрела красивая молодая женщина в роскошном платье насыщенного темно-фиолетового цвета. Фасон подчеркивал все преимущества фигуры и тактично скрывал недостатки. Пышная юбка немного сковывала движения, заставляя двигаться плавно и с достоинством. Открытые плечи и спина гармонично сочетались с длинными рукавами, прикрывающими запястья, и создавали ощущение легкой дерзости вкупе с беззащитностью. В черные волосы, забранные наверх в соответствии с местной модой, была вплетена веточка жасмина. Платье, пошитое из тончайшего шелка, струилось по коже, лаская ее. Не отрывая взгляда от зеркала, я дотронулась до низкого декольте. Открытая шея предполагала какое-то украшение, но мне не пришло в голову попросить об этом Брайена. Что ж, придется сверкать на балу без помощи бриллиантов.
В памяти всплыли моменты из семейных выходов в свет. Родители, братья, я. Отец всегда вел под руку маму, а меня — один из младших братьев. Чаще Итан, чем Нил. Последний старался всячески увиливать от подобных мероприятий, а вот я любила балы: музыка, аромат духов, смех подруг, шутки кавалеров. Мне нравилась эта суета — беззаботная, обволакивающая и частично дурманящая разум, как слабое воздействие эмпата. Пожалуй, стоит признать, что я скучала по этому чувству. И пусть сегодня я не собиралась вставать под свет софитов, мною овладело почти забытое предвкушение хорошего вечера, разбавленное изрядной долей волнения.
Раздавшийся короткий стук заставил обернуться. Дверь смежных покоев отворилась, и в спальню, куда я на днях переселилась, вошел Брайен. От его вида у меня ненадолго перехватило дыхание. Цвет его глаз оттенял темно-синий костюм. Пиджак облегал широкие плечи, а узкие брюки подчеркивали длинные ноги Брайена. Он с легким раздражением дотронулся до ворота белой рубашки, застегнутой под самое горло, и, встретившись со мной взглядом, ненадолго замер.
Прекрасно выглядите, Кейра.
Голос Брайена прозвучал чуть глуше, чем обычно. Если бы чуть раньше муж не заявил, что я его не интересую, подумала бы, что мне удалось произвести на него впечатление.
— Благодарю, — серьезно кивнула я. — Для нашей миссии очень важно выбрать правильный наряд. Кажется, есть поговорка о том, что встречают по одежке?
— Да, что-то такое было, — легко согласился Брайен и шагнул ко мне. — К слову, об этом.
Он протянул мне раскрытую ладонь, на которой покоилась бархатная коробочка. Уже догадываясь о ее содержимом, я медленно подняла крышку. Взору предстало изумительное бриллиантовое колье. Работа ювелира была настолько тонкой, что не только вызвала восхищение, но и ненадолго лишила дара речи.
— Я бы хотел сказать, что это семейная реликвия, которая досталась мне от бабушки, но, к сожалению, лгать союзникам не в моих принципах. Эту побрякушку я купил сегодня в самой модной лавке города.
Краем глаза я заметила, что все внимание Браена сосредоточено на мне. Он словно ждал реакции на свои слова. Очевидно, по какой — то причине ему был важен мой ответ.
— Это не побрякушка, — негромко проговорила я и осторожно прикоснулась к колье, чтобы провести пальцем по камням. — Слишком тонкая и дорогая работа для столь уничтожающего определения.
Я подняла глаза и встретилась взглядом с Брайеном. Синяя венка на его виске едва заметно дернулась. Кажется, он напряжен?