Роберт проспал почти до полудня, когда солнце стало здорово припекать. Ну и сон приснился, подумал он протирая глаза.
Попытки найти товарищей ни к чему не привели и, чтобы не сидеть сложа руки, он решил обойти пирамиду. Исполинское сооружение, нависшее над пропастью, подавляло могильной безмолвностью. Черная бархатистая поверхность поражала неестественной однородностью. Несомненно, входа в традиционном смысле здесь нет, подумал Роберт. Надо что-то придумать. В его малопривлекательном положении нечего терять, но все же… Он бросил камень, который бесшумно «поглотился» черной стеной. При желании, это можно было расценить как приглашение, но пройти сквозь стену не хватало решимости.
Вдруг Роберт почувствовал, как скала мелко затряслась и пирамида начала меняться. В абсолютной тишине циклопический массив стал медленно плавиться, словно мороженое в жару. Вначале верхушка пирамиды наклонилась, потом начала сползать, будто колпак с головы клоуна, потянув за собой всю остальную оседающую тушу. Зрелище завораживало нереальностью и мощью. Через несколько минут на месте пирамиды осталось знакомое ему фантастическое существо — киборг Таркус.
В этот момент, раздался резкий клекот — в его сторону летела стая крылатых существ. Они напоминали облезлых обезьян с большими кожистыми крыльями. Порывистые движения и неровный полет делал их похожими на огромных летучих мышей. Оглашая плато утеса противным клекотом, стая окружила киборга, зависнув над ним на почтительном расстоянии. Наконец, одно из существ спикировало на голову чудовища. Таркус мгновенно ожил, и началась страшная бойня.
Пришли в движение пушки «английского танка», открыв шквальный огонь с двух стволов. Киборг рванул вперед, искусно маневрируя, не прекращая плотного огня. Каждый выстрел разрывал в кровавые клочья орущих летающих тварей. Развороченные тела усеяли все пространство вокруг киборга, но он не прекращал стрелять. Со всех сторон надвигались новые полчища крылатых существ. Они беспрерывным водопадом низвергались на киборга. Вокруг стоял грохот выстрелов, дикий ор тысяч летающих бестий и трубный клич самого киборга.
С начала битвы Роберту удалось укрыться за приземистым корявым кустом. Он боялся высунуться из ненадежного укрытия. Ему казалось, что гадкие склизкие твари сразу набросятся на него и растерзают.
Внезапно плато озарила ослепительная вспышка, затмившее солнце. На месте сражения разбух ядерный гриб. Он налился изнутри разноцветным зловещим пламенем, вздымаясь ввысь. Взрывная волна и миллионная температура должны были превратить его сгусток плазмы, но он остался жив. Роберт неподвижно висел в каком-то прозрачном силовом коконе, вокруг которого кружились бешеные смерчи черной радиоактивной пыли.
— Ну что, умник, теперь сам все увидел? — раздался в мозгу скрипучий голос.
Роберт вздрогнул и завертел головой.
— Кто это? — спросил он, покрывшись холодным липким потом.
В ответ послышался брезгливый тихий смешок.
— Ты знаешь кто такая Энола Гей?
— Нет.
— Ах не знаешь Энолу Гей? — притворно удивился голос. — Может знаешь самолет «Энола Гей»?
— Нет, — Роберт старался оставаться спокойным и рассудительным.
— Бедненький, он ничего не знает, — издевательская интонация действовала на нервы. — Значит, рассчитал все по формулам и давай попробуем?!
— О чем ты?
— Выбрал их, как выбирают курицу из курятника на обед! Кого бы зарезать сегодня? — проскрипел невидимый старик. — Ты что, Господь Бог?! Этот пусть еще живет, а тому уже пора?! Ты все проанализировал, учел нюансы, дал рекомендации. А руки не дрожали, когда подписывал смертный приговор ста тысячам людей?!
— Замолчи! — закричал Роберт. — О чем ты говоришь? В чьей смерти винишь? Я никого не убивал! Я — ученый!
— К чертовой матери таких ученых! Яйцеголовые ублюдки в белых сорочках! — бесновался старик.
Роберт вдруг потерял равновесие, замахал руками и выпал из него. Потирая ушибленные колени, он встал и огляделся. Окружающее пространство до горизонта заполнили странные цилиндрические сооружения разной высоты. Самые маленькие не больше десяти сантиметров. Большинство — в два-три человеческих роста, метра два в диаметре. Но попадались и огромные, как крепостные башни. Они выстроились параллельными линиями образовав «улицы». Некоторые закачивались тупиками в виде стен, похожих на надгробные плиты. Безмолвие «цилиндрического города» и впрямь напоминало мрачную тишину кладбища.