Внезапно я почувствовала руку Люцифера, гладящую мою грудь сквозь комбинезон и даже смогла немного расслабиться. Неужели он задумал сделать это здесь, на высоте?
Его рука опустилась ниже, плавно проползла по животу, коснулась паха и словно бы нажала там невидимую кнопку, отключающую мой страх. Вмиг я почувствовала себя в безопасности на высоте в несколько километров. Чувствовала, что Заров не позволит, чтобы со мной что-либо произошло.
Его рука начала массировать мою грудь, и это лишь добавляло уверенности. В ушах свистел воздух, картина перед глазами казалась такой красивой и манящей. Я была в состоянии первозданной эйфории.
Здесь, на огромной высоте, падая вниз, мне казалось, что кровь закипает в венах. Голова приятно кружилась. Я даже улыбалась, когда рука Зарова то сжимала мою грудь, то отпускала, то ласкала её нежными касаниями. Хоть между моей кожей и его находился комбинезон, но я все равно чувствовала все так, будто на нас не было ничего и мы умели летать. Заров обнял меня обоими руками, прижал к себе. Он точно не позволит случится ничему плохому. Он может все!
Что-то запищало. Рука люцифера дернула за кольцо. Над головой послышался хлопок и подняв взгляд я увидела желтую ткань парашюта. Слава Богу!
Мир заколыхался. Люцифер прижал меня к себе, словно боялся, что крепления, которые по словам Петера выдержат десятерых таких, как я, сломаются. Он обхватил меня еще и ногами. Что он делает, а главное — зачем?
Лес, город за ним плавно поднимались. Облака становились дальше, а земля все ближе. Люцифер все так же крепко держал меня. Неподалеку я заметила зависший над деревьями бело-синий вертолет.
Заров выпрямил ноги, я вспомнила то, что о приземлении рассказывал Петер и спустя миг мои ноги коснулись земли. Ступня налетела на какую-то кочку, я зацепилась, почти упала, но Люцифер вовремя ухватил меня за запястье. А когда я повернулась, поняла, что мы уже не связаны.
Один из ремней был отсоединен и свисал с моего комбинезона. В тот же миг вертолет развернулся и умчался в другую сторону. Я же смотрела на Люцифера Зарова, понимая, что что-то произошло, что-то плохое, но не понимая что.
Люцифер снял свой шлем, бросил его на землю, посмотрел в сторону улетающего вертолета.
— Тебя пытались убить, — сказал он.
— Угнал вертолет, сволочь, — кряхтел Петер, забрав нас на джипе.
Пилот был озлоблен. Парочку раз ударил рукой по руле, да и гримаса у него была такая, что казалось, он вот-вот потеряет над собой контроль.
Люцифер же сидел спокойно и чертил что-то в небольшом блокноте. Я сидела вжавшись в кресло и смотрела то на одного, то на другого. Меня пытались убить! Кому и зачем это нужно? У меня нет врагов. Я не политик и не владелица крупного бизнеса, не преступница! Зачем и кому это нужно? Черт!
— Он оставит вертолет где-то, — сказал он. — По воздуху убегать не будет. Собьют как только окажется вдали от города. Скорее всего, посадит его где-то, пересядет в машину и как можно быстрее покинет город и страну. Перейдет пешком польскую границу, наверняка поедет в Россию или Беларусь. Искать его там будут мало. Заляжет на дно.
— Да кто он вообще такой? — буркнул Петер.
— Наемник. Сейчас он больше боится своего нанимателя. От властей убегать привык.
— Ты всегда это знал? — удивился пилот.
— У него шрам за ухом. След от пластической операции. И крашенные волосы. Но он с тем же успехом мог быть свидетелем преступления, иностранным перебежчиком или агентом властей под прикрытием. А это уже не мое дело.
— У меня, можно подумать, есть что шпионить!
— Он мог использовать твои самолеты для контрабанды наркотиков, тем самым втираясь в доверие к наркоторговцам, например, — ответил Люцифер.
— Он мог быть и долбанным террористом и скинул бы бомбу в центр города с моего самолета!
— Я хотел связаться со знакомыми среди властей и рассказать им о нем так, чтоб никто не пострадал.
Солнце понемногу клонилось к западу, небо понемногу приобретало темно-синий цвет. Хоть все еще было светло, но блеск полицейских мигалок виднелся издали. Когда мы подъехали к аэродрому, я насчитала семь полицейских машин. И "Бугатти" доставшийся Михаилу от Зарова.