Устрашающее.
Не только сам Заров.
Весь этот комфортабельный самолет с обитыми белой кожей сиденьями, личная стюардесса с фигурой модели, лицом Снежной Королевы и движениями робота, здоровенная щтуковина, стоящая в конце прохода.
Она пугала больше всего. Похожая на саркофаг древнеегипетского фараона, громадина будто бы пришла откуда-то из другого мира.
Самолет начал разгон. Показалось, что внутри той штуковины что-то зловеще бряцает. Летать мне было далеко не впервые, но сейчас разыгралась самая настоящая аэрофобия. Казалось, что не хватает воздуха. В глазах двоилось. Я в полной мере ощущала эту пустоту, от которой меня отделяет лишь тоненькая обшивка летательного аппарата.
— Успокойся! — его голос, хоть и был строгим, звучал успокаивающе. Даже магически. Я мгновенно пришла в себя, будто очнулась ото сна. Посмотрела в его зелёные глаза.
Он сидел передо мной и смотрел в меня. Не на меня, а именно внутрь. В душу. Словно разглядывал там что-то.
Костюм на нем был не тот, в котором видела его ночью. Темно-синий, почти черный. Черную, как смола, рубашку венчал почти незаметный на её фоне галстук. Одежда сидела на нем идеально. Даже слишком идеально, что навевало чувство какой-то нереальности Люцифера Зарова.
— Вот. Подпиши, — сказал он, толкая по столику между нами листок бумаги. — Твой контракт.
Я с трудом перевела взгляд с Люцифера на документ. Пробежала его глазами.
— Обязуюсь не оспаривать требования Люцифера Зарова касаемо одежды. Обязуюсь выполнять указания Люцифера Зарова, даже если на первый взгляд они кажутся мне небезопасными. Признаю, что Люцифер Заров…
Я читала вслух, а по спине ползли мурашки. Подняла на него взгляд.
Лицо иллюзиониста было будто сделано из камня. Он просто сидел и смотрел, подперев рукой гладко выбритый подбородок. Ни моргания, ни мимики.
— Что значит "покажутся небезопасными"? — спросила я.
— Трюки бывают разными. Некоторые из них связаны, скажем так, с иллюзией опасности. В этом вся суть. Зритель должен верить. Должен сопереживать, — говорил он совершенно безэмоционально. — Что-то покажется тебе опасным. Чего-то ты испугаешься. Но я полностью отвечаю за твою жизнь и твое здоровье. Посмотри в десятом пункте.
"Люцифер Заров несет полную ответственность за жизнь и здоровье Анжелы Байковой, обязуется восполнить все затраты на её содержание, проживание, медицинское обслуживание…"
— Подпиши, — он положил на стол ручку. Дорогую ручку, украшенную драгоценными камнями. Наверняка она стоила как средний автомобиль.
— А если не захочу? — я посмотрела в его кажущиеся стеклянными глаза.
— Тогда после приземления в Праге Саша посадит тебя на обратный самолет.
Я смотрела то на документ, то на Зарова. На контракте значилось имя Люцифер, значит, оно настоящее. Кому придет в голову назвать так своего ребенка? Какой человек захочет носить подобное имя?
Впрочем, если ради спасения своего брата мне нужно продать душу дьяволу, то оно того стоит.
Я взяла ручку, поставила росчерк, вернула документ.
Заров усмехнулся.
— Там за дверью есть одежда. Переоденешься в неё, — сказал он, указывая за спину. — А пока что подойди сюда.
Иллюзионист резко поднялся, подошел к тому. что я назвала саркофагом, одним движением сдернул покрывающее его полотно. Это и в самом деле был саркофаг. На блестящей, серебристой крышке была выгравирована женщина, закрывающая руками промежность и смотрящая вниз.
Люцифер открыл саркофаг. Внутри эта штука оказалась пустой, если не считать игл, торчащих из крышки. Если закрыть её, они насквозь проткнут того, кто внутри.
— Иди сюда. Мне нужно точно знать, сможешь ли ты поместиться внутри. Если нет, придется срочно её дорабатывать.
Он повертел в руках только что подписанный мной контракт.
Я вздохнула, поднялась. Наверняка он не собирается меня убивать. Иглы точно бутафорские.
— Сейчас моя прелестная помощница проверит эти иглы. Ведь нам важно, чтобы все было по-настоящему, — сказал он, сделал шаг в сторону и сделал пригласительный жест.
Под моей кожей будто бы что-то царапалось. Я чувствовала свое сердце, с каждой секундой набирающее обороты. Ощущала, как во рту образуется настоящая пустыня. Но все же шагнула к саркофагу. Контракт с дьяволом подписан. Отступать поздно.
Потянулась рукой к самой длинной игле, прикоснулась и не почувствовала боли. На мгновенье подумала, что они действительно сделаны из резины или чего-то подобного. Лишь подняв палец, заметила тонкую струйку крови, стекающую к моей ладони.
Люцифер взял меня за запястье, поднял руку.