На ней было платье из розового атласа, вышитое зелеными листиками, которое делало милой и юной эту умелую интриганку, которой несколько лет удавалось выигрывать битву за сердце короля.
— Скажите мне, что эта девушка никогда не явится в Версаль! — глаза Мари-Анны смотрели на него с надеждой.
— Если вы поможете мне, не явится, — сказал он, целуя ее руку.
Мари-Анна взяла его за локоть и затащила в маленькую комнатку.
— Расскажите, расскажите же скорее! Вам удалось убить ее? Или вы выдали ее замуж за торговца скотом, или отправили в Америку на корабле для преступниц?
— Все гораздо проще, — засмеялся Рауль, — я чуть не убил Лаваля и сам женился на ней.
— Что?
Мадам де Ла Турнель даже отпрянула, будто он сказал нечто ужасное. Щеки ее вспыхнули, сделав ее еще более милой.
— Я женился на Аделаиде де Ле Дор, мадам. И теперь жду вашей поддерки. Вы должны внушить Его Величеству, что я воспылал страстью к этой женщине и совершил ужасную глупость.
Мари-Анна села в кресло, закусив губу и стала водить пальчиком по рисунку своего кружева. Она всегда делала так, когда была озадачена, вспомнил Рауль.
— Вы и правда сделали ужасную глупость, Рауль, — сказала она наконец, поднимая красивые глаза и смотря на него долгим взглядом, — и я даже не знаю, как уберечь вас от участи Лаваля. Ведь Луи прикажет вам привезти эту женщину сюда.
— Я откажусь, — сказал он.
— И остатки лет проведете в Бастилии.
— Ваша задача сделать так, чтобы не провел, — парировал Рауль, — моя жена ждет ребенка, поэтому в настоящее время она в некоторой безопасности.
— Ребенка? — нахмурилась Мари-Анна, — да вы быстры... — губы ее дрогнули в усмешке, — но это меняет дело. Я расскажу его величеству историю настоящей любви, а вы приходите умолять его о прощении. Только... только не сегодня. Мне нужно подготовить его, рассказать о дуэли и о том, как вы защищали честь Аделаиды де Ле Дор. Я... — она вздохнула, — я как всегда всех спасаю.
Рауль поклонился, понимая, что аудиенция окончена. Он не стал разубеждать Мари-Анну в том, что она снова делает благое дело. Мари-Анна любила "всех спасать" и требовала благодарности, хотя Рауль в данный момент спасал ее саму.
— Я очень благодарен вам, мадам, — сказал он, — вы и правда окажете мне большую помощь.
Мари-Анна задумчиво смотрела на него.
— А вы и правда влюбились? — наконец спросила она.
Рауль улыбнулся. Так, как умел улыбаться только он один. Даже Мари-Анна таяла от этой улыбки.
— Да, влюбился.
Мадам де Ла Турнель поднялась.
— Не верю я вам, — сказала она, — наверняка тут есть подвох. Но пока я готова на ваши условия. Только постарайтесь, чтобы ваша супруга постоянно была беременна ближайшие лет пять.
Они рассмеялись, а потом мадам выпорхнула из комнатки, оставив Рауля одного.
Он сел на то место, где еще недавно сидела фаворитка. Закусил губу, пытаясь собраться с мыслями. Первый раунд он провел совсем неплохо. Мари-Анна не была довольна им, но приняла новые правила игры. В конце концов, Аделаида не сможет в ближайшее время помешать Мари-Анне царить в Версале. Беременность, роды и время на восстановление — это почти год. А за год король увлечется кем-то другим. Осталось только сохранить голову и свободу. И тогда Рауль сможет считать себя победителем.
Глава 10, где Аделаида ссорит влюбленных
Анна де Гравье была невероятно хороша. Несколько лет назад она, будучи совсем юной дочерью разорившегося стряпчего, вышла замуж за старого виконта де Гравье. С тех пор виконт успел отдать Богу душу, а юная виконтесса — приобрести дом в Версале и стать завсегдатаем балов и приемов. Ее приглашали с большим удовольствием, потому что Анна умела развлечь короля и королеву, блистала красотой и отличалась тонким вкусом. Говорили, что король не упустил возможности затащить ее в свою постель, но эти отношения быстро исчерпали себя. Анна сумела добиться дружбы Мари-Анны де ла Турнель, и фаворитка всегда к ней благоволила.
Рауль тоже восхищался Анной де Гравье. Долгое время он ходил вокруг нее кругами, пока в один прекрасный день не оказался в ее постели в доме на окраине Версаля. Оказался, да так и остался там, изображая нечто подобное семейной жизни с этой немного взбаломошенной, но красивой и утонченной женщиной.
— Я не верю, что вы можете так поступить со мной, — Анна была встреовженна и казалась расстроенной.
Рауль встретил ее, когда уже покидал Версаль, вполне довольный разговором с мадам де ла Турнель. Видимо Анна выслеживала его, чтобы выяснить отношения, к чему он был склонен меньше всего.
Он и сейчас смотрел на нее с восхищением. Темные волосы ее были убраны в сложную прическу и заколоты золотым гребнем. Изящное ожерелье, которое он сам подарил ей несколько лет назад, подчеркивало красоту ее длинной шеи. Будто созданная на радость мужчинам, Анна де Гравье казалась совершенством.