Раскрасневшиеся щеки Анны и ее блестящие глаза говорили о том, что она верит ему. Рауль сел рядом, прижав ее к себе. Анна молчала, видимо что-то обдумывая. Потом встала, сняв его руку со своих плеч.
— До встречи, Рауль, — сказала она, направляясь к двери.
Рауль хотел что-то сказать, но замер, увидев на мешке, где она только что сидела, большой ключ.
Анна захлопнула дверь с громким скрежетом. Потом лицо ее показалось в окошечке.
Взгляды их встретились через прутья решетки.
— Оставьте вашу жену ее судьбе, — сказала она тихо, — пусть маркиз делает с ней все, что угодно. Жду вас у себя, как только доберетесь до Парижа.
И она ушла.
Рауль схватил ключ, поздравляя себя с победой. Анну он победил. Осталось только спасти Аделаиду от нее самой.
Ночь застала Рауля в темном коридоре. Он усмехнулся, оценив меру беспечости маркиза де Лаваль, который не удосужился даже приставить к нему охрану. Воспользовавшись ключом, оставленным виконтессой, он открыл дверь и выскользнул в темноту.
Слуги уже легли, и в доме была полная тишина. Где-то во дворе залаяла собака, он вздрогнул и прижался к стене.
Дверь в комнату Аделаиды не была заперта. Он тихо вошел, ступая так, чтобы не было слышно, и остановился у ее кровати.
Его белокурый ангел спал, свернувшись калачиком. Белоснежные волосы рассыпались по подушке, и ему безумно захотелось ее поцеловать. Но позволить себе этого он не мог. Быстро найдя платье Аделаиды, какие-то нужные вещи, он свернул их в узел, на столике обнаружил несколько монет и золотую цепочку. Видимо, маркиз перешел к подкупу и стал одаривать его жену драгоценностями, боясь подарить сразу что-то дорогое или не имея на это средств. Рауль усмехнулся. Скорее второе. Принимая Аделаиду в королевском замке и выдавая его за свой, Ален явно пытался пустить пыль в глаза. Рауль забрал золото, собрал монеты. Учитывая, что его кошелек пропал вместе с оружеим, деньги ему явно пригодятся в пути.
Он снова подошел к кровати. Опасаясь, что пробудившись, Аделаида тут же закричит, как закричала вчера, он вздохнул и свернув небольшую тряпицу, ловко сунул ей в рот кляп. Аделаида подскочила, вытаращив глаза, замотала головой, но он не долго думая завернул ее в одеяло, перекинул через плечо и бегом покинул комнату. Пробежав по лестнице с сопротивляющейся жертвой на плече, Рауль открыл засов, и выскочил в сад, откуда пробежал в перелесок, где вчера оставил коня. Аделаида сопротивлялась, будто ей грозила смертельная опасность. Он перекинул ее через седло, вскочил на коня сам, и дал шпоры. Оставляя позади себя неудачливого жениха, ревнивую женщину и подвал с зерном Рауль был очень доволен собой.
Глава 17, где Аделаида обретает счастье
Что нужно для счастья? Для счастья нужно совсем не много! Бурное выяснение отношений с последующим примирением в постели, желание быть вместе и страсть, которая кружит голову. Осознание того, что любовь порадила новую жизнь добавляет счастью только большей остроты, и положив руку на живот можно шептать нежные слова тому, кто стал причиной этого счастья.
Так думала Аделаида, сидя на балконе ясным мартовским утром и наслаждаясь первым теплом. Живот ее был уже хорошо заметен, и она чувствовала себя счастливой, когда думала о своем ребенке. Конечно же это будет сын, ведь ее мужу нужен наследник. Конечно же, сын будет похож на нее, потому что она хочет в своем ребенке видеть продолжение себя.
Дни проходили за днями, Рауль был всегда рядом, и был, казалось, так же счастлив, как и она сама. Целыми днями они гуляли, смеялись, выезжали в ближайший городок в коляске с рессорами, а ночами любили друг друга, и с каждым разом, казалось, любовь их становилась все более нежной.
— Как только ты оправишься от родов, мы переплывем океан и я покажу тебе места, где вырос, — сказал он как-то.
Аделаида никогда не видела моря. В тех местах, где она росла, были река и озера, но моря не было, и ей оно казалось чем-то невероятным. Перспектива плыть на корабле и оказаться на тропическом острове приводила в восторг.
— Боже мой, это же прекрасно, Рауль! — воскликнула она, — я и правда хочу увидеть мир, и те места, где ты вырос!
Он рассмеялся, как ей показалось, с облегчением.
— Я вырос среди пальм, черепах и негров, — сказал он, — а потом, когда стал старше, жил на корабле, не сходя на берег.
— Мне безумно нравится думать, что ты — настоящий пират, — она рассмеяалась.
— Не пират, наоборот, — он провел рукой по ее щеке, — мы ловили пиратов и вешали их на реях.
Иногда Рауль закрывался в кабинете и писал длинные письма, ответов на которые Аделаида никогда не видела. Живот ее был уже хорошо заметен, когда наконец-то письмо пришло.