Аделаида сдержала дрожь и неприличные слова, которые готовы были сорваться с ее губ. Она начинала злиться, и изо всех сил старалась быть вежливой.
— Доктор запретил мне выезжать и волноваться, — повторила она, — сегодня он был тут, потому что была угроза потерять ребенка. Сир, я должна немного отдохнуть.
Король ласково провел по ее щеке пальцем. Аделаида дернулась, будто палец обжег ее кожу.
— Я даю вам три дня, мадам, — Луи улыбался. Он был уверен, что Аделаида не возражает против переезда в лучшие апартаменты Версаля. Разве кто-то мог возражать ему? — через три дня жду вас в парке, я сам покажу вам лучшие его места, цветники и флигель, который вы могли бы занять. Но если вам там не понравится, мы подберем вам другое место.
Аделаида попыталась высвободить руку, но Луи сжал ее еще крепче.
— Сир, я постараюсь, но не уверена, что доктор разрешит мне такие прогулки, — сказала она, — я должна быть предельно осторожна.
— Я предоставлю вам своих врачей, как только вы переселитесь во флигель. И, поверьте мне, милая Аделаида, я не позволю себе ничего лишнего, пока вы не окрепнете после родов.
Сердце ее билось так, что было трудно дышать. Аделаида пыталась найти выход из ситуации, в которой оказалась, и не понимала, где искать поддержки. Рауль предал ее? Если не он, то кто поможет ей? Что ей делать? Не проще ли сдаться на милость короля, если Раулю она не нужна? Слезы подступали к глазам, но она не могла позволить себе плакать перед Луи.
— Как только мой доктор позволит мне выезжать, я пришлю вам весточку, сир, — Аделаида еще раз тщетно попыталась вырвать руку.
— Договорились.
Луи улыбнулся и смотрел на нее теплым взглядом, от которого по коже побежали мурашки. Только сейчас Аделаида поняла, насколько он привлекателен. Очень красивый мужчина, манеры которого копирует вся Франция, слово которого ловит вся Европа, сидит у нее на постели и уговаривает ее разделить с ним величие. От этой мысли она задохнулась, впервые ощутив, что согласись она, и весь мир ляжет к ее ногам! Но... но она носит ребенка совсем другого человека! Она замужем и любит своего мужа! Даже если он не любит ее, если он бросил ее, не защитил, она все равно будет ему верна! Как же иначе?
— Ваше Величество, — Аделаида выпрямилась, насколько это было возможно под одеялом, и подняла подбородок, — сир, я... — голос ее дрогнул, но она не сдавалась, — я не приду в Версаль. Я замужем, я верна своему мужу, и я никогда не стану ему изменять. Сир, поймите меня правильно. Я не из тех женщин, кто может променять любовь на... на...
Луи смотрел на нее, и глаза его хитро сверкали.
— Верность? — он улыбнулся, — Аделаида, это очень похвально, когда верны оба. Но ваш муж не верен вам. Даже сейчас, когда я сижу тут, на вашей постели, он развлекается с любовницей.
Аделаида вырвала руку и спустила ноги с кровати. Наконец-то она разозлилась, и теперь не была готова идти на уступки.
— Рауль не может так поступить со мной, — сказала она уверенно, — сир, прошу вас, покиньте мою комнату. Мужчине неприлично находиться в спальне замужней женщины. Тем более, я жду ребенка!
Король поднял брови.
— Милая моя, вы даже не представляете, кто ваш муж на самом деле, — сказал он, — я знаю его много лет и у меня для вас неприятные новости. Он не способен к верности. Поверьте мне, Рауль де Санлери не самый лучший выбор.
Аделаида поднялась. Наверно это было смешно, она стояла перед ним босая и в одной сорочке, но Луи окинул ее восхищенным взглядом несмотря на явно выпирающий живот.
— Я вышла замуж за Рауля де Санлери и не желаю знать о нем ничего плохого, — сказала она, — сир, пожалуйста, покиньте мою комнату.
Луи тоже поднялся.
— Жду вас через три дня в Версале, — сказал он, — это приказ. Не придете добровольно, я пришлю за вами гвардию.
Аделаида хотела возразить, но тут его руки обвились вокруг ее тела, и Аделаида оказалась в плену. Она не могла пошевелиться, губы Луи нашли ее губы, а рука крепко сжала затылок. Язык его проник в ее рот, Аделаида от ужаса и отвращения пыталась вырваться, но Луи был намного больше и сильнее нее. И тогда, на миг освободившись, между двумя поцеулями, она набрала в легкие воздуха и громко закричала.
...
— Не смейте! — Мари-Анна вцепилась в рукав Рауля, который дернулся при звуке крика Аделаиды, — он ничего не сделает. Тише!