"Опять этот Художник, будь он неладен! Да что, в самом деле, он преследует меня, что ли?" — слегка испугался Цервемза и снова прильнул к окну.
Несколько человек были ему неизвестны. Крепкий расторопный старик, очевидно, хозяин заведения, возился у плиты, помогая маленькой вёрткой толстушке.
"Ну, просто идиллия!"
Тихий молодой мужчина, скорее всего — сын старика, сидел с какой-то работой у камина, тепло поглядывая на троих возившихся с громадным котярой детей.
"Кто любит зверей — любит и детей. Терпеть не могу ни тех, ни других!"
Какая-то совсем юная особа, не примечательная ничем, кроме ярко-алого платья, помогала накрывать на стол…
"Ладно, с этими я ещё успею разобраться!"
В зал, на ходу поправляя дымчатые волосы, вошла ещё одна женщина. От удивления Цервемза чуть не выдал себя — прямо перед ним стояла Сиэл. Не её бездушная копия, оставшаяся в Мэниге, а настоящая, живая и здоровая, ставшая с возрастом лишь несколько более задумчивой. Годы не убавили её красоты, а главное, не погасили света в глазах бывшей возлюбленной молодого господина.
"Интересно, как она смогла вернуть отобранное? Об этом нужно срочно сообщить Его Величеству! А, собственно, зачем? У каждого своя жизнь. Ещё, чего доброго, Арнит попытается за ней ухлёстывать — беды не оберёшься. Вот если бы она родила Наследника…"
А дальше… шли сплошь знакомые лица. В углу проклятущий Художник занимался своей мазнёй.
"Рисуй, рисуй… Моя бы воля — на костре из твоих же картинок и спалил бы!"
Ему через плечо заглядывал предатель-Хаймер.
"Ну, с тобой, голубчик, мы отдельно поговорим… Непосредственно перед казнью".
Между столами, что-то возбуждённо говоря, сновал Волшебник, чья неуклюжесть казалась забавной даже Цервемзе. По пятам за ним следовала Римэ, пытавшаяся ликвидировать последствия разрушительной деятельности своего мужчины.
"Он же не ценит тебя! И не стоит твоего внимания!" — неслышно прокричал Наместник черноволосой ведьме…
Он уже собирался отойти от окна, как вдруг старший из игравших с котом мальчиков поднялся с кошмы, на которой сидел, и обернулся.
"Этого не может быть! Просто не может…" — лихорадочно повторял Наместник: перед ним стоял Арнит… Не нынешний — взрослый, а такой, каким воспитатель его запомнил… Точнее, копия, полная настолько, что становилось жутко.
"Давно пора было привыкнуть ко всем этим двойникам… Но этого не может быть…"
Он медленно перевёл глаза на Сиэл. Потом снова на мальчика. И понял всё.
"Значит… Наследник всё-таки есть… Если, конечно, бастарда можно признать продолжателем рода. Ну, и что это даёт? Рассказать Императору или подождать… Или всё-таки рассказать? Ревидан он в лучшем случае прогонит. Положим, это не великая беда… А если и я попаду под тот же нож? А что… Кто пытался отобрать у Его Величества власть — я. Кто не доставил ему дюковский оберег — снова я. Так что я ему не нужен. Может быть… их попросту убить, да и дело с концом? Обоих — и эту… и выродка её. А если Арнит об этом узнает… Может, похитить и спрятать? А вдруг они окажутся полезными… Вот что: мне необходимо поторопиться с женитьбой. Если Римэ родит мне ребёнка, то он не будет ублюдком. Тогда можно будет с чистой совестью избавиться и от Сиэл, и от её опасного потомства. Да и ото всей семейки в целом… А там, глядишь, и Престол занять удастся".
В результате в голове Цервемзы взбесившимся дятлом застучала одна-единственная мысль: "Надо действовать!" Для чего? Как? Не важно — действовать! Не отдавая себе отчёта в том, что делает, он начал нервно постукивать костяшками пальцев по своему оберегу, вызывая Квадру за Квадрой. В себя он пришёл только тогда, когда все двадцать Четвёрок стояли в ожидании распоряжений.
VII
— Чувствуете? — не произнося ни слова, спросила Фельор, юная, едва ли не младше Илсы, дюкса. — Там кто-то есть. Похоже, наши…
Клан старика Пкара, исстари живший в Цагрине, находившейся ближе всех к Тёмным Коридорам, оберегал оба мира от нежелательных вторжений всяческих чудовищ из Дальнего Мира да выручал из беды несчастных, которых угораздило заблудиться.