Увидев Илсу, кошка осторожно высвободилась из объятий младенца и направилась к одному из уходивших вдаль тайных коридоров. Уже на пороге благородное животное слегка поклонилось ей на прощание. Или это только показалось?
Дюкса присела и погладила маленького дюка по щеке. Он проснулся и, как будто всё поняв, потянулся к Илсе…
…Когда она вошла в город, уже смеркалось. На улицах не было ни души, кроме Окта, который стремительно шёл ей навстречу.
— Я нашла его… — одним взглядом сказала Илса.
— Знаю. — Окт откладывал момент знакомства с сыном, как будто боялся обознаться. — Неужели у нас есть продолжение? — наконец-то недоверчиво спросил он, принимая на руки малыша, который тут же принялся удивлённо разглядывать отца.
— Твой сын похож на Никуцу…
— Твой — повторит Превя, — оттаивающим голосом произнёс глава клана вслух.
IV
Если рождение дюка — просто счастье, то обретение потерянного младенца — настоящий повод к большим торжествам. Радостная весть о возвращении Фельор и Илсы молниеносно разнеслась по всем трём кланам. Поскольку с незапамятных времён не случалось, чтобы Дары обретали сразу двое детей, жители Речного города, где должна была произойти церемония, расстарались. Две недели кряду они трудились не покладая рук. Наконец, когда почти всё уже было готово, неожиданно для всех ушла Илса. Пришлось откладывать праздник.
Вообще-то её срок истекал больше чем через месяц, но дети дюков сами знают час, когда им лучше прийти.
Воздух уже пахнул весной. Дорога к Светящимся Водам на этот раз пробегала совсем в другом месте. Усталость ли тому была причиной, или просто Илсе так хотелось, но шла она медленно. Дыша полной грудью и любуясь просыпающимся после зимнего оцепенения лесом, через который лежал её путь.
Впервые после переселения в Немыслимые Пределы молодая дюкса осталась наедине со своими мыслями. Фельор рассказывала, что когда она вернулась в город, у самых ворот её встретил Тека, который просто не мог дождаться возвращения жены и маленького сына. Вспомнив об этом, Илса с новой силой ощутила потерю Превя. Весь род будет рад её возвращению, только он не встретит её… Она так ясно представила себе глаза мужа, каждую чёрточку, повадку, руки… что даже зажмурилась, прогоняя наваждение — не имела она права себя жалеть!
Окончательно взяв себя в руки и открыв глаза, Илса увидела сквозь просвечивающий подлесок знакомые очертания грота. Она поняла, что пришла на место, и понеслась ко входу, на бегу освобождаясь от тяжёлых воспоминаний. Через порог она перешагнула, оставив в памяти лишь свет их с Превем любви. В этом ли мире или в Дальнем — он хранит её.