— Кажется, они называются лежбики… В детстве мне о них рассказывала кормилица. Она была родом из этих мест и похожа на нашу хозяйку. Или это уже сейчас кажется, — вздохнув, Арнит добавил. — А я-то думал, что они только в сказках встречаются и охраняют входы в тайные и опасные миры… — так же тихо произнёс Император. Восхищённо помолчал и добавил. — Знаешь, что я сделаю, когда вернусь в Мэнигу? Первым делом уничтожу тот чудовищный гобелен, в аудиенц-зале… — заметив, что друг не понял, о чём речь, он пояснил. — Ну, помнишь, такая огромная панель, на которой изображена охота на них? Во всех подробностях.
Отэп не успел ничего ответить, поскольку в этот момент из моря вынырнули ещё несколько кошек. Взмыв над водой, они направились к берегу. Когда лежбики мягко приземлились, от их компании отделился здоровенный седоусый котяра с крупной рыбой в зубах. Судя по всему, это был вожак стаи. Увидев пришельцев, кот сощурил золотые глаза. Положил рыбину. Тщательно отряхнулся. Распушил богатый мех. В царственном приветствии распахнул могучие крылья. Поднял роскошный хвост. Неспешной царственной поступью подошёл к гостям. Обнюхал их. Осмотрел. Подумал. Повернулся и направился назад, как будто приглашая их следовать за собой.
Друзья переглянулись и пошли, куда указывал старый лежбик. Не без опаски стояли они, пока златоглазый клан знакомился с ними. Потом стая вернулась к своим делам, то ли потеряв интерес к гостям, то ли из деликатности. А вожак принялся с завидным аппетитом уплетать рыбину.
— Тийнерету такой бы на неделю хватило! — потрясённо шепнул Отэп.
Арнит живо представил себе, как выглядел бы амграманский кот на месте своего синего сородича. Тийнерет был очень крупным, но не выдерживал никакого сравнения со своим приморским собратом.
Когда вожак насытился, он предоставил доедать оставшиеся куски целой толпе синих котят с радостным верещанием подлетевших к нему, а сам уселся чуть поодаль, любуясь пирующими внуками. Потом он тщательно намыл усы, достигавшие едва ли не лопаток. Наконец, вопросительно воззрился на своих гостей, как будто только что вспомнил об их существовании.
— Можно ли нам осмотреть вашу пещеру? — слегка робея, спросил Император с лёгким поклоном.
Кот муркнул нечто невразумительно-одобрительное. Путники снова поклонились и направились к гроту. Он оказался достаточно просторным, слегка изогнутым, но никуда не вёл, упираясь в глухую крепкую стену, с едва заметной трещиной по краю. Судя по всему, пещера служила укрытием от непогоды. Пол зарос мягкой ласковой травой. Стены были причудливо украшены странными наростами. Хозяева тактично покинули помещение, чтобы не смущать пришельцев и дать им время освоиться. Внимательно осмотрев грот, путники решили, что пора и честь знать.
Уже подходя к выходу, они услышали грубые человеческие голоса. Советник, знаками указал на большой камень, за которым можно было легко спрятаться, и приказал не шевелиться. Разговаривали двое, по-видимому, это были солдаты Цервемзы:
— Да говорю же тебе, нет их в Стевосе. Всю провинцию прочесали. Этот посёлок последний… Даже бабку безумную, которая тряпьё своё сушить несла, трясли. Никаких следов нет… Да и не стали бы они в её халупе селиться. Его Величеству, исключительно дворец подавай! И не меньше мэнигского… — горячо убеждал первый.
Арнит так и обмер.
— А я их нутром чую… Явно спрятались где-то здесь. Вон в той пещере хотя бы… — скептически бормотал второй, судя по всему начальник.
— Ага! Да если бы предатели и рискнули сюда сунуться — эти синие твари их бы давно сожрали. Ты сам посмотри, жуть какая! Вон как на нас пялятся. А глазищи-то, просто огненные. Пошли-ка лучше отсюда, пока они и на нас не напали. Ты, что спятил? Это тебе не на птицах тренироваться. Убери, говорю тебе, лук!
Вместо ответа зазвенела тетива. Просвистела стрела. Раздался страдальческий кошачий вопль, и что-то тяжёлое рухнуло на песок. Не помня себя, Арнит вытащил меч и рванулся к выходу. Отэп еле оттащил его обратно за спасительный валун. Между тем, на берегу наступила тишина. Потом разом запели крылья. Очевидно, стая снялась с места.
— Говорил же я те… — начал, было, первый, но не договорил.
Грозное кошачье мяуканье заглушило их последние вопли. Потом снова стало тихо. Опять зашумели крылья… Два всплеска… Всё было кончено…
Спустя несколько минут в пещеру скользнула молодая изящная кошечка. Печально муркнула, мол, можете выходить. Не веря в своё спасение, друзья пошли за ней.
Стая, опустив крылья, окружила своего вожака. Прекрасный старик лежал на боку. Крылья его были сломаны. Золотые глаза тускнели, приобретая оловянный оттенок.