Он неотрывно смотрел на Пришедшую. Она, действительно, была немного похожа на Илсу. То ли цветом глаз. То ли рыжеватым отблеском тёмных волос. Но Асгуптель была лучше. Потому что она была. Настоящей!
И она была его женой.
ВОДЫ БЕЗ ПЛЕСКА
I
— Она разрушена… Все погибли… Даже маленькие дети… Птицы задыхаются и падают… Деревья горят… Плоды сыплются прямо в огонь… Цветы кричат… Всё… всё уничтожено… Совсем…
— Очнись, Римэ! Это всего лишь сон…
Уже несколько минут Кинранст пытался привести жену в чувство. Наконец, она с трудом открыла глаза. Некоторое время всматривалась в предутренний полумрак. Потом теснее прижалась к Волшебнику, как будто только стук его сердца мог защитить её от пережитого ужаса, и по-детски разрыдалась:
— Там… было… такое… — пыталась объяснить она между всхлипами.
— Что ты видела? — спросил он почти равнодушным голосом, даже не надеясь, что жене примерещился обычный ночной кошмар.
— Амграману, — как бы нехотя ответила Римэ. И снова умолкла.
— Дальше! — повелительно потребовал Волшебник.
— Бурый огонь. Он жёг всё и вся без разбора. Ему невозможно было противостоять. Что-то вроде огненного зелья… Даже сбежать не удавалось.
— Это была стихия? — на всякий случай спросил Кинранст, хотя прекрасно знал ответ.
— Нет. Это сделали какие-то люди в одинаковых одеждах. По-моему их послал нынешний Правитель. Там, где они проходили, занимался огонь. Он был настолько страшен, что больно было даже камням…
— Ясно… Это уже случилось? — вопрос холодными каплями замер на губах Волшебника.
Римэ задумалась и отрицательно покачала головой:
— Произойдёт. Довольно скоро. Но не завтра и не послезавтра. Наверное, около недели у горожан есть. Их необходимо предупредить… — она некоторое время молчала, потом спросила. — Ты же умеешь проходить сквозь времена… Может быть, и людей так выведешь?
— Я не мог взять с собой даже тебя… — тихо произнёс он.
— Что же делать с амграманцами?
— Как что? Уводить из города, конечно! Мест, где можно укрыться хотя бы на время, хватит на пол-Сударба. А и нам необходимо перебираться поближе друг к другу. Не то выследят нас поодиночке… Тогда все погорим…
II
Волшебник сделал всё возможное, чтобы отвести глаза шпионам Его отнюдь не законного Величества. Амграмана спешно переезжала. Это было печально, но всё-таки намного веселее, чем терпеть издевательства императорских прихлебателей. Нервная суматоха постоянно разряжалась вспышками хохота, к которому местные жители привыкли гораздо больше, чем к ссорам. Уже несколько дней горожане, паковали имущество и покидали родные места. Одни предпочитали присоединяться к торговым караванам и разбредались кто куда. Другие выходили по тайным тропам, проложенным дюками, и бесследно растворялись на просторах Сударба. Третьих, по перемещающим коврикам бывших Квадр доставляли в места, считавшиеся относительно безопасными.
— Дожили! "Гладиолус" закрывать приходится… Ну, что за люди? Вечно им кто-то мешает — то дюки, то мы! Ну, раз так, уходя, повешу старую вывеску… Пусть бесятся! Жаль я этого не увижу, а то вволю бы посмеялся!
Судя по всему, Рёдоф давно был готов к такому повороту, поскольку вывеска была тщательно покрашена, а каждая буква обведена таким ярким цветом, чтобы издали бросаться в глаза. Название гостиницы, всегда казавшееся несколько издевательским или, по крайней мере, шутливым, сейчас смотрелось, как гордое имя большого корабля.
— Интересно, где они теперь нормальную-то еду найдут? Ну и поделом — пускай всякой пакостью питаются! — ворчал Хозяин гостиницы себе под нос, пакуя объёмистый узел. — Даже занятно, давненько мне не приходилось спасаться бегством. Лет этак… Да не помню я сколько…
Он присел на готовый тюк и задумался, вспоминая события последних пятидесяти лет. И как-то незаметно задремал. Из полусонного состояния его вывела тётушка Шалук, стоявшая в дверях руки в боки и что-то пытавшаяся ему объяснить:
— … а ещё, хороший мой, обязательно прихвати с собой эти два мешочка!
— Зачем? Можно подумать, что во всём Сударбе не найдётся для неё ни луковицы ни тряпки. Ты бы, хорошая моя, лучше винные подвалы покрепче заперла! А то, не ровен час, разграбят ещё… Чем, когда вернёмся, постояльцев угощать будем?
— Так ведь тряпьё много места не займёт, а в хозяйстве всегда пригодится. Мало ли кого по кухне гонять придётся. И потом, хороший мой, здесь и твои четыре луковицы! — расхохоталась женщина.
Шалук подошла к Хозяину, хитро улыбаясь, посмотрела снизу вверх и тихонько шепнула: