И, опять-таки, гигантские размеры сыграли с сознание Риваля злую шутку. Он по-прежнему просто не мог себе представить, что могло существовать нечто столь громадное. Поэтому, когда он увидел раздвигающиеся створки тоннеля, то не сразу смог осознать их реальный размер. Широкий зев тоннеля спокойно принял в себя плывущую с крошечной скоростью «Сильвану». И если судить по его ширине, то сюда поместилась бы не только она. Пространства хватило бы и для того, чтобы сквозь него прошёл дредноут.
— Неужели мы способны построить что-то подобное? — тихим шёпотом спросил он у стоящей рядом с ним женщины.
Шан хотела было ответить, но осеклась. Не сразу поняла, что под «мы» Блауман подразумевал не верденцев или людей других государств. Это обозначение относилось ко всему человечеству в целом.
— Я... я не знаю, — так же тихо призналась она, оглядывая стены тоннеля, по которому сейчас двигался их корабль. — В Лиге существовал проект искусственного мира — колонии. Кольцевого типа. Диаметр по проекту должен был составить десять километров. Его даже не начали строить. Уже в самом начале признали проект слишком сложным и не стоящим затрат.
Риваль мысленно присвистнул. Да при таком диаметре длина окружности такой станции приблизительно равнялась бы тридцати километрам. Даже простая мысль о таких цифрах внушала уважение.
Вот только по сравнению с этим чудовищем, это колечко показалось бы детской игрушкой.
— Филиссия...
— Интересуют размеры станции? — угадала она.
— Ага... да. Можешь сказать? Хотя бы приблизительно?
— Длина по экватору порядка ста восьмидесяти километров. Плюс — минус несколько сотен метров, если я не ошибаюсь.
Кажется, Шан только что нервно икнула за его спиной.
Названные цифры просто не поддавались осознанию. Сколько же ресурсов оказалось потрачено на создание этого чудовища? Риваль только молча покачал головой, всё ещё потрясённый происходящим.
Тем временем «Сильвана» продолжала своё неторопливое путешествие сквозь тоннель. Через равные промежутки перед ней открывались всё новые и новые створки шлюзовых ворот, толщина коих могла бы соперничать с бронёй самых крупных дредноутов. Они бесшумно расходились в стороны, пропуская летящий в невесомости корабль.
Вот в конце показались новые ворота. Они раскрылись точно так же, как и предыдущие, но вместо уже привычного тоннеля за ними оказалось нечто вроде широкой полусферы, в которой выход из тоннеля находился на её вершине, а сама полусфера была как бы перевёрнута на подобие чаши.
— Начинаем переход на репульсоры...
— Система управления получила ответ от станции...
— Готовы ко входу в Центральную Догму. Вторичное разрешение получено.
Доклады сыпались со всех сторон. Спокойные голоса переплетались между собой, пока «Сильвана» легко повернулась в пространстве, корректируя своё положение. Риваль заметил, как окружающий мир начал вращаться. Всего тридцать секунд и они развернулись в пространстве. Теперь днище корабля смотрело на закрывающиеся «под ними» шлюзовые врата.
— Восстановление атмосферы... Выполнено!
— Открытие внутренних ворот.
Огромные створки, находящиеся в этот момент прямо над «Сильваной» начали открываться. Риваль видел, как смещались гигантские запорные замки. Видел, как начали смещаться отдельные части приводившие в действие весь механизм.
Но чего он точно не ожидал, так этого, что за раскрывшимися створками он увидит... солнечный свет.
«Сильвана» поднялась над поверхностью, постепенно набирая высоту и давая своим пассажирам осмотреть внутреннее пространство огромной станции.
И, как и с внешней частью станции, то, что скрывалось внутри неё, удивило его не меньше, а возможно даже и больше.
Риваль и Шан смотрели на идеально ровные зелёные квадраты парков и золотистые прямоугольники полей. Тонкие голубоватые линии рек и каналов, протянувшихся по внутренней поверхности сферы. Серые и неровные площади городских кварталов и узкие иглы поднимающихся вверх зданий. Это был целый мир, спрятанный под поверхностью рукотворной станции. Он удивлял и завораживал своими размерами и масштабами, поражая грандиозностью.
То, что Риваль поначалу принял за солнечный свет, на деле же оказалось искусственным освещением. Восемь колонн протянулись от одного края сферы до другого. Четыре по экватору и ещё четыре от полюса до полюса, соединяя между собой внутреннее пространство и сплетаясь в самом центре станции. Именно оттуда и исходил яркий и мягкий свет.
Концепция построения подобных структур давно известна человечеству. Ещё на самой заре колонизационной эры люди строили колонии для освоения глубокого космоса. Вытянутые трубы, полые внутри. Именно там, по внутренним стенкам цилиндра и располагались жилые помещения, а гравитация в них создавалась вращением жилой секции станции.