Весь его образ сейчас просто-таки излучал абсолютное и непоколебимое спокойствие. Именно так и должен выглядеть хороший военачальник. Даже когда сами небеса падают тебе на голову, дабы стереть тебя в пыль, ты должен оставаться спокойным и невозмутимым.
И находящиеся вокруг него люди ощущали эту железную уверенность своего генерала. Ведь если он не волнуется о происходящем, то и им не стоит.
— Все снаряды сбиты, генерал, — доложил начальник артиллерийского дивизиона.
— Замечательно. Что же, давайте покажем верди, как сильно они ошиблись, решив проверить нас на прочность. Прикажите «Нахцеррерам» открыть огонь по крейсеру.
— Будет исполнено, генерал!
Через двадцать секунд новый приказ поступил командирам этих страшных боевых машин. Новая цель была выбрана, и они получили разрешение на открытие огня.
В это время Кровель поднялся со своего кресла и не торопясь прошёл через весь зал командного пункта до широкого, тянущегося во всю стену панорамного окна, открывающего вид на широкую посадочную зону космопорта, где находилась рейнская база.
Там, в пятистах метрах от того места, где с полупустой чашкой кофе стоял Рудворт, двойка «Нахцерреров» начали охоту за своей новой добычей.
Расположенные в верхней части их широкого корпуса орудийные модули начали поворачиваться, наводя стволы двадцати восьми метровых орудий чуть в сторону.
Прямо на глазах у генерала обе установки открыли огонь практически одновременно. Мощность их выстрелов была такой, что грохот пронзающих звуковой барьер снарядов заставлял толстенное укреплённое стекло перед ним содрогаться.
И сейчас тоже самое делали и остальные четыре дивизиона всей батареи. Все десять «Нахцерреров», тщательно замаскированных от обнаружения из космоса, вели огонь с максимально возможной скорострельность, которая достигала двух выстрелов в секунду на ствол.
Выстрел за выстрелом, они отправляли разогнанные до гиперзвуковой скорости активно-реактивные снаряды практически вертикально вверх, не переставая отслеживать свою цель.
А рейнский генерал наблюдал за происходящим попивая кофе с довольно улыбкой на лице.
***
Тяжёлый крейсер ВКФ «Вобан»
— Что значит «сбили»?! — потребовал ответа Дмитрий.
— То и значит, сэр, — едва не развёл руками в стороны начальник БИЦ. — Мы отслеживали выпущенные с «Кондотьера» кинетические снаряды, но все они исчезли с экранов наших радаров, так и не добравшись до поверхности.
— Бред какой-то, — недоумевающе проворчал капитан «Вобана». — У Сульфара же нет адекватной ПКО.
Нет, конечно же существовали системы способные бороться с угрозами на подобие кинетических орбитальных ударов. Почти каждая планета Вердена была защищена от подобной опасности расположенными на её поверхности комплексами масс-драйверных орудий противо-космической обороны, специально созданных для противодействия такому типу оружия. Но это были стационарные комплексы. Им просто было неоткуда взяться на Сульфаре!
— Новые контакт! — воскликнул один из офицеров тактиков «Вобана». — множественные цели поднимаются с поверхности планеты!
— Что?!
Дмитрий бросился к нему, уставившись на экран.
Их были десятки. Нет! Сотни! Более трёх сотен объектов стремительно поднимались всё выше и выше, уже миновав тропосферу и стратосферу планеты.
И линии их курсов пересекались с нынешней траекторией полёта «Кондотьера».
— Вызвать «Кондотьер» на связь! — выкрикнул Дмитрий. — Предупредите их о том, что по ним открыли огонь!
Уже произнося эти слова, он понимал, насколько бесполезно всё это было. «Кондотьер» не хуже «Вобана» видел то огромное облако снарядов, которые летели в него из атмосферы Сульфара.
Он даже начал манёвр уклонения, задействовав свои ДПО для смены курса, чтобы попробовать уйти с траектории движения выпущенных по нему болванок.
Вот только всё это было бесполезно.
В отличии от проходящих сквозь плотные слои атмосферы кинетических снарядов, выпущенных с крейсера по планете, боеприпасы «Нахцерреров» уже покинули воздушные слои Сульфара. Более не было плотных слоёв воздуха, который сгорая образовывал бы препятствующее обмену информацией облако плазмы вокруг них.
А это означало, что выпустившие их мобильные комплексы ПКО могли не только получать данные от выпущенных ими снарядов по орбитальной цели, но и корректировать их в полёте.
«Нахцерреры» вели огонь более пятнадцати секунд, выпустив в общей сложности триста шестьдесят боеприпасов.