Чуть более стандартных суток назад в пустую систему, у которой не было даже своего названия на космических картах за исключением буквенно-цифрового номера прибыл эсминец Седьмого флота. Как только он передал приказ, вся группа тут же снялась с места и спешно направилась в Валетрию для соединения с основными силами.
Внутри своих обширных трюмов, они везли ремонтные запчасти, танки с реакторной массой, дополнительные боеприпасы и другие не менее необходимые запасы, в которых нуждались боевые корабли в дальнем походе.
И, в целом, как бы не вырос за последний год престиж флота, молодой капитан «Баркуды» был более чем доволен ролью всего лишь простого извозчика. Да, пусть его форма была не такой выразительной и пафосной, как у офицеров боевых кораблей, он всё равно оставался офицером военного флота. А резко возросшее жалованье, включающее в себя надбавки за «боевые», столь же приятно грело душу, как и кошелёк.
И, чего уж скрывать, его форма тоже выглядела не так уж и плохо, со всеми этими флотскими знаками отличия, подумал сидящий в кресле на мостике «Баркуды» молодой человек. А девушки в барах и ресторанах во время увольнительных едва ли могли отличить капитана снабженца от капитана крейсера, оставаясь удивительно падкими на «мужчин в форме». Да и полтора десятка выдуманных историй о совершённых на войне подвигах помогали затащить очередную недалёкую, но крайне красивую курицу в свою постель.
Так что, в общем и целом, капитан «Баркуды» был невероятно доволен своей жизнью. Хорошие деньги, минимум риска и престиж от службы на флоте давали ему всё, что требовалось для холостяцкого счастья.
К несчастью для него, жестокая реальность ворвалась в его жизнь вместе с тревожным воем сирен в тот момент, когда «Баркуда» и остальные суда группы снабжения начали набор скорости для прохода через систему на встречу с Седьмым флотом.
Более чем в сорока миллионах километров от них, на траверзе правого борта и значительно выше плоскости эклиптики из гиперпространства появилась ещё одна группа боевых кораблей.
Та, появления которой так боялся Виктор Райн и та, которую он ждал значительно позднее.
Двадцать четыре дредноута типа «Претор». Двенадцать линкоров типа «Завоеватель». Более сорока крейсеров и десять носителей корветов. Почти шестьдесят процентов всех кораблей Второго флота Филиппа Штудгарда, находившиеся в его непосредственном подчинении. И прибыли они сюда за семь стандартных суток, совершив форсированный переход от Бедергара до Валетрии на пределе работы своих гипердвигателей.
Но, что было гораздо важнее, они оказались в системе Валетрия на пять с половиной дней раньше, чем их ожидал увидеть здесь Адмирал Райн.
Об их появлении ещё никто не знал. Датчики ближайших к ним кораблей снабжения Седьмого флота зафиксируют их только через сорок восемь минут, а к тому времени будет уже слишком поздно что-либо сделать.
Сидящий на мостике «Баркуды» молодой капитан даже не подозревал о том, как в тайне от него стремительно сокращалась его жизнь.
***
— Значит, это и есть наши цели? — спросил Серебряков, глядя на голографическую проекцию, развёрнутую на стене. Сейчас там замерла снятая из космоса картинка.
Они расселись в просторной комнате, которая раньше была столовой для портовых рабочих. Других подходящих помещений просто не нашлось, учитывая то, сколько народу здесь сейчас собралось. Том налил себе чашку чая и повернулся, окинув взглядом просторное помещение.
В центральной части расселись бывшие сульфарские повстанцы. Том заметил Масуда и Ашу, о чём-то говоривших с Рамой. Рядом с ними сидели остатки королевских гвардейцев погибшего капитана Лакира и люди Рахары, присоединившиеся к ним.
Чуть правее разместились капитаны прибывших на планету верденских десантников. Не смотря на свою просторность столовая не вместила бы всех, так что Серебряков и его люди ограничились лишь командирами отрядов и их заместителями.
Сбоку, у стены, стояли Али и несколько сульфарских пилотов МД о чём-то разговаривавших с пятёркой верденцев, которые командовали двумя десятками мобильных доспехов Вердена. Те не отлипали от наёмника с того момента, как увидели в порту «Шерханов» и «Шиву». Али стоял со стаканом сока в руке и что-то увлечённо рассказывал своим слушателям.
Впрочем, отдувался он за двоих, потому что Лата никакого желания вступать в разговор не проявила. Хотевшие завязать с ней разговор верденцы натыкались на колючий и злой взгляд блондинки и быстро ретировались, теряя всякое желание доставать её своими вопросами. Так что она просто сидела на стуле у стены, забравшись на него с ногами и не сводя глаз с противоположной части широкого зала.